Законодательная основа принципа презумпции невиновности

Понятие конституционного принципа презумпции невиновности

Презумпция невиновности выражает собой не личное мнение того или иного лица, ведущего производство по делу, а объективное правовое положение. Следователь, который формулирует обвинение, предъявляет его обвиняемому, составляет обвинительное заключение, и прокурор, который утверждает это заключение и приходит в суд поддерживать обвинение, конечно же, считают обвиняемого виновным, убеждены в этом, иначе они не поступали бы таким образом. Обвиняемого невиновным считает закон. который возможность признания его виновным связывает с таким порядком судопроизводства, при котором происходит полное и всестороннее судебное исследование всех обстоятельств дела на основе гласности, устности, состязательности и других демократических принципов процесса, то есть с обязательным проведением судебного разбирательства — стадии, где сосредоточены максимальные гарантии прав и законных интересов обвиняемого и проверки доказанности обвинения. Только тогда, когда по делу состоялось судебное разбирательство и вынесенный судом обвинительный приговор вступил в законную силу, государство принимает на себя ответственность за правильность признания подсудимого виновным и его осуждения Термин «виновность» в законодательной формуле этого принципа применяется как обобщающая категория, характеризующая совершение лицом преступления и признание его виновным в нем.. В этом и заключается сущность принципа презумпции невиновности как объективного правового положения, которое обязательно для всех лиц, ведущих судопроизводство, а также и всех иных учреждений, организаций, должностных лиц и граждан, которые не имеют права поступать с обвиняемым как с виновным.

Принцип презумпции невиновности определяет правовой статус обвиняемого не только в уголовном процессе, но и во всех общественных отношениях, в которых он выступает в качестве одного из субъектов. До вступления приговора в законную силу за обвиняемым, содержащимся под стражей, сохраняется право на участие в выборах, право на пользование жилым помещением, его никто не может уволить с работы или отчислить из учебного заведения ввиду его виновности в совершении преступления. Так как признание лица виновным в совершении преступления составляет исключительную прерогативу суда, привлечение к делу в качестве обвиняемого не порождает начала реализации уголовной ответственности. Уголовная ответственность может быть возложена только приговором суда на лицо, виновность которого доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

  • 1) Обязанность доказать виновность лица, то есть представить доказательства, убеждающие суд в виновности лица, лежат на том, кто утверждает, что обвиняемый виновен в преступлении, то есть на обвинителе.
  • 2) «Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность» (п. 2 ст. 49 Конституции).
  • 3) Вывод о виновности лица в совершении преступления не может основываться на предположениях и должен быть сделан только при доказанности виновного подсудимого. При отсутствии доказательств, с достоверностью подтверждающих обвинение, и невозможности получения новых доказательств дело прекращается производством или постановляется оправдательный приговор.
  • 4) Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (п. 3 ст. 49 Конституции).

Это правило распространяется и на предварительное производство по делу.

Все сомнения в доказанности обвинения (подозрения), которые не представляется возможным устранить, разрешаются в пользу обвиняемого (подозреваемого). Это может влечь за собой прекращение дела, изменение объема обвинения, изменение квалификации содеянного.

Статья 49 Конституции РФ формулирует общее положение — никто не может быть признан виновным иначе как по приговору суда, вступившему в законную силу. И это общее положение реализуется в уголовном судопроизводстве, где постановление судом приговора завершает предыдущие стадии производства по уголовному делу: возбуждение уголовного дела и его расследование (дознание и предварительное следствие), предание суду, судебное разбирательство. Суд решает вопрос о виновности подсудимого, т. е. обвиняемого, преданного суду. Поэтому в содержание ст. 49 Конституции РФ входит и определение правового положения гражданина, привлеченного в качестве обвиняемого в совершении преступления, но не осужденного судебным приговором, вступившим в законную силу.

То, что обвиняемый не отождествляется с виновным, совершенно ясно, виновным он еще не признан и неизвестно, будет ли признан,— это зависит от приговора суда, предрешить который никто не может. Но утверждение, что обвиняемый не считается виновным, еще не определяет его общего положения. Обвиняемый не считается виновным — это негативное, отрицательное суждение, оно не отвечает на вопрос, кем же он считается в силу закона — конституционного закона (ст. 49 Конституции) в течение всего времени, пока ведется производство по его делу.

Полную и точную формулировку презумпции невиновности дал Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении от 16 июня 1978 г. «О практике применения судами законов, обеспечивающих обвиняемому права на защиту». В п. 2 этого разъяснения Пленума сказано: «В целях обеспечения обвиняемому (подсудимому) права на защиту суды должны строго соблюдать конституционный принцип, согласно которому обвиняемый (подсудимый) считается невиновным до тех пор, пока его вина не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда» Бюл. Верх. Суда СССР, 1978, № 4, с. 9..

Вот эта формулировка начиная со слов «обвиняемый (подсудимый) считается невиновным…» и есть презумпция невиновности в ее подлинном содержании. Пленум Верховного Суда СССР с полным правом и основанием назвал ее конституционным принципом, так как она полностью входит в содержание ст. 49 Конституции РФ. В этой статье нет развернутой формулировки презумпции невиновности, но в ней выражено ее основное содержание. Этим высоко поднимается значение презумпции невиновности, возрастает ее роль и тем самым делаются особенно нетерпимыми ее нарушения. И это признается и подчеркивается в юридической литературе: в ст. 49 Конституции РФ выражена именно презумпция невиновности.

Громадная роль в упрочении презумпции невиновности, в ее внедрении в практическую судебную деятельность принадлежит Верховному Суду СССР. В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 27 декабря 1946 г. отчетливо указано, что согласно основным принципам советского уголовного процесса «всякой обвиняемый считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в установленном порядке. По содержанию и духу закона не обвиняемый обязан доказать свою невиновность, а органы обвинения должны доказать правильность предъявленного обвинения». И далее: «Обвиняемый тем более не может считаться обязанным приводить Обвиняемый тем более не может считаться обязанным приводить доказательства своей невиновности или виновности в менее тяжком преступлении, что закон рассматривает дачу объяснений или показаний обвиняемым не как его обязанность, а как его право, причем отказ его от этого права не может рассматриваться как обстоятельство, предрешающее вопрос о его виновности» Сборник постановлений Пленума и определений коллегией Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса, 1946-1962. М.: Известия, 1964, с. 46, 47..

Это постановление Пленума Верховного Суда СССР по конкретному уголовному делу было принято за двенадцать лет до того, как в Основах уголовного судопроизводства были закреплены положения: никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда (ст. 1); на обвиняемого не может возлагаться обязанность доказывания (ст. 14); обвинительный приговор не может основываться на предположениях и постановляется лишь при условии, что виновность подсудимого в совершении преступления доказана (ст. 43). А ведь все эти положения определяют основное содержание презумпции невиновности.

В 1977 г. председатель Верховного Суда СССР Л. П. Смирнов писал, что «презумпция невиновности… есть принцип, присущий законодательству», и что «на необходимость строгого проведения в жизнь этого принципа указывается в ряде постановлений Пленума Верховного Суда СССР, в частности, в постановлении от 30 июня 1969 г. „О судебном приговоре»» Смирнов Л.Н. Ленинские идеи о суде и правосудии и их претворение в жизнь. — В кн.: Суд в СССР. М.: Юрид. Лит., 1977. С. 18..

