Предметная область юридической феноменологии

§3. Юридическая феноменология

Феноменология права – методология познания права, сложившаяся в XX веке и составившая теоретическую платформу феноменологической школы права, представителями которой были А. Райнах, Ф. Кауфман, Г. Кониг, К. Коссио, Н.Н. Алексеев и др. Феноменологическая школа права сформировалась в результате экстраполяции (распространения) идей философской феноменоло­гии в сферу юридической науки, где они были восприняты отраслевыми направ­лениями этой науки — административным правом, муниципальным правом и др. Обращение к философской феноменологии было обусловлено, согласно убеж­дению представителей феноменологической школы права, эффективностью феноменологии как методологии исследования правовой действительности. Таким образом, феноменологическая теория права возникает в результате при­менения феноменологического метода в исследованиях права в его реальной и идеальной структуре. Необходимо подчеркнуть, что феноменологическая тео­рия права, прежде всего, это методология исследования права. Что касается не гносеологических, не познавательных (онтологических) аспектов этой теории, то таковые разработаны мало.

Феноменология как юридическая парадигма зиждется на идее, согласно которой наряду с реальным, эмпирически изменчивым правом существует иде­альное – эйдетическое, универсальное право. Идеальное право есть ничто иное как сущность права, обусловливающая существование реальных правовых по­нятий, явлений, норм и конструкций, и одновременно являющаяся критерием оценки действующего правопорядка. При этом идеальное и реальное право не противопоставлены друг другу, но находятся в неразрывном единстве, по­скольку сущность права проявляется только в существовании реальных право­вых феноменов.

В рамках феноменологической методологии объект исследования пони­мается предельно широко как правовая реальность во всем многообразии ее проявлений. Предмет исследования позиционируется как идеальная основа права – эйдос права. С точки зрения феноменологии право имеет свою онтоло­гически укорененную идеальную основу – первичную по отношению к реально существующим правовым феноменам идеальную сущность – особый мир бы­тия правовых ноуменов — понятий и норм. Феноменологическое видение права во многом формируется в результате стремления объяснить то обстоятельство, что наряду с бесконечной изменчивостью правовых систем прошлого и на­стоящего, существует неизменные, переходящее из одной правовой системы в другую, основополагающие принципы и правоположения. Такого рода инвари­антная основа права, например, школой естественного права рассматривалась как природное установление. Феноменологическая школа права объясняет существование таких неизменных правовых структур, не прибегая к юснатура­лизму. Таким образом, феноменология обращается не к эмпирически изменчи­вым экзистенциальным формам права, но к его сущностной — эссенциальной основе, явленному сознанию исследователя, правовому эйдосу. В видении фе­номенологов права, идеальная сущность права вневременна и внепространст­венна, она представляет собой структуру, в которой выражается эйдетический смысл права. Процесс правотворчества в такой исследовательской перспективе предстает как процесс наполнения реальным содержанием идеальных, апри­орно заданных чистых структур. Соответственно, деятельность правотворче­ских органов понимается как воплощение в реальность идеальных правовых моделей. Эти идеальные модели в процессе правотворчества наполняются ре­альной плотью – конкретным социокультурным историческим содержанием, получают легитимацию в акте их признания социальным субъектом, сообщают правовую энергию правам и обязанностям членов общества.

Суть феноменологии как методологии познания права сводится к тому, что конкретно-исторические системы права познаются посредством мыслен­ного вычленения идеальных структур, составляющих основу права. Феноме­нологическая редукция как метод исследования права направлена на выявление и описание его идеальной, чистой структуры. Феноменологическая редукция предполагает сведение эмпирического знания права к знанию чистому. Такого рода познание сводится, во-первых, к процедуре эпохе – процедуре отказа от всех суждений, которые касаются пространственно-временного, индивиду­ально-психологического, конкретно-исторического, социального существова­ния права; во-вторых, процедуре описания структуры, оставшейся после того, как процедура эпохе произошла. В результате применения феноменологиче­ских гносеологических процедур конкретизируется предмет познания, опреде­ляемый феноменологической школой права, при помощи понятий «эйдос», «чистая структура», «чистая форма», «идеальная конструкция», «ноэма», «но­эзис», «интенция». По мнению представителей феноменологического движения в юриспруденции, эти понятия открывают возможности объяснения явлений правовой реальности во всем их многообразии, сложности и взаимообуслов­ленности.

Как полагают сторонники феноменологического понимания права, наи­более непосредственно правовой эйдос выражается в правомочии. Именно пра­вомочие можно рассматривать как некую идеальную основу права как тако­вого.

С точки зрения феноменологов право, как и весь мир человеческих зна­чений, объективно, и каждый человек вынужден согласовывать свое поведение, свои представления с господствующими в этом обществе надындивидуаль­ными идеалами. Вместе с тем, право, в контексте феноменологического учения, не есть нечто неизменное, поскольку оно зависят от интерпретации этих идеа­лов людьми. Важнейший элемент феноменологической методологии познания права – принцип интерсубъективности. Посредством этого принципа осущест­вляется обоснование связей между объективными и субъективными сторонами правовой реальности. С позиций феноменологии идеальная основа права ин­терсубъективна, поскольку она есть «объективированная субъективность».

