Преступления совершенные сотрудниками полиции

О) совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел

Н) Совершение преступления с использованием форменной одежды или документов представителя власти

М) Совершение преступления с использованием доверия, оказанного виновному в силу его служебного положения или договора

Указанное обстоятельство повышает наказание, поскольку виновный обманывает лиц, оказавших ему доверие, используя его для совершения преступления.

Использовать доверие, оказанное ему в силу его служебного положения, может не только должностное лицо или не являющийся им руководитель предприятия, учреждения, организации, но и рядовой сотрудник. Например, государственную тайну в силу выполняемой работы могут знать как те, так и другие. И государственная измена в форме выдачи государственной тайны совершается с использованием доверия, оказанного им по службе.

Договор в соответствии с ГК РФ может быть заключен как с физическим, так и с юридическим лицом. Использование при совершении преступления доверия, вытекающего из того или другого договора, будет усиливать наказание (например, если руководитель банка или фирмы присвоил деньги вкладчиков).

Усиление наказания в таких случаях вызвано тем, что использование форменной одежды или документов представителя власти, во-первых, способно облегчить совершение преступления, т.е. предоставить большие возможности для его совершения, и, во-вторых, подрывает авторитет органов власти.

В соответствии с примечанием к ст. 318 УК представителем власти признается должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости.

Использование форменной одежды или документов представителя власти будет являться обстоятельством, отягчающим наказание, независимо от того, были они у преступника на законном или незаконном основании.

Новое отягчающее обстоятельство – введено в УК РФ ФЗ от 22.07.2010 г. № 155-ФЗ.

п) совершение преступления в отношении несовершеннолетнего (несовершеннолетней) родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего (несовершеннолетней), а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанным осуществлять надзор за несовершеннолетним (несовершеннолетней)

Очень новое отягчающее обстоятельство – введено в УК Федеральным законом от 29.02.2012 г. № 14-ФЗ.

Согласно ч. 4 ст. 65 УК при назначении наказания лицу, признанному вердиктом присяжных заседателей виновным в совершении преступления, но заслуживающему снисхождения, обстоятельства, отягчающие наказание, не учитываются.

§ 9. ПРЕСТУПНИКИ — СОТРУДНИКИ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ

Преступность и совокупность правоохранительных органов можно рассматривать как две большие, кардинально различающиеся подсистемы современного общества, ведущие постоянную непримиримую борьбу между собой. Преступность носит огромный урон людям, обществу, государству. Правоохранительная система стремится этот урон предотвратить, минимизировать, выявить и наказать виновных. Преступность в целом аморфна, от-дельные ее акты непредсказуемы, она растворена в массе добропорядочных граждан, многолика и изменчива. Правоохранительная система, хотя и не имеет единого центра, состоит из органов, тесно взаимосвязанных между собой и координирующих свою деятельность на основе закона. Можно указать и еще на многие различия. Говоря философским языком, эти две подсистемы олицетворяют собой борьбу добра со злом, права и морали с беззаконием и произволом.
Столь же, в принципе, различны и люди, из которых состоят эти подсистемы. Не совпадают даже их демографические данные. Если, как говорилось выше, средний возраст преступников колеблется в пределах 25-30 лет, то сотрудники правоохранительных органов в целом заметно старше (около 40 лет). У них более высокий образовательный уровень, устойчивое социальное положение и материальное обеспечение.
Но главное различие не в этом, оно лежит в духовной, мировоззренческой и поведенческой сферах.
Население вправе требовать и рассчитывать на то, что его охраняют честные, неподкупные, опытные и смелые профессионалы, на опыт и знания которых можно положиться в любой опасной и тяжелой ситуации. В целом так и есть. И тем не менее этот параграф книги имеет право на существование. «В семье не без урода», — гласит известная пословица. К сожалению, преступления совершаются и сотрудниками правоохранительных органов, что особенно опасно для общестьа, если учесть, что эти люди, как правило, обладают большой и авторитетной властью, а их служебное положение охраняется законом.
Основные преступления, совершаемые сотрудниками правоохранительных органов, предусмотрены в гл. 31 Уголовного кодекса РФ «Преступления против правосудия». Это привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299), незаконное освобождение от уголовной ответственности (ст. 300), незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей (ст. 301), принуждение к даче показаний (ст. 302), фальсификация доказательств (ст. 303), провокация взятки или коммерческого подкупа (ст. 304), вынесение заведомо незаконных неправосудных приговора, решения или иного судебного акта (ст. 305). Но сюда примыкают и некоторые преступления, предусмотренные другими главами УК, например, должностные преступления и взяточничество.