Статья: Презумпция невиновности в практике Конституционного Суда РФ (Дунаев П.К.) («Налоговые споры: теория и практика», 2007, n 3)

«Налоговые споры: теория и практика», 2007, N 3
ПРЕЗУМПЦИЯ НЕВИНОВНОСТИ В ПРАКТИКЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ
Презумпция невиновности в действующем российском законодательстве представлена достаточно широко. Данный принцип можно встретить в международных нормативных правовых актах, ратифицированных РФ, в Конституции РФ и в отраслевых кодексах.
В настоящее время презумпция невиновности закреплена в следующих международных нормативных правовых актах:
— Конвенция «О защите прав человека и основных свобод», заключенная в г. Риме 04.11.1950 (п. 2 ст. 6);
— Международный пакт о гражданских и политических правах от 16.12.1966 (п. 2 ст. 14);
— Конвенция Содружества Независимых Государств «О правах и основных свободах человека», заключенная в г. Минске 26.05.1995 (п. 2 ст. 6);
— Всеобщая декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948.
Презумпция невиновности является одной из гарантий прав и свобод человека и гражданина, которая признается как на международном, так и на государственном уровне. Это указывает на ее значение как элемента международного правового статуса человека. Характерной чертой представленных актов является то, что в них закреплены права и свободы человека и гражданина, а не организаций. Следовательно, презумпция невиновности юридических лиц не закреплена напрямую в международных договорах и соглашениях, ратифицированных РФ.
Конституция РФ создавалась с учетом норм международного права, что подтверждается, например, ч. 4 ст. 15, согласно которой общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью российской правовой системы.
Понятие «презумпция невиновности», содержащееся в ст. 49 Конституции РФ, можно считать базовым, так как оно создано с учетом международных норм и в то же время служит основой для отраслевого законодательства РФ. Основываясь на положениях Конституции, можно выделить следующие элементы интересующей нас презумпции:
— каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда;
— обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность;
— неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.
Можно увидеть, что в Основном законе, как и в международных нормативных правовых актах, закреплена презумпция невиновности человека и ничего не говорится о предоставлении такой же гарантии юридическим лицам.
Несмотря на то что гл. 2 Конституции РФ содержит права, свободы и обязанности, составляющие основу правового статуса личности в РФ, ее положения распространяются и на юридических лиц. Такой подход подтверждается в Постановлении Конституционного Суда РФ от 12.10.1998 N 24-П. Конечно, презумпция невиновности распространяется на юридических лиц в той мере, в какой она может быть отнесена к организациям. Юридические лица привлекаются к административной ответственности, а это значит, что презумпция невиновности распространяется не только на физических лиц, обвиняемых в преступлениях, но и на лиц, обвиняемых в административных правонарушениях. Именно на лиц, так как в случае с административными правонарушениями его субъектами могут быть как физические, так и юридические лица.
Распространение презумпции невиновности только на лиц, обвиняемых в совершении преступления либо правонарушения, можно рассматривать как презумпцию невиновности в узком смысле. В широком же смысле данное положение распространяется на всех лиц (как обвиняемых, так и необвиняемых) и является гарантией от необоснованного привлечения к административной и уголовной ответственности как к самым серьезным видам ответственности, устанавливаемым за особо опасные деяния.
Помимо этого, презумпцию можно рассматривать не только в негативном смысле, который закреплен непосредственно в нормативных правовых актах, но и в позитивном, который можно представить как презумпцию правомерности деяний лиц. Такой подход заключается в том, что изначально все деяния лица признаются правомерными, а не правонарушениями, влекущими уголовную или административную ответственность.
В отраслевом законодательстве, а именно в ст. 14 УПК РФ, ст. 5 УК РФ, ст. 1.5 КоАП РФ, также содержатся положения, устанавливающие презумпцию невиновности.
Основываясь на указанных нормах, на отраслевом уровне можно выделить презумпцию невиновности лица, обвиняемого в совершении преступления, и презумпцию невиновности лица, обвиняемого в совершении административного правонарушения. Одним из существенных различий между ними является то, что в случае с административными правонарушениями установление вины лица возможно не только судом, но и исполнительными органами власти.
Любая презумпция представляет собой «предположение, признаваемое истинным, пока не доказано обратное» . Исходя из вышеуказанного, презумпция невиновности характеризуется как важная межотраслевая правовая гарантия, основная цель которой — гарантировать лицу, что его деяния изначально признаются правомерными и оно не будет необоснованно привлечено к уголовной или административной ответственности.
———————————
Теория государства и права / Отв. ред. В.Д. Перевалов. М.: Норма, 2004. С. 461.
На современном этапе помимо законодательства большое значение в регулировании правоотношений приобрела практика судебных органов власти. Влияние судебной практики заключается не только в том, что суды, основываясь на законодательстве, выносят постановления по конкретному делу, но и в том, что в своих многочисленных актах они дают толкование тех или иных норм. Такое толкование порой приобретает черты правотворчества.
Одним из таких органов судебной ветви власти является Конституционный Суд РФ, который согласно ст. 1 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 N 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» является судебным органом конституционного контроля. Конституционный Суд РФ, согласно ч. 2 ст. 125 Конституции РФ, разрешает дела о соответствии Основному закону различных нормативных правовых актов. Поэтому для более полного понимания и применения в практике той или иной нормы российского права необходимо изучить, как она представлена в актах Конституционного Суда РФ.
Обратимся для начала к вопросу о том, какое значение Конституционный Суд РФ придает презумпции невиновности. Он придерживается мнения, что интересующее нас положение является принципом права , причем общеправового , конституционного уровня .
———————————
Определения КС РФ от 26.10.1999 N 176-О, от 27.05.2004 N 253-О, от 21.12.2004 N 468-О, от 25.01.2005 N 68-О, от 23.06.2005 N 264-О, от 18.04.2006 N 114-О.
Определение КС РФ от 09.04.2003 N 172-О.
Определения КС РФ от 11.07.2002 N 226-О, от 25.03.2004 N 127-О, от 08.07.2004 N 237-О, от 25.01.2005 N 42-О, от 12.07.2005 N 307-О.
Таким образом, презумпция невиновности — это руководящая идея, характеризующая содержание права, его сущность и назначение в обществе . Помимо этого, презумпция невиновности относится к правам, которые в силу ч. 3 ст. 56 Конституции РФ не подлежат ограничению ни при каких условиях .