Феноменологическая школа права внутренне неоднородна, в ее интеллек­туальном пространстве сложились различные вариации феноменологической редукции – феноменологическая редукция разными авторами интерпретиру­ется по-разному: как описание априорных оснований права (А. Райнах); конст­руирование «природы вещей» (Г. Радбрух), выявление ценностей (Н.Н. Алек­сеев) и др.

Одним из классиков юридической феноменологии можно считать немец­кого правового мыслителя, последователя Э. Гуссерля, представителя феноме­нологического движения XX века Адольфа Райнаха (1883 – 1916 гг.). В работе «Априорные основания гражданского права» Райнах предпринимает попытку изучения естественного права с позиций феноменологического подхода. Он полагает, что первичными правовыми данностями, в которых раскрывается сущность права, являются социальные акты. Из признаков социального акта, выделяемых А. Райнахом, следует, что под первичными правовыми данностями понимаются правовые отношения, характеризующиеся выраженностью в дея­нии, коллективностью и взаимностью. При этом критерием для отнесения того или иного реального общественного отношения к правовому не требуется его урегулированность государственно установленной нормой. Правовыми при­знаются те отношения, в которых реализуется сущность права и которые скла­дываются на основе принципа интерсубъективности.

В российской юридической науке первым представителем феноменоло­гии права был выдающийся российский юрист Николай Николаевич Алексеев (1879 -1964 гг.). В работах «Основы философии права», «Идея государства: Очерки истории политической мысли», «Мир и душа: Философские размышле­ния о материи и духе на основе диалектического реализма», «Русская империя в её исторических истоках», «Христианство и идея монархии», «Об идее фило­софии и ее общественной миссии» он аргументирует необходимость использо­вания феноменологического метода в познании права тем, что иные методы имеют принципиальные недостатки. Алексеев утверждает, что рационалисти­ческие или эмпирические определения права имеют характер некоторой одно­мерности, так как сводят право к какому-то одному измерению – к норме, к воле, к интересу. Однако право, в видении мыслителя, не одномерно. Для уяс­нения многомерной природы права необходимо, по убеждению Алексеева, во­обще покинуть почву определений и дать описание феноменологической структуры права, которая являет собой единство нескольких измерений.

Первым элементом правовой структуры, в видении Алексеева, является субъект как носитель обнаруживающихся в праве ценностей. Под субъектом Алексеев понимает не традиционного субъекта права, каким он представлялся традиционной юридической теорией, а субъекта как деятеля, обнаруживаю­щего ценности.

Вторым элементом этой структуры в концепции Н.Н. Алексеева являются сами обнаруживающиеся в праве ценности. Наличность какой-либо ценности является, по мысли Алексеева, безусловным предположением для правовых яв­лений, т.к. иначе не существовало бы и самих проявлений заинтересованности и небезразличия.

Третьим элементом правовой структуры Алексеев считает некоторые первоначальные данности. Такими предикатами всякого правового феномена являются, по Алексееву, «правомочия» и «правообязанности». Единство этих трех элементов и образует центральное понятие концепции Алексеева, понятие правовой структуры. Исследователь пишет: «То, что мы разумеем под право­вой структурой или правовым логосом, не есть сумма каких-то общих и вечных правовых норм. Правовая структура для нас есть идеальная целостность явле­ний права… Мы имеем идею права и с совершенной твердостью владеем ею и пользуемся. Это значит, что бесконечные правовые явления связаны между со­бою в какую-то целостность правовой идеей. В созерцании отдельных момен­тов этой целостности и обнаруживается структура права. Правовая структура есть то, что придает различным явлениям правовую форму. И, в частности, нормы права являются «правовыми» только потому, что в них отображается правовая структура. Мы называем «правовыми» нормами, в отличие от других видов норм, те, которые предполагают особого носителя (способность призна­ния), в которых выражаются реализованные ценности и которые формулиру­ются в особых определениях (права — обязанности)».

Такой подход к пониманию права объяснял его фактическое многообра­зие при сохранении смыслового единства. Право, по Алексееву, всегда есть там, где наличествует правовая структура. Разнообразие же в содержании этих элементов и характере связей между ними и создает все многоцветие правовой жизни.

Таким образом, феноменология представляет собой оригинальную, про­дуктивную, синтезирующую разнообразные исследовательские подходы в понимании права, методологию. Феноменология как теория и методология познания права является частью неклассической юридической науки, отдельные элементы этого метода используются в рамках иных неклассических подходов – юриди­ческой герменевтики, аксиологии права. Необходимо констатировать, что фе­номенология права выступает как альтернатива социологическому и естест­венно-правовому подходам в понимании права, одновременно, в ее рамках осу­ществляется, в определенном смысле, синтез этих двух способов исследования права. Особенностью феноменологии права является ее ориентированность на исследование, с одной стороны, актуального права как социального процесса, происходящего в принципиально «открытом» жизненном мире, с другой сто­роны, потенциального права как универсальной идеальной основы права. Фе­номенологический подход может быть использован в качестве технологии ис­следования действующего позитивного права. В таком ракурсе в любой право­вой норме выявляется идеальная правовая структура, обусловливающая про­цесс реализации нормы.