Если в 2000 г. за преступления против правосудия было осуждено 2155 лиц, а в 2001 г. — 2487, то в 2003 г. привлечено к уголовной ответственности более 3000 работников правоохранительных органов.
Статистика свидетельствует о том, что преступлений, совершаемых сотрудниками правоохранительных органов, регистрируется сравнительно немного. Если представить себе уголовное судопроизводство в виде лестницы, то на нижних ее ступенях (оперативно-розыскная деятельность, дознание) преступлений больше, чем на последующих ступенях (следствие, суд, исполнение наказания). Соответственно чаще рассматриваемые преступления совершаются сотрудниками милиции. За должностные преступления в 2001 г. быдо привлечено к уголовной ответственности сотрудников милиции 2171 человек, осуждено — 338. В 2001 г. было незаконно арестовано более 1300 человек. Реже преступления совершаются прокурорами, еще реже — судьями.
За три года (1999-2001 гг.) квалификационные коллегии лишили полномочий судьи 342 человека, но только в отношении нескольких были возбуждены уголовные дела. (Думается, что при этом сыграли свою роль и корпоративные связи и интересы).
Такое распределение числа зарегистрированных преступлений между разными профессиями имеет ряд причин, к числу которых относятся и профессиональный уровень правонарушителей сотрудников разных правоохранительных органов, и характер их работы, и состояние контроля со стороны государственных учреждений и общественности. Достаточно сказать, что если оперативно-розыскная деятельность осуществляется скрытно, то судебное разбирательство публичное и гласное, доступное и публике, и средствам массовой информации. Всякое нарушение закона в этой стадии если и нельзя считать невозможным, то во всяком случае весьма затруднительным. В целом же для всех упомянутых преступлений безусловно свойственна высокая латентность.
Для характеристики личности преступников в правоохранительной системе весьма важно понять особенности формирования преступного поведения и мотивацию их незаконных действий.
Анализ практики показывает, что наиболее частыми являются две разновидности такой мотивации.
Первая — это ложно понимаемые служебные интересы, обязанности и полномочия. Наиболее ярким литературным примером может служить эпизод из известного телевизионного фильма «Место встречи изменить нельзя». Ответственный сотрудник уго-ловного розыска Жеглов (его играл В. Высоцкий) незаметно под- кладывает в карман предполагаемого вора кошелек, украденный у женщины и выброшенный вором, а затем «находит» его и арестовывает подозреваемого. В ответ на замечание своего подчиненного В. Шарапова, что так поступать недостойно, Жеглов убежденно заявляет: «Вор должен сидеть в тюрьме!». У него нет никаких сомнений в правильности своих действий, не говоря уже о законе и принципах морали.
Несомненно, Жегловым совершено преступление. Каковы же его мотивы? В данном примере — понимаемый им по-своему служебный долг, стремление любыми средствами искоренять преступность. Однако надо заметить, что эта мотивация на практике как бы раздваивается: одна часть нарушителей закона, вроде упомянутого персонажа, действует из лучших, даже, можно сказать, благородных побуждений — только закон для них не столь уж важен. Но есть и другая группа с аналогичной мотивацией — поймать и наказать преступника, однако источником этой моти-вации служит иное исходное соображение: улучшить показатели работы в своем районе, области, республике. Здесь внешне благородные побуждения часто приобретают карьеристский характер, перерастают в корыстно-личный интерес — быстрого продвижения по службе, получения наград и иных видов поощрения.