———————————
Теория государства и права / Отв. ред. В.Д. Перевалов. М.: Норма, 2004. С. 462.
Постановление КС РФ от 28.10.1996 N 18-П.
Следовательно, российская система права должна строиться в том числе на этом основании, как на одном из принципов права. Так как это конституционный и общеправовой принцип, то в силу ч. 1 ст. 15 Конституции РФ отраслевое законодательство должно изначально строиться на его основе, а не закрепляться только по воле законодателя в каждом конкретном случае. Конституционный Суд РФ указывает, что презумпция невиновности является в силу ст. 18 Конституции РФ непосредственно действующей и должна обеспечиваться правоприменителем на основе закрепленного в ней требования о прямом действии конституционных норм .
———————————
Определения КС РФ от 06.02.2004 N 44-О, от 16.12.2004 N 448-О.
Конституционный Суд РФ дает ответ на вопрос о том, распространяется ли презумпция невиновности только на случаи обвинения лица в совершении преступления, как указано в ст. 49 Конституции РФ и международных нормативных правовых актах, или она действует также в случае обвинения лица в совершении административного правонарушения. Согласно некоторым постановлениям и определениям суда конституционные положения о презумпции невиновности и бремени доказывания, возлагаемого на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности в уголовном и в административном праве.
———————————
Постановления КС РФ от 07.06.2000 N 10-П, от 27.04.2001 N 7-П, от 30.07.2001 N 13-П, от 17.07.2002 N 13-П; Определения КС РФ от 01.12.1999 N 211-О, от 09.04.2003 N 172-О.
Данный вывод Конституционный Суд РФ связывает с тем, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения является одним из принципов юридической ответственности . Этим он подтверждает установленную в теории права общность природы преступления и административного правонарушения, а следовательно, уголовной и административной ответственности. Если презумпция невиновности, закрепленная в ст. 49 Конституции РФ, имеет место в административном праве, то она распространяется и на налоговое право, потому что налоговые правонарушения, закрепленные в НК РФ, являются видом административных, и за их совершение наступает административная ответственность. Здесь можно увидеть связь между презумпцией невиновности и виной, которая является принципом юридической ответственности и признаком состава правонарушения.
———————————
Определение КС РФ от 09.04.2003 N 172-О.
Следовательно, практика Конституционного Суда РФ, касающаяся презумпции невиновности, является общей как для уголовного, так и для административного налогового права. Конечно, при этом необходимо учитывать особенности каждой из этих отраслей права. Поэтому при дальнейшем рассмотрении будет учитываться общеправовой характер презумпции невиновности, закрепленный в ст. 49 Конституции РФ.
Согласно п. 2 Определения КС РФ от 01.12.1999 N 211-О нормы отраслевого законодательства, носящие общий характер, не могут применяться в отношении обвиняемого без учета особенностей его правового положения, которые вытекают из ст. ст. 48, 49, 51 Конституции РФ. Это подтверждает высказанное ранее утверждение о том, что презумпция невиновности имеет общеправовое значение, которое должно учитываться в отраслевом законодательстве. Предписания, содержащиеся в трех вышеуказанных статьях, взаимосвязаны между собой. Это проявляется в том, что норма, содержащаяся в ч. 1 ст. 49 Конституции РФ, предполагает, в частности, следующее:
— освобождение обвиняемого от обязанности доказывать свою невиновность и свидетельствовать против самого себя (ч. 2 ст. 49 и ч. 1 ст. 51 Конституции РФ);
— обеспечение обвиняемому права пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения (ч. 2 ст. 48 Конституции РФ).
Основной закон, по мнению Конституционного Суда РФ, закрепляя данные права обвиняемого, исходит из его особого статуса как субъекта уголовно-процессуальных отношений и необходимости установления дополнительных гарантий защиты его законных интересов . Такие гарантии предусмотрены в уголовно-процессуальных нормах, специально определяющих статус обвиняемого и имеющих приоритет перед нормами, регулирующими какие-либо общие правила. Помимо уголовного и уголовно-процессуального права схожий особый статус обвиняемого присутствует в административных и налоговых отношениях.
———————————
Определение КС РФ от 20.12.2005 N 473-О.
Следовательно, существует необходимость в закреплении дополнительных правовых гарантий и для данных субъектов, которые будут иметь приоритет над общими нормами. Несмотря на такой приоритет отраслевых гарантий, они не могут применяться без учета ст. ст. 48, 49, 51 Конституции РФ. Поэтому презумпция невиновности, предусмотренная ими, должна применяться в отношении лиц, привлекаемых к уголовной и административной ответственности, в том числе к ответственности за совершение правонарушений, предусмотренных НК РФ, независимо от того, как она закреплена и закреплена ли вообще в соответствующем отраслевом законодательстве.
Конституционный Суд РФ обращает внимание на важную роль суда, связанную с закрепленной в ст. 49 Конституции РФ презумпцией невиновности. Согласно ч. 1 ст. 118 Конституции РФ суды являются единственным органом власти, который осуществляет правосудие в РФ. Суд указывает, что правосудие по своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. Поэтому суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого решения по делу .
———————————
Определения КС РФ от 05.11.2004 N N 359-О, 360-О, 361-О и 362-О.
Если говорить об уголовном судопроизводстве, то согласно п. 2 Определения КС РФ от 05.11.2004 N 362-О, п. 2 Определения КС РФ от 05.11.2004 N 361-О, п. 2 Определения КС РФ от 05.11.2004 N 360-О, п. 2 Определения КС РФ от 05.11.2004 N 359-О это предполагает по меньшей мере:
— установление обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело;
— правильную правовую оценку такого происшествия;
— выявление конкретного вреда, причиненного обществу и отдельным лицам;
— выявление действительной степени вины (или невиновности) лица в совершении инкриминируемого ему деяния.
Полномочия судов по установлению виновности или невиновности обвиняемых в совершении преступления и вынесению соответствующих приговоров закреплены в ч. 1 ст. 49 Конституции РФ. Причем признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему уголовного наказания является исключительной компетенцией суда . По мнению Конституционного Суда РФ, признание обвиняемого невиновным возможно и в иных процессуальных решениях, в том числе в постановлениях о прекращении уголовного дела, выносимых органами предварительного расследования .
———————————
Определение КС РФ от 23.06.2005 N 298-О.
Определение КС РФ от 17.10.2001 N 233-О.
Федеральный закон от 04.11.2005 N 137-ФЗ внес изменения в презумпцию невиновности, закрепленную в п. 6 ст. 108