Вместе с тем, в современной отечественной науке этот подход использу­ется достаточно редко, что связано с рядом причин. Во-первых, негативное от­ношение к феноменологии обусловлено некоторыми сформированными в со­ветскую эпоху стереотипами, в рамках которых феноменология определяется как «буржуазная наука»; во-вторых, неприятие феноменология связано со сложностью и недостаточной определенностью феноменологической термино­логии, в частности таких терминов как «интенция», «ноэма», «ноэзис» и др.; в-третьих, невостребованность феноменологии как методологии познания права вызвана отсутствием стойкой исследовательской традиции приложения фено­менологического метода к познанию российской правовой действительности. Проблема использования в российском правоведении феноменологического подхода, остается не решенной, но представляется, что основные феноменоло­гические установки способны сыграть важную методологическую роль в по­знании отечественной правовой действительности.

Резюме

Феноменология – методология познания правовых явлений, позициони­рующая предмет исследования как являющуюся в сознании сущность иссле­дуемого объекта (феномена), выдвигающая задачу выявления этой сущности посредством методологической процедуры феноменологической редукции, суть которой заключается в сведении фактуального знания к чистому и интуи­тивно-умозрительному усмотрению и описанию собственной интенциональной структуры сознания, которая коррелирует с сущностью (эйдосом, смыслом, ар­хетипом) исследуемого объекта.

Феноменология права

Размещено на http://www.allbest.ru

Введение

1. Понятие и предмет феноменологии права

2. Представители юридической феноменологии

Заключение

Список литературы

Введение

Феноменология (греч. phainomenon — являющийся, logos — учение) — буквально — описание или изучение явлений. Феноменология — философское направление, парадигма социально-гуманитарного познания, метод, применяемый в психологии, социологии, юриспруденции и т.д., направленный на выявление глубинных духовных основ культуры, общества посредством изучения содержания собственного сознания познающего субъекта и сведения фактуального знания к чистому.

Феноменология права — методология познания права, сложившаяся в XX веке и составившая теоретическую платформу феноменологической школы права, представителями которой были А. Райнах, Ф. Кауфман, Г. Кониг, К. Коссио, Н.Н. Алексеев и др. Феноменологическая школа права сформировалась в результате экстраполяции (распространения) идей философской феноменологии в сферу юридической науки, где они были восприняты отраслевыми направлениями этой науки — административным правом, муниципальным правом и др. Обращение к философской феноменологии было обусловлено, согласно убеждению представителей феноменологической школы права, эффективностью феноменологии как методологии исследования правовой действительности. Таким образом, феноменологическая теория права возникает в результате применения феноменологического метода в исследованиях права в его реальной и идеальной структуре. Необходимо подчеркнуть, что феноменологическая теория права, прежде всего, это методология исследования права.

Феноменологическая школа права внутренне неоднородна, в ее интеллектуальном пространстве сложились различные вариации феноменологической редукции — феноменологическая редукция разными авторами интерпретируется по-разному: как описание априорных оснований права (А. Райнах); конструирование «природы вещей» (Г. Радбрух), выявление ценностей (Н.Н. Алексеев) и др.

Одним из классиков юридической феноменологии можно считать немецкого правового мыслителя, последователя Э. Гуссерля, представителя феноменологического движения XX века Адольфа Райнаха (1883 — 1916 гг.).

В российской юридической науке первым представителем феноменологии права был выдающийся российский юрист Николай Николаевич Алексеев (1879 -1964 гг.).

1. Понятие и предмет феноменологии права

Феноменология права — методология познания права, сложившаяся в XX веке и составившая теоретическую платформу феноменологической школы права, представителями которой были А. Райнах, Ф. Кауфман, Г. Кониг, К. Коссио, Н.Н. Алексеев и др. Феноменологическая школа права сформировалась в результате экстраполяции (распространения) идей философской феноменологии в сферу юридической науки, где они были восприняты отраслевыми направлениями этой науки — административным правом, муниципальным правом и др. Обращение к философской феноменологии было обусловлено, согласно убеждению представителей феноменологической школы права, эффективностью феноменологии как методологии исследования правовой действительности. Таким образом, феноменологическая теория права возникает в результате применения феноменологического метода в исследованиях права в его реальной и идеальной структуре. Необходимо подчеркнуть, что феноменологическая теория права, прежде всего, это методология исследования права.

Феноменология как юридическая парадигма зиждется на идее, согласно которой наряду с реальным, эмпирически изменчивым правом существует идеальное — эйдетическое, универсальное право. Идеальное право есть ничто иное как сущность права, обусловливающая существование реальных правовых понятий, явлений, норм и конструкций, и одновременно являющаяся критерием оценки действующего правопорядка. При этом идеальное и реальное право не противопоставлены друг другу, но находятся в неразрывном единстве, поскольку сущность права проявляется только в существовании реальных правовых феноменов.