Психологические особенности рассматриваемых лиц нужно охарактеризовать в первую очередь в плане уровня их правосознания и нравственных качеств.
Что касается правосознания, то очевидно, что все они достаточно хорошо знают законы, но на деле не считаются с ними. Ложно понимаемые интересы борьбы с преступностью приводят к тому, что они начинают действовать такими же методами, что и те, с кем они борются: ложью, обманом, провокацией, а то и прямым насилием. При этом им, разумеется, хорошо известно, что все подобные «методы» строго запрещены законом. Но, как уже сказано, это их нисколько не смущает: по мнению многих сотрудников правоохранительных органов (которые разделяет и большинство обывателей), наш закон чрезмерно гуманен, мягок, не помогает борьбе с преступностью, а мешает ей. Надо ли с ним считаться?
Указанная негативная позиция наглядно подтверждается результатами опроса на условиях анонимности сотрудников органов внутренних дел в г. Москве, проведенное авторами в 2003 г. Опрошено было 135 сотрудников. На вопрос: «Способны ли Вы при субъективной уверенности в виновности подозреваемого в тяжком преступлении допустить сознательно нарушение процессуальных норм при сборе доказательств?» Более 65 процентов из Числа опрошенных ответили утвердительно, пояснив, что новый УПК создал условия, при которых они считают невозможной нормальную работу по изобличению виновных и их справедливому наказанию.
Почти все из опрошенных выражали неудовлетворение своим материальным содержанием и недопустимо низким уровнем престижности своего труда.
Продолжением этих взглядов являются и нравственные качества. Идеи человечного отношения даже к заядлому правонарушителю им совершенно чужды. Добиться результата любой ценой — вот как понимают они свою задачу. «Цель оправдывает средства» — эта одиозная формула не всегда произносится вслух, но по существу именно она служит руководством к действию.
Подобная нравственная позиция (ее вернее, конечно, назвать безнравственной) порождает даже и такие личностные черты, как правовой нигилизм, цинизм, грубость, равнодушие, самодовольство и самомнение, особенно характерные для работников низших звеньев правоохранительной системы.
Здесь уместно напомнить также и о том, что у многих сотрудников правоохранительных органов выработался, особенно в последние годы, комплекс стойкой психологической уверенности в своей безнаказанности, связанной с тем, что, с одной стороны, царит «круговая порука», а с другой — размылись и продолжают активно размываться границы между криминальной средой и органами правосудия.
За время перестройки тысячи бывших профессионалов из числа работников органов внутренних дел, прокуратуры, ФСБ, налоговой полиции перешли «по ту сторону баррикад», пополнив ряды и штаты сомнительных банков, фирм, структур, охранных предприятий околокриминального и нередко сугубо криминального характера.
На вопрос о том: «Не боитесь ли Вы, нарушая процессуальные законы, неотвратимости административного или уголовного наказания?», 40 процентов из числа вышеопрошенных уверенно ответили «не очень», пояснив при этом, что более достойную работу с их опытом и связями они всегда найдут.
К числу разнообразных причин, формирующих подобную личность, следует отнести постоянное пребывание их в тяжелой среде преступников, алкоголиков, пьяниц, что неизбежно вызывает негативные ассоциации: отвращение, презрение, ненависть или полное безразличие к человеческой судьбе и, как правило, приводит к профессиональной психологической деформации сотрудников.
Имеет значение и крайняя перегрузка, огромное число уголовных дел, которые надо раскрыть и довести до конца. Невоз-можность освоить такой объем работы ведет к спешке, нарушениям законной процедуры расследования и рассмотрения дел, а подчас к фальсификации доказательств и принуждению к самооговору, чтобы скорее завершить дело.
Не следует забывать и о том трагическом для нашей страны периоде сталинских репрессий, когда беззаконие и произвол поощрялись высшим партийным и государственным руководством. Ничто не проходит бесследно. Психология самоуправства и пренебрежения к нормам права мы будем искоренять еще не одно десятилетие.
Теперь перейдем ко второму виду мотивации, имея в виду другую категорию преступников из числа сотрудников правоох-ранительных органов. Это те, кто был назван нашей прессой «оборотнями в серых шинелях» или «оборотнями в погонах». Картина здесь, в известном смысле, противоположна описанной выше. Если предыдущая категория характеризовалась тем, что, нарушая закон, они исходили хотя бы из ложно понятых интересов дела, то здесь нет и намека на какие-либо служебные интересы: мотив преступного поведения у них только один — личная выгода. Подбрасывая не кошелек в карман подозреваемого, а пистолет, боеприпасы или наркотики заведомо невиновному человеку, эти лица рассчитывают на получение взятки, выкупа или иной личной выгоды. И на это «уличенным» гражданам чаще всего приходится идти.
Можно сказать так: в данном случае, с социально-психо-логической точки зрения, это не работники правоохранительных органов, совершающие преступления, а обыкновенные воры, вымогатели, насильники и убийцы, пролезающие в правоохранительную систему, чтобы легче было скрыть свое истинное лицо. Поэтому давать личностную характеристику этим преступникам в данном параграфе по сути дела излишне: она уже была исчерпывающе дана в предшествующих параграфах, посвященных личности соответствующих правонарушителей.
¦
Субъективная характеристика таких преступников должна быть дополнена упоминанием о тех упущениях в работе правоох-ранительной системы, которые сделали возможной такую неприглядную картину. Это — плохой подбор кадров, бесконтрольность, отсутствие опоры на широкую общественность, отсутствие необходимой гласности. Активное разоблачение «оборотней», предпринятое в 2003 — 2004 гг. руководством Министерства внутренних дел РФ, выявило десятки и сотни таких лиц в разных регионах страны. Эти меры не должны превращаться в кратковре-менную кампанию; очищение правоохранительной системы от преступных элементов должно быть постоянной и приоритетной заботой государства и общества.