Презумпция невиновности в свете норм международного права

Авторство формулировки презумпции невиновности принадлежит знаменитому итальянскому исследователю проблем уголовного права и уголовного процесса Чезаре Беккария, который в 1974 году опубликовал получивший широкую известность труд «О преступлениях и наказаниях», поместив определение понятия презумпции невиновности обвиняемого в главу «Пытка». Тем самым он хотел противопоставить презумпцию невиновности обвиняемого пытке.

Законодательное закрепление принципа презумпции невиновности имеет свою историю, которая берет свое начало еще со времен Великой Французской революции. 26 августа 1769 года в 9 статье «Декларации прав человека и гражданина» было написано следующее: «Поскольку каждый считается невиновным, пока его вина не установлена, то в случаях, когда признается нужным арест лица, любые излишне суровые меры, не являющиеся необходимыми, должны строжайше пресекаться законом».

Осознание необходимости презумпции невиновности в уголовном процессе после окончания Второй мировой войны возникло не только во Франции и СССР, но и в других странах. В силу этого Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций презумпцию невиновности обвиняемого включила в пункт 11 принятою ею Всеобщей декларации прав человека 10 декабря 1948 года:

«1. Каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты.

2. Никто не может быть осужден за преступление на основании совершения какого-либо деяния или за бездействие, которые во время их совершения не составляли преступления по национальным законам или по международному праву. Не может также налагаться наказание более тяжелое, нежели то, которое могло быть применено в то время, когда преступление было совершено».

Включение презумпции невиновности обвиняемого в текст Декларации имело огромное значение.

Во-первых, фактически признавалось наличие негативных тенденций в сфере уголовного судопроизводства в отношениях между обвиняемым и государством и констатировалась необходимость их преодоления, в связи с тем, что сама формула презумпции невиновности приобретала огромную морально-политическая силу.

Во-вторых, презумпции невиновности придавалось общемировое значение, что не могло не оказать влияния на развитие и совершенствование национального уголовно-процессуального законодательства многих, особенно развивающихся стран.

В-третьих, Декларация продолжила путь к международному сотрудничеству в деле обеспечения прав лиц, обвиняемых в совершении преступления, придавая презумпции невиновности некий международный стандарт отношения к обвиняемому, пока его виновность не подтверждена вступившим в законную силу приговором суда.

Таким образом, презумпция невиновности обвиняемого оказалась в числе элементарных прав человека, подлежащих, согласно Декларации, всеобщему уважению и соблюдению.

В теории международного права принято считать, что Декларация не имеет обязательной силы и носит рекомендательный характер. Однако, по справедливому замечанию авторов энциклопедического юридического словаря, исключение из этого правила составляет Всеобщая декларация прав человека 1948 года, положения которой получили признание во всем мире в качестве стандартов, а сама Декларация приобрела обязательный характер для государств в силу обыкновения.

Всеобщая декларация прав человека разрабатывалась и принималась при активном участии СССР. Известно, что все предложения СССР, направленные на уточнение соответствующих положений Декларации, были отклонены. Однако после принятия Всеобщей декларации прав человека презумпция невиновности обвиняемого не признавалась.

Закрепление презумпции невиновности во Всеобщей декларации прав человека оказало благотворное влияние. Четвертого ноября 1950 года в Риме государства — члены Совета Европы пописали Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод. Европа, как никакой другой континент, «выстрадала» включение презумпции невиновности в конвенцию.

Ратификация Конвенции и признание как права частных лиц на подачу индивидуальных заявлений, так и обязательной юрисдикции Европейского суда по правам человека рассматривается в настоящее время в качестве обязательного условия членства в Совете Европы. Все страны — члены Совета Европы сейчас либо уже придерживаются этих требований, либо должны будут достичь этого в ближайшее время. Эти правила явились хорошей, но недостаточной предпосылкой для накопления опыта судебной практики фиксации фактов нарушения презумпции невиновности обвиняемого. Как заметил Васильев Л. М.: «необходимо было наполнить абстрактную формулу презумпции невиновности обвиняемого конкретным содержанием».

Этот вопрос и был решен Европейским Судом, который стал функционировать в рамках уникальной системы, выступающий в качестве международного общего права. Об этой системе можно говорить как о системе общего права в том смысле, что она стояла развиваться благодаря создаваемому комиссией и Судом прецедентному праву.

Также хотелось бы отметить, что не все государства — Члены Совета Европы признали презумпцию невиновности обвиняемого.

Следующим международно-правовым актом, который закрепил принцип презумпции невиновности является Международный пакт о гражданских и политических правах, принятый 16 декабря 1966 года на 21 сессии Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций. В пункте 2 статьи 14 пакта была закреплена презумпция невиновности: «Каждый обвиняемый в уголовном преступлении имеет право считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону».

Международный пакт о гражданских и политических правах был ратифицирован президиумом Верховного Совета СССР 18 сентября 1973 года, а вступил в силу 23 марта 1976 года.

При подписании пакта СССР сделал одно заявление, касавшееся дискриминационного характера пункта 1 статьи 48 Пакта, в котором записано: «Настоящий Пакт открыт для подписания любым государством-членом Организации Объединенных Наций или членом любого из ее специализированных учреждений, любым государством-участником Статута Международного суда и любым другим государством, приглашенным Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций к участию в настоящем Пакте».

Против презумпции невиновности обвиняемого каких-либо возражений не было, однако после вступления в силу Пакта СССР включать презумпцию невиновности обвиняемого не стал. Поэтому можно утверждать, что СССР с 1976 года стал проводить по отношению к презумпции невиновности двойную политику: признавая на международном уровне и отрицая ее внутри страны.

Также еще хотелось бы отметить, что при разработке и утверждении Конституции СССР 7 октября 1977 года в нее вместо принципа презумпции невиновности было включен ее исторический «предшественник»: » Никто не может быть признан виновным в совершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в соответствии с законом».

Презумпции как средство юридической техники

Современная юридическая техника располагает широким арсеналом средств. Одним из таких средств является презумпция. Презумпции можно найти практически во всех отраслях права, где они зачастую играют первостепенную роль. Более того, презумпции могут составлять основу правоприменительной практики, как например это происходит с презумпцией невиновности в уголовном праве. Однако не следует забывать, что презумпция является абстрактным предположением, то есть применима к конкретному случаю при учёте особенностей и частностей. Помимо этого, презумпция предполагает доказательство противной стороной факта обратного, что может внести в ряд дел определённую сложность, которую не всегда можно признать обоснованной. Но необоснованность — скорее исключение, нежели правило. Презумпции не вводятся отдельными законодательными актами, а в составе акта, где содержится конкретная презумпция, она особо не выделяется. Так, уже упомянутая выше презумпция невиновности содержится в статье 49 Конституции Российской Федерации. Таким образом, презумпции, содержащиеся в праве, зачастую скрыты, но сложно преувеличить их значение.

Понятие презумпции.

На сегодняшний день существует множество определений понятия правовая презумпция, многие из которых, однако, очень схожи. Термин происходит от латинского «praesumptio», переводимого как преждевременное пользование, заблаговременное использование, предположение, ожидание. Самая общая формулировка определения правовой презумпции будет звучать как «средство юридической техники, заключающееся в признании фактов, связей, явлений, ситуаций истинными, пока не будет доказано обратное». Можно рассмотреть и несколько более конкретное определение: «закреплённое в нормах права предположение о наличии или отсутствии юридических фактов, основанное на связи между ними и фактами наличными и подтверждённое предшествующим опытом». Раскрыть приведённые определения можно с помощью признаков правовой презумпции:

  1. характер предположения;
  2. обобщение в презумпцию опыта, накопленного за длительный период;
  3. весьма значительная степень достоверности;
  4. законодательное закрепление.

С различных позиций рассмотреть сущность презумпции позволяют два различных подхода к пониманию презумпции.

Первый подход – логико-философский, разработанный профессором В. К. Бабаевым. Согласно этому подходу, презумпция – в первую очередь логический приём, продукт индукции. В качестве критерия её эффективности выступает в данном случае достоверность, верное отражение правовой реальности, эффективность в качестве средства познания.

Второй подход – юридический, рассматривает презумпцию не как результат какой-либо деятельности, а как изначально правовое явление. Критерием эффективности в этом подходе служит степень полезности в правовом регулировании, то есть подход можно обозначить как утилитарный.