В рамках феноменологической методологии объект исследования понимается предельно широко как правовая реальность во всем многообразии ее проявлений. Предмет исследования позиционируется как идеальная основа права — эйдос права. С точки зрения феноменологии право имеет свою онтологически укорененную идеальную основу — первичную по отношению к реально существующим правовым феноменам идеальную сущность — особый мир бытия правовых ноуменов — понятий и норм. Феноменологическое видение права во многом формируется в результате стремления объяснить то обстоятельство, что наряду с бесконечной изменчивостью правовых систем прошлого и настоящего, существует неизменные, переходящее из одной правовой системы в другую, основополагающие принципы и правоположения. Такого рода инвариантная основа права, например, школой естественного права рассматривалась как природное установление. Феноменологическая школа права объясняет существование таких неизменных правовых структур, не прибегая к юснатурализму. Таким образом, феноменология обращается не к эмпирически изменчивым экзистенциальным формам права, но к его сущностной — эссенциальной основе, явленному сознанию исследователя, правовому эйдосу. В видении феноменологов права, идеальная сущность права вневременна и внепространственна, она представляет собой структуру, в которой выражается эйдетический смысл права. Процесс правотворчества в такой исследовательской перспективе предстает как процесс наполнения реальным содержанием идеальных, априорно заданных чистых структур. Соответственно, деятельность правотворческих органов понимается как воплощение в реальность идеальных правовых моделей. Эти идеальные модели в процессе правотворчества наполняются реальной плотью — конкретным социокультурным историческим содержанием, получают легитимацию в акте их признания социальным субъектом, сообщают правовую энергию правам и обязанностям членов общества.

Суть феноменологии как методологии познания права сводится к тому, что конкретно-исторические системы права познаются посредством мысленного вычленения идеальных структур, составляющих основу права. Феноменологическая редукция как метод исследования права направлена на выявление и описание его идеальной, чистой структуры. Феноменологическая редукция предполагает сведение эмпирического знания права к знанию чистому. Такого рода познание сводится, во-первых, к процедуре эпохе — процедуре отказа от всех суждений, которые касаются пространственно-временного, индивидуально-психологического, конкретно-исторического, социального существования права; во-вторых, процедуре описания структуры, оставшейся после того, как процедура эпохе произошла. В результате применения феноменологических гносеологических процедур конкретизируется предмет познания, определяемый феноменологической школой права, при помощи понятий «эйдос», «чистая структура», «чистая форма», «идеальная конструкция», «ноэма», «ноэзис», «интенция». По мнению представителей феноменологического движения в юриспруденции, эти понятия открывают возможности объяснения явлений правовой реальности во всем их многообразии, сложности и взаимообусловленности.

Как полагают сторонники феноменологического понимания права, наиболее непосредственно правовой эйдос выражается в правомочии. Именно правомочие можно рассматривать как некую идеальную основу права как такового. феноменология право эйдос правоведение

С точки зрения феноменологов право, как и весь мир человеческих значений, объективно, и каждый человек вынужден согласовывать свое поведение, свои представления с господствующими в этом обществе надындивидуальными идеалами. Вместе с тем, право, в контексте феноменологического учения, не есть нечто неизменное, поскольку оно зависят от интерпретации этих идеалов людьми. Важнейший элемент феноменологической методологии познания права — принцип интерсубъективности. Посредством этого принципа осуществляется обоснование связей между объективными и субъективными сторонами правовой реальности. С позиций феноменологии идеальная основа права интерсубъективна, поскольку она есть «объективированная субъективность».

Феноменологическая школа права внутренне неоднородна, в ее интеллектуальном пространстве сложились различные вариации феноменологической редукции — феноменологическая редукция разными авторами интерпретируется по-разному: как описание априорных оснований права (А. Райнах); конструирование «природы вещей» (Г. Радбрух), выявление ценностей (Н.Н. Алексеев) и др.

2. Представители юридической феноменологии

Одним из классиков юридической феноменологии можно считать немецкого правового мыслителя, последователя Э. Гуссерля, представителя феноменологического движения XX века Адольфа Райнаха (1883 — 1916 гг.). В работе «Априорные основания гражданского права» Райнах предпринимает попытку изучения естественного права с позиций феноменологического подхода. Он полагает, что первичными правовыми данностями, в которых раскрывается сущность права, являются социальные акты. Из признаков социального акта, выделяемых А. Райнахом, следует, что под первичными правовыми данностями понимаются правовые отношения, характеризующиеся выраженностью в деянии, коллективностью и взаимностью. При этом критерием для отнесения того или иного реального общественного отношения к правовому не требуется его урегулированность государственно установленной нормой. Правовыми признаются те отношения, в которых реализуется сущность права и которые складываются на основе принципа интерсубъективности.

В российской юридической науке первым представителем феноменологии права был выдающийся российский юрист Николай Николаевич Алексеев (1879 -1964 гг.). В работах «Основы философии права», «Идея государства: Очерки истории политической мысли», «Мир и душа: Философские размышления о материи и духе на основе диалектического реализма», «Русская империя в её исторических истоках», «Христианство и идея монархии», «Об идее философии и ее общественной миссии» он аргументирует необходимость использования феноменологического метода в познании права тем, что иные методы имеют принципиальные недостатки. Алексеев утверждает, что рационалистические или эмпирические определения права имеют характер некоторой одномерности, так как сводят право к какому-то одному измерению — к норме, к воле, к интересу. Однако право, в видении мыслителя, не одномерно. Для уяснения многомерной природы права необходимо, по убеждению Алексеева, вообще покинуть почву определений и дать описание феноменологической структуры права, которая являет собой единство нескольких измерений.