Оба подхода, впрочем, не лишены как достоинств, так и недостатков, скажем, логико-философский подход не позволяет объяснить значения всех презумпций, в том числе одной из базовых – презумпции невиновности, поскольку она на практике не обладает повторяющимся характером, в связи с чем создатель этого подхода профессор В. К. Бабаев предлагал заменить понятие «презумпция невиновности» на «принцип невиновности обвиняемого». Эта идея, как мы можем наблюдать, не нашла поддержки и не прижилась. Второй же подход более универсален, но имеет другой важный недостаток: игнорируя вероятностный аспект презумпции, этот подход, по сути, разрушает границу между презумпцией и фикцией. По мнению М. Л. Давыдовой любая презумпция сочетает социальную и юридическую стороны. Тем самым, находится некое компромиссное решение, согласующее в определённой мере два описанных выше подхода.

Классификация правовых презумпций.

Известно несколько вариантов деления презумпций по видам. Эти классификации используют различные критерии, как то сфера действия, возможность опровержения, значимость и т. д.

Профессор В. К. Бабаев разделяет презумпции на два вида:

  1. Общеправовые – презумпции, принятые во всех отраслях права; профессор считает, что они уже стали принципами и не могут рассматриваться как средство юридической техники. Примером этого вида служит презумпция знания законов.
  2. Презумпции как приёмы юридической техники – презумпции, не достигшие по значимости презумпций-принципов. Роль этих презумпций скромнее роли общеправовых презумпций. Иллюстрирует этот вид презумпция смерти лица, безвестно отсутствующего свыше 5 лет.

Эта классификация, однако, не охватывает всех аспектов регулирования и использования правовых презумпций. Она может быть использована в совокупности с какой-либо иной или как часть более объёмной классификации.

Профессор Т. Д. Зражевская определяет следующую классификацию презумпций, применительно к конституционному праву:

  1. презумпция-принцип
  2. презумпция компетентности
  3. презумпция конституционности деятельности всех участников конституционных отношений
  4. презумпция конституционности нормативных правовых актов
  5. презумпция добросовестности участников конституционных правоотношений

Данная классификация особенно ценна в силу редкости трудов, затрагивающих проблему презумпций в конституционном праве. Она интересна и с точки зрения обоснования автором выделения приведённых категорий. Тем не менее, тема презумпций в конституционном праве не до конца разработана, не существует фундаментальных трудов, общепризнанных концепций, а где, казалось бы, им ещё существовать, как не в конституционном праве, выстраивающем базу для всего законодательства государства.

Относительно полная классификация презумпций даётся в статье М. Л. Давыдовой и выглядит следующим образом:

  1. По способу нормативного закрепления
  • прямые
  • косвенные
  1. По возможности опровержения
  • опровержимые
  • неопровержимые
  1. По способу установления
  • императивные
  • диспозитивные
  1. По отраслевой принадлежности
  • материально-правовые
  • процессуально-правовые
  1. По масштабу действия
  • общеправовые
  • межотраслевые
  • отраслевые

Приведённая классификация собрана из целого ряда источников. Она, бесспорно, хороша тем, что включает достаточный для высокой точности набор критериев. Однако М. Л. Давыдова в своей статье отмечает, что некоторые из этих классификаций являются спорными.

Так, не все авторы выделяют косвенную презумпцию в силу сложности её отыскания в тексте нормативного правового акта, то есть к презумпции предъявляется требование чёткого выражения, что, возможно, создавало бы проблемы, если допустить непризнание косвенных презумпций как таковых. Такой подход является, пожалуй, исключительно позитивистским, ибо, отметая проникновение вглубь нормы, её интерпретацию, он устанавливает слепое следование букве закона, что не всегда может быть признано оправданным. С другой стороны, выделение косвенных презумпций влечёт потерю определённости формы: сохраняя содержание, презумпция утрачивает форму, отсюда возможное злоупотребление выделением значительного количества новых презумпций при признании косвенной презумпции. При этом, смысл презумпции, как лаконичного и практичного регулятора, с таким увеличением их количества, разумеется, пропадёт. Возможно ли сохранение содержания без формы? Как поступать с огромным массивом презумпций, становящимся громоздкой машиной? Одним словом, вопрос остаётся дискуссионным.

Кроме того, могут ли презумпции быть неопровержимыми? Ведь при этом нарушается одно из ключевых свойств презумпции – вероятность. Таким образом, и этот вопрос не прост и требует детального рассмотрения.

Существует вопрос и о классификации презумпций по масштабу действия. Дело в том, что отрасли права тесно взаимосвязаны, кроме того, презумпции, зарождающиеся в одной отрасли, могут со временем вырасти до общеправовых; соответственно многие учёные ставят под сомнение разбиение презумпций на такие группы.

История.

Само происхождение термина «презумпция» указывает на древность этого средства юридической техники. Многие учёные называют презумпцию «разработкой» римских юристов. Однако такой подход является ошибочным: римские юристы не давали ни определения, ни классификации презумпций. Тем не менее, понятие презумпции встречается в Дигестах Юстиниана, причём примерно в 30 контекстах, а также в Институциях Гая, что говорит о существовании презумпции как таковой в древнеримском праве.

Значительное развитие понятийного восприятия презумпции приходится на Средневековье. Средневековые юристы, на основании вышеупомянутых памятников римского права, создают классификацию правовых презумпций, разбивая их на 3 категории: законная опровержимая презумпция, законная неопровержимая презумпция, фактическая презумпция. Классификацию эту нельзя признать сколько-нибудь правильной, ибо она смешивает признаки, по которым презумпции классифицируются: опровержимость и законодательное закрепление. Более того, говоря о классификациях мы затрагивали проблему неопровержимых презумпций и установили наличие внутреннего противоречия в данном понятии.

Несмотря на различные несовершенства законодательной техники разных времён и изменения в правовых концепциях, существуют и в наше время презумпции, пронесённые человечеством сквозь века. Такова, например, известная любому, даже самому юридически неграмотному, человеку презумпция невиновности. Она, кстати, вызывает немало дискуссий в юридическом мире: большинство обвиняемых в уголовных преступлениях являются виновными, поэтому невиновность является здесь скорее исключением, чем правилом, а это уже нарушает один из ключевых признаков презумпции – высокую вероятность. С точки зрения В.К. Бабаева, презумпция невиновности – искусственная презумпция. При этом, сложно оспорить необходимость существования этой презумпции, особенно исходя из концепции гуманности правосудия.

Особо следует отметить презюмирование законности длительных отношений или состояний. Так, в римском частном праве существовал институт «незапамятного времени», при котором законным признавалось существующее положение, когда живущие не помнили иного. В Англии и поныне существует презумпция древности обычая, предусматривающая действие обычая, если будет доказано, что он существовал до 1189 года, в некоторых же случаях достаточно ссылки на обычай. Подобное положение можно, пожалуй, считать типичным для английской правовой системы, учитывая, что в рамках её действуют акты, принятые десятки, а иногда и сотни лет назад. Презумпцию, подобную описанным выше, можно встретить и в российском праве. Это приобретательная давность, описанная в статье 234 ГК РФ.

Интересно также рассмотреть изменения, происходящие с конкретными презумпциями во времени. Это можно сделать на примере презумпции вины в законодательстве Франции. Изначально законодатель с её помощью старался облегчить бремя доказывания для потерпевших, поэтому презюмировалась вина лица, с которого потерпевший мог требовать возмещение. В XIX веке существовали: презумпция вины отца за ущерб, нанесённый действиями ребёнка, проживающего вместе с ним; вины мастера или учителя, если ущерб наносился подмастерьем или учеником; вины работодателя, когда ущерб причинялся служащим при исполнении обязанностей; вины хозяина животного; вины собственника здания. С течением времени происходили изменения: презумпция вины учителя при причинении ущерба учеником была отменена, презумпция вины хозяина животного и презумпция вины работодателя были изменены. Это говорит о том, что презумпции всё же чаще изменяются под воздействием прогресса, развития общественных отношений. Меняются эпохи, отношения в обществе – меняются и законы, регулирующие эти отношения.

Презумпции в конституционном праве.

Конституционная презумпция – разновидность предположения (сформулированного в Конституции РФ и иных нормах конституционного законодательства) о порядке явления и (или) наличии у того или иного субъекта конституционно-правовых отношений определённого юридически значимого качества, не требующего доказательства, из которого следует исходить в правоприменительной деятельности. Приведённое определение достаточно полно отражает сущность конституционной презумпции, но является несколько расплывчатым в части формулировки, которая говорит о порядке явления конституционно-правовых отношений. Если заменить эту часть словами «…о значении существования…», то определение, на наш взгляд, выиграет в плане чёткости и ясности формулировки.

Любопытен взгляд С. А. Мосина на конституционную презумпцию: он различает презумпцию в конституционном праве и в тексте Конституции. В частности, С. А. Мосин относит презумпцию невиновности к конституционным, но не к конституционно-правовым, объясняя это тем, что указанная презумпция не соответствует понятию конституционно-правовой, а относится непосредственно к уголовному праву. Здесь предпочту согласиться с Т. Д. Зражевской, которая, критикуя описанное мнение, напоминает о верховенстве Конституции и подчёркивает неразделимость конституционного и конституционно-правового начал.

Т. Д. Зражевская приводит ряд особенностей, позволяющих выделить конституционно-правовые презумпции из общего массива:

  1. Многоуровневость (презумпции закреплены как в тексте Конституции, так и в ином конституционном законодательстве; отдельные конституционные презумпции играют роль общеправовых);
  2. Косвенное правовое закрепление категории презумпции (в конституционном праве отсутствует формулировка категории презумпции; большинство конституционно-правовых презумпций формулируется решениями КС РФ);
  3. Международно-правовая составляющая (на основании ч. 4 ст. 15 Конституции РФ общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ становятся частью её правовой системы);
  4. Возможность опровержения при определённых политических условиях (с изменением правовой и политической действительности в ходе исторического процесса неопровержимые презумпции могут, а зачастую и должны опровергаться).

Также Т. Д. Зражевская касается уже упомянутого нами выше вопроса о возможности существования неоспоримых презумпций и их соотношении с оспоримыми. Проблема существования неоспоримых презумпций разрешается профессором двояко: с одной стороны, неоспоримые презумпции могут с течением времени становиться оспоримыми и опровергаться, с другой стороны, есть неоспоримые презумпции, подкрепляемые явным фактом. Как пример первой приводится ст. 6 Конституции СССР, как пример второй – презумпция нетрудоспособности родителей, которых трудоспособные дети обязаны содержать. Профессор подчёркивает, что конституционно-правовые презумпции составляют базу, фундамент и отнюдь не исключают существования презумпций в иных отраслях и институтах.

Презумпции в гражданском праве.

В современной цивилистике существует целый ряд определений гражданско-правовой презумпции. Так, М. Н. Бронникова определяет гражданско-правовую презумпцию как «правило, содержащее предположение об опровергаемом признаке, характеризующем субъект, объект гражданских правоотношений или юридический факт». Однако данное определение, как нам кажется, упускает из виду, что признак, которого касается презумпция, не обязательно опровергаемый, т.е. сам признак в конкретном деле может и не опровергаться сторонами, а признаваться безоговорочно.

Известно определение О. А. Кузнецовой, которое гласит, что «гражданско-правовая презумпция есть прямо или косвенно закреплённое в гражданском законодательстве индуктивное вероятное предположение, основывающееся на статической связи действительного и презюмируемого, которое касается юридически значимых обстоятельств и влечёт правовые последствия в виде необходимости его применения, если не будет доказано обратное». Автор отдельно оговаривает, что презумпция может быть как нормой права, так и средством юридической техники. В этом определении значительные сомнения вызывает утверждение, что связь презюмируемого и действительного статична. Скорее наоборот, связь эта динамическая, ибо действительность склонна меняться быстрее, чем правовые нормы, поэтому с изменением условий действительности толкование статично закреплённых презумпций ложится на суд. Кроме того, многие исследователи утверждают, что в отдельных случаях связь реального с презюмируемым вообще формальна, следовательно, нельзя вообще говорить о статике или динамике в ней.

В качестве особенностей гражданско-правовых презумпций необходимо отметить акцентирование внимания на функциональном назначении, тогда как конституционное право акцентирует внимание на сущностной нагрузке презумпций. Также, отсутствие единообразно понимаемых презумпций является особенностью и, одновременно, проблемой гражданского права. Нельзя не согласиться с тем, что проблема требует скорейшего решения и непременного активного содействия со стороны высших судов. Другая особенность обуславливается природой регулируемых отношений: равенство субъектов, автономия воли, имущественная самостоятельность. И ещё одна особенность, описываемая Б. А. Булаевским это широкий функционал гражданско-правовых презумпций. Эта особенность объясняется многообразием интересов и отношений, регулируемых гражданским правом.

Специально хотелось бы отметить важную черту: сама сфера гражданского права характеризуется диспозитивностью, поэтому большинство гражданско-правовых презумпций также диспозитивны, законодатель учитывает свободу воли субъектов гражданско-правовых отношений. Последнее весьма значительно, поскольку тем самым обеспечивается относительная автономия договорных отношений, и гарантируется невмешательство государства в отношения, регулируемые договорным и корпоративным правом, при условии отсутствия в договорах и корпоративных актах противоречий законодательству.

Презумпции в уголовном праве.

Признанным лидером по количеству презумпций в российской правовой системе является гражданское право, за ним следует уголовное право. Именно по количеству, поскольку важность уголовно-правовых презумпций трудно переоценить, они, пожалуй, наиболее социально значимые среди всех презумпций. А. В. Козлов и С. И. Мурзаков выделяют 4 основные отраслевые презумпции уголовного права:

  1. презумпция осознания общественной опасности деяния;
  2. презумпция предвидения возможности наступления общественно опасных последствий;
  3. презумпция возможности предотвратить общественно опасные последствия;
  4. презумпция необъективной оценки обороняющимся лицом степени и характера опасности нападения вследствие неожиданности посягательства.