Первым элементом правовой структуры, в видении Алексеева, является субъект как носитель обнаруживающихся в праве ценностей. Под субъектом Алексеев понимает не традиционного субъекта права, каким он представлялся традиционной юридической теорией, а субъекта как деятеля, обнаруживающего ценности.

Вторым элементом этой структуры в концепции Н.Н. Алексеева являются сами обнаруживающиеся в праве ценности. Наличность какой-либо ценности является, по мысли Алексеева, безусловным предположением для правовых явлений, т.к. иначе не существовало бы и самих проявлений заинтересованности и небезразличия.

Третьим элементом правовой структуры Алексеев считает некоторые первоначальные данности. Такими предикатами всякого правового феномена являются, по Алексееву, «правомочия» и «правообязанности». Единство этих трех элементов и образует центральное понятие концепции Алексеева, понятие правовой структуры. Исследователь пишет: «То, что мы разумеем под правовой структурой или правовым логосом, не есть сумма каких-то общих и вечных правовых норм. Правовая структура для нас есть идеальная целостность явлений права… Мы имеем идею права и с совершенной твердостью владеем ею и пользуемся. Это значит, что бесконечные правовые явления связаны между собою в какую-то целостность правовой идеей. В созерцании отдельных моментов этой целостности и обнаруживается структура права. Правовая структура есть то, что придает различным явлениям правовую форму. И, в частности, нормы права являются «правовыми» только потому, что в них отображается правовая структура. Мы называем «правовыми» нормами, в отличие от других видов норм, те, которые предполагают особого носителя (способность признания), в которых выражаются реализованные ценности и которые формулируются в особых определениях (права — обязанности)».

Такой подход к пониманию права объяснял его фактическое многообразие при сохранении смыслового единства. Право, по Алексееву, всегда есть там, где наличествует правовая структура. Разнообразие же в содержании этих элементов и характере связей между ними и создает все многоцветие правовой жизни.

Таким образом, феноменология представляет собой оригинальную, продуктивную, синтезирующую разнообразные исследовательские подходы в понимании права, методологию. Феноменология как теория и методология познания права является частью неклассической юридической науки, отдельные элементы этого метода используются в рамках иных неклассических подходов — юридической герменевтики, аксиологии права. Необходимо констатировать, что феноменология права выступает как альтернатива социологическому и естественно-правовому подходам в понимании права, одновременно, в ее рамках осуществляется, в определенном смысле, синтез этих двух способов исследования права. Особенностью феноменологии права является ее ориентированность на исследование, с одной стороны, актуального права как социального процесса, происходящего в принципиально «открытом» жизненном мире, с другой стороны, потенциального права как универсальной идеальной основы права. Феноменологический подход может быть использован в качестве технологии исследования действующего позитивного права. В таком ракурсе в любой правовой норме выявляется идеальная правовая структура, обусловливающая процесс реализации нормы.

Вместе с тем, в современной отечественной науке этот подход используется достаточно редко, что связано с рядом причин. Во-первых, негативное отношение к феноменологии обусловлено некоторыми сформированными в советскую эпоху стереотипами, в рамках которых феноменология определяется как «буржуазная наука»; во-вторых, неприятие феноменология связано со сложностью и недостаточной определенностью феноменологической терминологии, в частности таких терминов как «интенция», «ноэма», «ноэзис» и др.; в-третьих, невостребованность феноменологии как методологии познания права вызвана отсутствием стойкой исследовательской традиции приложения феноменологического метода к познанию российской правовой действительности. Проблема использования в российском правоведении феноменологического подхода, остается не решенной, но представляется, что основные феноменологические установки способны сыграть важную методологическую роль в познании отечественной правовой действительности.

Заключение

Таким образом, феноменология представляет собой оригинальную, продуктивную, синтезирующую разнообразные исследовательские подходы в понимании права, методологию. Феноменология как теория и методология познания права является частью неклассической юридической науки, отдельные элементы этого метода используются в рамках иных неклассических подходов — юридической герменевтики, аксиологии права. Необходимо констатировать, что феноменология права выступает как альтернатива социологическому и естественно-правовому подходам в понимании права, одновременно, в ее рамках осуществляется, в определенном смысле, синтез этих двух способов исследования права. Особенностью феноменологии права является ее ориентированность на исследование, с одной стороны, актуального права как социального процесса, происходящего в принципиально «открытом» жизненном мире, с другой стороны, потенциального права как универсальной идеальной основы права. Феноменологический подход может быть использован в качестве технологии исследования действующего позитивного права. В таком ракурсе в любой правовой норме выявляется идеальная правовая структура, обусловливающая процесс реализации нормы.

Феноменология — методология познания правовых явлений, позиционирующая предмет исследования как являющуюся в сознании сущность исследуемого объекта (феномена), выдвигающая задачу выявления этой сущности посредством методологической процедуры феноменологической редукции, суть которой заключается в сведении фактуального знания к чистому и интуитивно-умозрительному усмотрению и описанию собственной интенциональной структуры сознания, которая коррелирует с сущностью (эйдосом, смыслом, архетипом) исследуемого объекта.

Список литературы

1. Кант И. Сочинения в 8-ми т. Т. 8. — М. , 1994.- С. 43.