Помимо этого, разумеется, нельзя обойти вниманием такие общеправовые презумпции, как презумпция невиновности и презумпция знания закона. Именно о них большинство правоведов высказывается как о ключевых применительно к уголовному праву. При этом, как нами уже отмечалось выше, презумпция невиновности носит скорее исключительный, чем вероятностный характер, но, несмотря на это, она выполняет свою социально-значимую функцию: защищает обвиняемого от неправомерного лишения свободы.

Необходимо обратить внимание на то, что презумпция невиновности, вопреки мнению некоторых авторов, не является уголовно-правовой, а принадлежит к основополагающим общеправовым презумпциям. Также ошибочным является отнесение презумпции несоответствия нравственным требованиям лица, конфликтующего с уголовным законом, к уголовно-правовым презумпциям. Несмотря на то, что в её названии встречается формулировка «уголовный закон», эту презумпцию следует относить скорее к межотраслевым, поскольку она регулирует ситуации, когда совершивший преступление лишается права занимать определённые должности, что встречается не только в уголовном, но и в административном, банковском праве.

Презумпции в трудовом праве.

В трудовом праве, как и в других отраслях, действуют как общеправовые, так и отраслевые презумпции. Разумеется, отраслевые презумпции имеют в трудовом праве свою специфику, применительно к отношениям данной отрасли.

А. М. Лушников и М. В. Лушникова выделяют в рамках трудового права следующие общеправовые презумпции:

  1. Презумпция знания закона, причём применительно не только к государственным, но и к локальным правовым актам;
  2. презумпция правомерности правовых актов: профессора отмечают туманность формулировки ТК относительно автоматического неприменения всех противоречащих ему актов;
  3. презумпция невиновности и презумпция вины. Здесь профессора утверждают, что презумпция невиновности должна распространяться в основном на работника, а презумпция вины на работодателя. На наш взгляд, это вопиющая несправедливость. Отечественным законодательством работодатель вообще «обижен»: жёстко ограничен круг случаев, когда можно уволить работника, за отказ в приёме на работу работодатель рискует навлечь на себя судебное разбирательство, бремя доказывания практически во всех случаях лежит на нём. Недопустимо презумпцию вины направлять исключительно на работодателя. Что тогда делать с заявлениями главы государства о поддержке бизнеса? Понятно, что поддерживать работника нужно, но создавать такие губительные условия для предпринимателя чревато уходом бизнеса и капитала за рубеж и, следовательно, безработицей. Презумпция невиновности и презумпция вины в равной степени должны действовать на работодателя и работника;
  4. презумпция добросовестности, которой авторы придают значительный идеологический и политический вес.

В качестве отраслевых презумпций авторы приводят:

  1. Презумпцию трудовых отношений;
  2. презумпцию трудового договора, заключённого на неопределённый срок;
  3. презумпцию толкования всех неустранимых противоречий и неясностей в действующем трудовом законодательстве в пользу работника;
  4. презумпцию недействительности условий договоров о труде, ухудшающих положение работников по сравнению с трудовым законодательством.

Из всех приведённых презумпций, пожалуй, только четвёртую можно в полной мере признать обоснованной и необходимой. Все остальные толкуются авторами, как способ перекладывать бремя доказывания, вину и ответственность с работника на работодателя. Как мы уже отмечали выше, это недопустимо, тем более с точки зрения официальных заявлений и программ поддержки бизнеса. Должен существовать определённый баланс: работник и работодатель должны так осуществлять свои права и исполнять обязанности, чтобы обеспечивать слаженное функционирование фирмы. При этом ничьи права не должны значительно превалировать, должно соблюдаться равенство и защищаться положение как работника, так и работодателя.

Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 14

Давыдова М.Л. Правовые презумпции в системе средств юридической техники. С. 159

Цуканов Н.Н. Правовые презумпции в административной деятельности милиции. С. 13

Бабаев В.К. Презумпции в российском праве и юридической практике. С. 327

Давыдова М.Л. Правовые презумпции в системе средств юридической техники. С. 160

Арзамасов Ю.Г. О понятии презумпций и их месте в системе средств юридической техники. С. 72–74

Зражевская Т.Д. Презумпции в конституционном праве России. С. 37–40

Давыдова М.Л. Правовые презумпции в системе средств юридической техники. С. 166–169

Придворов Н.А., Трофимов В.В. Презумпции в римском и современном праве. С. 464–465

Там же.

Там же. С. 468–469

Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 97

Новицкий И.Б., Перетерский И.С. (науч. ред.) Римское частное право. С. 90

Романов А.К. Правовая система Англии. С. 182–205.

Леже Р. Великие правовые системы современности. С. 359

Зражевская Т.Д. Презумпции в конституционном праве России. С. 36

Мосин С.А. Презумпции и принципы в конституционном праве Российской Федерации. С. 25

Зражевская Т.Д. Презумпции в конституционном праве России. С. 36–37

Зражевская Т.Д. Презумпции в конституционном праве России. С. 37

Бронникова М.Н. Гражданско-правовая презумпция по российскому законодательству: содержание, правовые формы и применение. Дис… канд. юрид. наук. С. 8

Кузнецова О.А. Презумпция в российском гражданском праве. Автореф. дис… канд. юрид. наук. С. 5–6

Пишина С.Г. Роль гражданско-правовых презумпций в защите прав участников гражданского оборота. С. 457

Там же. С. 459

Булаевский Б.А. Гражданско-правовые презумпции: понятие и функции. С. 113

Там же.

Козлов А.В., Мурзаков С.И. Презумпции в уголовном праве. С. 249–251

Лушников А.М., Лушникова М.В.Презумпции в трудовом праве: общеправовые и отраслевые. С. 328–329

Там же. С. 329–330

по Логике (3)

  1. Определить отношения между понятиями, изобразить их с помощью кругов Эйлера:

а) Виновность. Невиновность.

Понятия «Виновность» и «Невиновность» находятся в отношении противоречия (контрадикторности), одно из которых содержит признаки, а другое эти же понятия исключает. Из схемы видно что понятие А противоречит понятию не-А, и исчерпывает весь объем понятия «Виновность». Между противоречиями не может быть никакого третьего понятия, в круговых схемах это отношение выглядит так:

А Не-А

б) Обвинительный приговор. Оправдательный приговор. Судебный акт.

Понятия «Обвинительный приговор» «Оправдательный приговор» «Судебный акт» находятся в отношении соподчинения (координации). Такие отношения могут иметь два или больше неперекрещивающихся понятий, подчиненных общему для них понятию в круговых схемах это отношение выглядит так где: А – «Судебный акт», В – «Обвинительный приговор», С – «Оправдательный приговор»

А

В С

в) Кража. Мошенничество. Разбой. Преступление против собственности. Разбой.

Понятия «Кража», «Мошенничество», «Разбой», «Преступление против собственности», «Разбой» имеют отношении подчинения (субординации), объем одного полностью входит в объем другого, составляя его часть, в круговых схемах это отношение выглядит так где: А – «Кража», В – «Мошенничество», С –»Разбой». D – «Преступление против собственности», Е – «Разбой».

D

A B CЕ

г) Студент. Уфимец. Отец. Рыбак.

Понятия «Студент», «Уфимец», «Отец», «Рыбак», находятся в равнообъемности, в которых мыслится один и тот же предмет. Объемы этих понятии полностью совпадают (хотя содержание различно). Так отношение между понятиями «Студент», «Уфимец», «Отец», «Рыбак», изображено в виде четырех полностью совпадающих кругов А, В, С и D, где: А – «Студент», В – «Уфимец», С – «Отец», D – «Рыбак».

А В С D

д) Старый человек. Молодой человек.

Понятия «Старый человек», «Молодой человек» противоположности (контарности) одно из которых содержит некоторые признаки, а другое — признаки не совместимые с ним. Объемы двух противоположных понятий составляют в своей сумме лишь часть объема общего для них родового понятия, видами которого они являются и которому они соподчинены. Из схемы видно что понятие В, содержит признаки, не совместимые с признаками понятия А, и исчерпывает весь объем понятия «Старый человек». Пунктиром изображено родовое понятие «человек». Между противоречиями не может быть никакого третьего понятия, в круговых схемах это отношение выглядит так где: А – «Старый человек», В – «Молодой человек».

А В

  1. Выделить в определении через род и видовое отличие, определяемое и определяющее понятие, в последнем – род и видовое отличие:

Определение через род и видовое отличие состоит из двух понятий: определяемого и определяющего, а сама операция включает в себя два прима: 1) подведение определяемого понятия под более широкое по объему родовое понятие (род) и 2) указание видового отличия, т.е. признака отличающего определяемый предмет (вид этого рода) от других видов, входящих в данный род.

а) Кража – это преступление, против собственности состоящее в тайном хищении чужого имущества.

В Уголовном Кодексе Российской Федерации кража определяется как тайное хищение чужого имущества. Ближайшим родом в этом определении является понятие «хищение чужого имущества», видовым отличием – понятие «тайное». Этот признак отличает кражу от грабежа и других видов хищения собственности. Более широким для понятия «кража», как и для всех видов преступлений, предусмотренной соответствующей главой Особенной части УК РФ, является «преступление против собственности», оно отражает родовой объект посягательства, т.е. объект единый для группы однородных преступлений.

Определение через род и видовое отличие выражается символический: А = Вс, Где А – определяемое понятие «Кража», Вс – определяющее понятие «Преступление, против собственности состоящее в тайном хищении чужого имущества» (В – род «хищение чужого имущества», с – видовое отличие «тайное»).

б) Государственный аппарат – это иерархическая система государственных органов, осуществляющих практическую работу по реализации функций государства.

Определение через род и видовое отличие выражается символический А = Вс, Где А – определяемое понятие «Государственный аппарат», Вс – определяющее понятие «Иерархическая система государственных органов, осуществляющих практическую работу по реализации функций государства» (В – род «Иерархическая система государственных органов», с – видовое отличие «по реализация функций государства»).

  1. Указать вид суждений по объединенной классификации привести их схемы, указать распределенность S и Р:

а) Некоторые люди не лгут.

Суждение «Некоторые люди не лгут» по объединенной классификации суждений относится к частноотрицательным суждениям (О) – это суждение, частное по количеству и отрицательное по качеству. «Некоторые люди (S) не лгут (P)» Это суждение имеет схему «Некоторые S не суть P». Кванторное слово «некоторые» указывает на количество суждения, отрицательная связка «не суть» на его качество.

S P

Субъект этого суждения не распределен (мыслится лишь часть людей), предикат распределен, в нем мыслится все люди, ни один из которых не включен в эту часть людей, которая мыслится в субъекте. Следовательно, в частноотрицательным суждении S не распределен, а P распределен.

б) Не бывает войн без жертв и потерь.

Суждение «Не бывает войн без жертв и потерь» по объединенной классификации суждений относится к общеотрицательным суждениям (Е) – это суждение, общее по количеству и отрицательное по качеству. «Не бывает войн (S) без жертв и потерь (P)». Это суждение имеет схему «Ни одно S не есть P)».

S P

И субъект, и предикат взяты в полном объеме. Объем одного термина полностью исключается из объема другого: Не бывает войн без жертв и потерь, и все войны сопровождаются жертвами и потерями. Следовательно, в общеотрицательных суждениях S, и P распределены.

в) Неверно, что все люди говорят правду.

Суждение «Неверно, что все люди говорят правду» по объединенной классификации суждений относится к частноутвердительным суждениям (I)– это суждение, частное по количеству и утвердительное по качеству. «Неверно, что все люди (S) говорят правду (P)». Это суждение имеет схему «Некоторые S суть P». Кванторное слово «некоторые» указывает на количество суждения, отрицательная связка «не суть» на его качество.

S P

Субъект этого суждения не распределен, так как в нем мыслится только часть людей, объем субъекта лишь частично включается в объем предиката: только некоторые люди говорят не правду. Но и объем предиката лишь частично включает в объем субъекта: правду говорят не все люди. Следовательно, в частноутвердительном суждении ни S, ни P не распределены.

г) В любом государстве существуют налоги.

Суждение «В любом государстве существуют налоги» по объединенной классификации суждений относится к общеутвердительным суждениям (A) – это суждение, общее по количеству и утвердительное по качеству «В любом государстве (S) существуют налоги(P)». Схема общеутвердительного суждения «Все S суть P» где кванторное слово «все» характеризует количество, утвердительная связка «суть» — качество суждения.

S

P

Субъект этого суждения «любом государстве» распределен, он взят в полном объеме: речь идет обо всех государствах. Предикат этого суждения «налоги» не распределен, так как в нем мыслится только о налогах государства. Таким образом, в общеутвердительных суждениях S распределен, а P не распределены.

  1. Определить вид данных суждений, их отношения по логическому квадрату:

Отношения между простыми суждениями обычно рассматриваются с помощью мнемонистической схемы, называемой логическим квадратом. Его вершины символизируют простые категорические суждения – A, E,I, O; стороны и диагонали – отношения между суждениями.

противоположность

A E

Противоречие (контрадикторность)

I O

Частичная совместимость (субконтарность)

а) Некоторые государства являются унитарными – Неверно, что все государства являются унитарными.

Суждение «Некоторые государства являются унитарными» по объединенной классификации суждений относится к частноутвердительным суждениям (I), а суждение «Неверно, что все государства являются унитарными» по объединенной классификации суждений относится к частноотрицательным суждениям (О) – суждения I и O являются частично совместимыми (субконтрарными), которые могут быть одновременно истинными, но не могут быть одновременно ложными.

б) Все люди хотят быть счастливыми – Не все люди хотят быть счастливыми.

Суждение «Все люди хотят быть счастливыми» по объединенной классификации суждений относится к общеутвердительным суждениям (А), а суждение «Не все люди хотят быть счастливыми» по объединенной классификации суждений относится к общеотрицательным суждениям (Е) –суждения А и Е являются противоположными (контрарными), которые одновременно не могут быть истинными, но могут быть одновременно ложными.

в) Петров не доверяет никому – Петров доверяет всем.

Суждение «Петров не доверяет никому» по объединенной классификации суждений относится к частноотрицательным (О), а суждение «Петров доверяет всем» по объединенной классификации суждений относится к общеутвердительным суждениям (A) – суждения О и А являются противоречивыми (контрадикторными), которые одновременно не могут быть ни истинными, ни ложными.