2. Гуссерль Э. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология. Введение в феноменологическую философию.- СПб., 2005.- С. 336.

3. Юнг К. Г. Архетип и символ.- М., 1991.- С.99.

4. Е.Н. Яркова. ИСТОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ ЮРИДИЧЕСКОЙ НАУКИ: учебное пособие. Тюмень: Издательство Тюменского государственного университета, 2012

Размещено на Allbest.ru

Глава 12 феноменологические теории права

Прежде всего мы попытаемся понять, что такое феномено­логия. Затем мы рассмотрим теории, касающиеся природы права, основывающиеся на этой философии.

Немецкий философ Иоган Генрих Ламберт (1728—1777) был первым, кто упомянул феноменологию в качестве науч­ной дисциплины. Он рассматривал ее как теорию иллюзий, поскольку феномен, по его мнению, является обозначением иллюзорных сторон человеческого опыта.

Иммануил Кант (1724—1804) придал этому термину более широкое значение, подразделив все объекты и события в ми­ре на ноумены и феномены. Ноумены представляют собой ве­щи в себе, или те объекты и события, которые существуют са­ми по себе, независимо от познавательных форм, о чем мы говорили во второй главе выше. Феномены — это объекты и события, как они представляются нам в нашем опыте. Следо­вательно, Кант считал, что только феномены могут в какой-то степени быть познанными. Таким образом, он выдвинул свою идеалистическую трансцендентальную эпистемологию как способ познания, о чем мы уже говорили раньше.

Гегель (1770—1831) не соглашался с Кантом и считал, что дух (или сознание) развивается, проходя различные стадии, от ступени, где он понимает сам себя как феномен, до верши­ны своего полного саморазвития, где он познает себя таким, каким он действительно является, т.е. как ноумен.

Таким образом, феноменология пытается познать челове­ческое сознание, каким оно является само по себе. Она делает

Юриспруденция

это, изучая способы, которыми оно предстает и раскрывается

перед нами.

В середине XIX в. термин «феномен» стал обозначать все то, что могло попасть в сферу наблюдения. Следовательно, феноменология стала чисто описательной процедурой изуче­ния объекта исследования. Так, Уильям Гамильтон (1788—856) говорил о феноменологии как о чисто дескрип­тивном исследовании сознания. Эдуард фон Гартманн (1842—1906) считал, что ее целью является создание полного описания морального сознания. Чарлз Сандерс Пирс (1839 — 1914) считал, что она должна включать дескриптивное изучение не только наблюдаемого, но и всего того, что нахо­дится в поле сознания, будь это реальным или иллюзорным. Феноменология должна заниматься всем тем, что «существу­ет», в самом широком значении этого слова.

Таким образом, смысл феноменологии менялся от середи­ны XVIII в., когда писал Ламберт (1764), до начала XX столе­тия, когда работал Пирс.

Хотя смысл феноменологии менялся, сама феноменология оставалась одной из отраслей знания, относящихся к филосо­фии, таких, как логика, этика или эстетика.

Однако с выходом на научную арену Эдмунда Гуссерля (1859—1938), который создавал свои труды в начале XX в., фе­номенология превратилась в способ философствования, т.е. в метод. Гуссерль считал, что феноменологические описания интенциональных актов отличаются от описаний обычной психологии трансцендентально-феноменологической редук­цией. Редукция — это методологический инструмент. Он за­ключается в переходе от обычной позиции по отношению к событиям и объектам к рефлективной позиции. Производя такую редукцию, мы обнаруживаем трансцендентальное эго, или чистое сознание, и находим, что все существующее в ми­ре имеет место только как объект для нашего чистого созна­ния.

Используя этот метод, феноменология исследует и описы­вает ту сферу бытия, которая недоступна эмпирическим на­блюдениям, а только тому, что Гуссерль назвал эйдетической

интуицией.

По мере работы Гуссерля над своей теорией с 1907 до 1936 г. его концепция трансцендентального эго развивалась и

Феноменологические теории права

изменялась. Вначале трансцендентальное эго имело абсолют­ный характер, так что все остальное существовало только от­носительно к нему. Однако к концу оно потеряло свой абсо­лютный статус и стало коррелятом мира. Кроме того, если раньше мир являлся тем, чем он представлялся любому транс­цендентальному индивиду, то теперь его место заняло транс­субъективное сообщество индивидуумов.

Так феноменология из описания отдельной сферы бытия превратилась в способ размышлений над 1) путями, которы­ми реализуется наш коллективный опыт, 2) над критерием согласованности различных типов опыта и 3) над адекватно­стью этого опыта.

Конечно, со времени Гуссерля к феноменологической школе примкнули такие ученые, как Мориц Гейгер, Алек­сандр Пфандер, Макс Шеллер, Оскар Бекер, Адольф Рейнах, Хедвиг Конрад-Мартине и, возможно, даже Мартин Хайдег-гер, Жан-Поль Сартр и Морис Мерло-Понти.

Глядя на общее развитие феноменологии, можно отметить в ней две тенденции. Во-первых, развитие феноменологии как метода философии, как это первоначально намечал Гус­серль, и, во-вторых, появление некоторых доктринальных тем, развиваемых различными сторонниками феноменоло­гии, или исследование онтологических, метафизических и антропологических выводов, полученных благодаря исполь­зованию феноменологического метода.

Таким образом, феноменология распространяется на изу­чение самых разнообразных вещей. Например, она занимает­ся объективными исследованиями логики сущностей и значе­ний, или теорией абстрагирования, или исследованиями трансцендентального эго, или развивает метод исследования экзистенции конкретной личности, или вообще смыкается с экзистенциализмом.

Только в работах Гуссерля имеется несколько видов фено­менологии.

Что придает концептуальное единство этому философско­му направлению — так это его метод. Этот метод состоит из трех видов редукции: а) философской редукции, которая со­стоит в отстранении всех теорий и объясняющих концепций относительно окружающей действительности и в возвраще-

Юриспруденция

нии, таким образом, к самой действительности как таковой; б) эйдетической редукции, которая достигается устранением фактических элементов исследуемого объекта так, чтобы можно было воспринять его сущность (эйдос) благодаря об­наружению в ней типической структуры; и в) трансценден­тальной редукции, достигаемой путем вытеснения всех дру­гих объектов так, чтобы раскрыть само сознание, или интен-циональность, что позволяет сознанию воспринимать себя как чистое трансцендентальное это.

По мнению одного исследователя (Х.Шпигельберг) суще­ствует семь ступеней феноменологического метода, а именно: 1) исследование какого-либо конкретного феномена, 2) исс­ледование общих сущностей, 3) понимание важнейших отно­шений между сущностями, 4) наблюдение появляющихся об­разов, 5) наблюдение образования феноменов в сознании, 6) приостановка веры в существование феноменов, и 7) интерп­ретация значения феноменов.

ТЕОРИИ

Были различные попытки применить феноменологиче­ский метод для описания права. В результате появились раз­ные феноменологические теории права.

Эти теории выявляют три главных подхода; 1) подход, ос­нованный на центральной концепции Natur der Sache (приро­да вещей) и изложенный в работах некоторых немецких фи­лософов; 2) подход, основанный на немецкой феноменологи­ческой философии ценностей ( Westphilosophie) и принятый некоторыми латиноамериканскими философами; и 3) под­ход, основанный на позитивистской и экзистенциалистской теории, который мы встречаем в работах некоторых француз­ских философов.

Феноменологический метод.

Автором этого метода является немецкий философ Эдмунд Гуссерль (1859-1938). Его методология оказалась очень созвучна русской философско-правовой мысли. Этот метод развивали такие русские правоведы, как И. Ильин, С Франк, Н. Алексеев.

Смысл этого метода – в поиске очевидности каждого явления.

К исследованию права впервые феноменологический метод применил Адольф Райнах (1883-1917).

Чтобы вы не считали, что философские методы изобретают отвлеченные от реального права мыслители скажу, что докторскую диссертацию Райнах защитил по уголовному праву: «О понятии причинности в действующем уголовном праве». В университете вел курс «Философия гражданского права».

В рамках этого курса он и развивал основные положения феноменологии Гуссерля применительно к праву.

Райнах поставил себе задачу найти в праве те элементы в праве, которые непосредственно выражают его идею.

Он полагал, что позитивное право не столько производит правовые нормы и понятия, сколько преднаходит их.

Используя определенную технику углубления в сущность ментального, т.е. существующего в сознании, образа права (феноменологическую редукцию), можно усмотреть то, что необходимым образом присуще праву и не может быть ему не присуще в каких-то частных ситуациях.

Эти сущностные образования в праве он называл априорными положениями (т.е. доопытными). Гуссерль такого рода образования называл эйдосами.

Эти априорные основы права, по мысли Райнаха, существуют независимо от позитивного права, но они предполагаются и используются этим правом. Не случайно в юриспруденции часто говорят о положениях, которые не будучи писанным правом, понятны сами по себе, или вытекают из природы вещей: «договоры должны исполняться», никто не может быть судьей в собственном деле, никто не может извлекать выгоду из совершенного им преступления и т.д.

Райнах анализирует следующую ситуацию: один человек дает обещание другому. Это событие вызывает своеобразное последствие, совершенно отличное от того, что имеет место в том случае, если один человек что-то сообщает другому или высказывает просьбу.

Обещание создает своеобразную связь между двумя лицами, в силу которой одно лицо может что-либо требовать, а другое лицо обязано это требование исполнить. Эта связь является следствием, продуктом обещания. Эта связь может быть сколь угодно длительной, но ей присуща тенденция прийти к развязке. Для этого обещание либо выполняется, либо от него отказываются. Но до тех пор, пока действует обещание – существует и связь.

Райнах подвергает эту обыденную ситуацию феноменологическому анализу (очищению от обыденных представлений о предмете).

В результате он выводит своеобразие ситуации обещания, которое заключается в том, что вместе с обещанием в мире появляется нечто новое – с одной стороны возникает требование, а с другой – обязательство.

Возникшее образование (ментальная связь двух лиц) не может быть подведено ни под одну привычную категорию: это не физическое образование, но оно и не есть чисто психическое переживание. Требование может длиться годами, а переживание не может длиться так долго. Кроме того, требования и обязательства не пропадают от того, что субъект не имеет никаких переживаний в отношении них.

Это и не идеи, т.к. идеи характеризуются вневременным характером. Требования и обязательства же длятся в течении определенного периода времени.

В отношении требований и обязательств действуют законы, которые выводимы не из опыта, а из существа требования как такового: например, требование, направленное на результат, становится недействительным в том момент, когда результат достигнут.

Требования и обязательства могут порождаться не только обещаниями, но и поступками (отнятие вещи порождает требование возврата вещи – это выводится не из опыта, а из сущности – (эйдоса) правомочия)

Таким образом, корреляция между требованием и обязательством – есть очевидность, усматриваемая в праве, но не выводимая из опыта и не доказуемая логическим способом.

Сформулируем теперь основные положения того метода, который использовал Райнах.

Основные положения феноменологии:

1. познание сводится к поиску очевидного. (в отличие от метафизики, которая сводит познание к поиску абсолютного)

В метафизике познание права сводили к не требующей доказательства абсолютной идее (долженствования). Сущность его определялась через сверхфизическую реальность (идеи справедливости и долга).

Право в метафизике пытаются познать через понятия о праве.

В феноменологии сущность (эйдос) права определяется через сведение его к не требующей доказательства очевидности.

Здесь право познается не через понятие, а через обращение к самому праву, но не через изменчивые эмпирические формы, а всегда присутствующую в нем очевидность.

По мнению Н.Н. Алексеева, вместо определения права через понятия следует дать описание правовой структуры в ее основных данностях.

Он выделяет три элемента этой структуры. 1. Субъект – носитель обнаруживающихся в праве ценностей. Это не субъект теории права, а субъект, как деятель, носитель актов, обнаруживающих ценности. Ценности только тогда становятся живыми и реальными, когда они находят живого носителя (например, восприятие талиона в качестве права было возможно, пока был субъект, воспринимающий возмездие как ценность; смертная казнь постепенно вытесняется за пределы правового поля, поскольку в обществе все меньше и меньше носителей ценности наказания как средства поддержания равновесия (правопорядка)). 2.Сами обнаруживающиеся в праве ценности. Наличность какой-либо ценности является безусловным предположением для правовых явлений. 3. Первоначальные и неопределимые данности, которые неотделимы от любого правового феномена. Такими Алексеев считает правомочия (наличную возможность субъекта свободно действовать в определенных границах и требовать от других действий, соответствующих правомочию (например, в рамках обычного права традиционных и архаичных сообществ такого правомочия нет у убийцы, но есть у лица, осуществляющего месть)).

Таким образом, по мнению Н.Н. Алексеева во всем, что мы можем назвать правом, присутствует не трансцендентная идея (долга), а очевидное правомочие.

Право есть всегда там, где наличествует правовая структура. Правовыми нормами, по Алексееву, мы называем те, которые предполагают особого носителя, в которых выражаются реализованные ценности и которые формулируются в особых определениях (права — обязанности).

Правовая структура связывается в идеальную целостность идеей права. Знание структуры позволяет нам безошибочно видеть эту идею права в любых бесконечных его проявлениях, большинство из которых нам вообще неизвестно (например, китайское право, и др. )

2. Очевидность не тождественна изменчивым данным опыта. Познаются не формы реального поведения людей, а нормативные структуры, подчиняющие это поведение.

Феноменология исследует два объекта: 1. безусловные очевидности, предшествующие нормам права (например, правомочия); 2. идеальные познавательные структуры, предшествующие нашему знанию о праве (например, интенциональность сознания, ценностное отношение к миру).

Пример таких безусловных очевидностей:

Рассмотрим для примера такие явления, как убийство, кровная месть, смертная казнь. Первое представляет собой противоправное действие, два других – правовые формы, при этом, однако, в разных правовых культурах принимаемые или отвергаемые в качестве законных. Если брать их с точки зрения внешнего поведения, то нам трудно будет объяснить правовую сущность талиона (кровной мести) и противоправную – убийства. По внешним признакам – и там, и там произвольное лишение жизни. Если же мы отвлечемся от внешних проявлений реального поведения людей и попробуем выявить, что заставляет человеческое сознание с одной стороны отвергнуть убийство как недолжную модель поведения, а с другой стороны, признать правовой смысл как в кровной мести (не зря все-таки она признается одной из форм закона талиона) и смертной казни, так и в требовании отмены смертной казни, то очищая эти явления от случайных или условных (зависящих от исторических, культурных особенностей, развитости интеллекта и пр.) характеристик, сможем увидеть то, что присутствует в законе талиона и смертной казни, но чего нет в убийстве. В первую очередь – это идея восстановления равновесия. Убийство – произвольный насильственный акт, нарушающий равновесие в обществе, кровная месть и смертная казнь – несут идею восстановления нарушенного равновесия в первом случае через возмездие, во втором через наказание. Идея запрета смертной казни ставит под сомнение способы восстановления и поддержания равновесия в обществе, но не необходимость этого равновесия. Стабильность и безопасность как общества, так и личности воспринимается людьми как ценность. Эта способность к ценностному восприятию и оценочным суждениям объективно присутствует в структуре человеческого сознания и задает императивы человеческого поведения.

Дата добавления: 2016-11-28; просмотров: 834;