Международный экологический суд

§ 4. Международное экологическое правосудие

Как известно, международные судебные учреждения вносят значительный вклад в повышение эффективности норм международного права и развитие института ответственности государств. В последние десятилетия возросло количество обращений в международные судебные инстанции.

На фоне происходящих изменений возрастает роль системы мирного разрешения международных споров, что также относится к разрешению экологических споров с учетом характерных для них особенностей.

Сегодня разрешение экологических споров между государствами происходит в рамках как процедур, предусмотренных международными экологическими соглашениями, так и действующих международных судебных учреждений (например, Международный суд ООН). Учитывая то, что ущерб окружающей среде порой невосполним, важной задачей международного экологического права является предотвращение нанесения вреда окружающей среде. По мнению А.М. Солнцева, международное экологическое право выступает предвестником апробации специфических методов и механизмов предотвращения споров для всей системы международного публичного права. Одним из ярких примеров подобных средств разрешения и предотвращения споров является процедура несоблюдения (non-compliance procedure), ставшая весомой альтернативой традиционным средствам разрешения международных споров. Она позволяет с наименьшими затратами и наибольшей скоростью разрешать или предотвращать международные споры, а также эффективно контролировать исполнение соответствующих решений .

См.: Солнцев А.М. Роль международных судебных учреждений в разрешении международных экологических споров (http://www.dissercat.com).

Следует согласиться с профессором М.М. Бринчуком в том, что в контексте устойчивого развития в праве окружающей среды должен быть решен ряд задач, направленных на обеспечение соблюдения экологических прав граждан. Серьезнейшей задачей, по его мнению, являются также создание механизмов защиты экологических прав и законных интересов физических и юридических лиц, признание экологических прав будущих поколений и создание механизмов их защиты .

См.: Бринчук М.М. Право на благоприятную окружающую среду в контексте устойчивого развития // Права человека как фактор стратегии устойчивого развития / Отв. ред. Е.А. Лукашева. М., 2000. С. 205.

На международном уровне не раз возникали экологические споры, требующие разрешения международными органами. В ряде случаев в ходе рассмотрения Международным судом ООН дел поднимались вопросы, связанные с экологией и защитой природных ресурсов, в частности, касающиеся ядерных испытаний, некоторых районов залегания фосфатных руд. К таким делам относится и спор Венгрии и Словакии в отношении проекта Габчиково — Надьямарош, который касался сооружения системы плотин для ГЭС на Дунае. В этих целях в июле 1993 г. в составе Международного суда ООН (Гаага) была создана камера по экологическим спорам в составе семи судей, с тем чтобы продемонстрировать свою готовность рассматривать дела в области экологического права.

Экологические последствия негативной человеческой деятельности, которые испытывает планета, вызвали к жизни потребность в создании новых специализированных международных судебных инстанций по рассмотрению споров в области экологии. Изначально считалось, что такие суды будут обладать полномочиями сродни тем, которыми Всемирная торговая организация (ВТО) обладает в сфере международной торговли.

В целом появление подобного рода специализированных инстанций не всегда приветствуется государствами, поскольку порой речь идет об определенном ограничении суверенитета в отношении вопросов, подпадающих под юрисдикцию специализированных судов.

Следует заметить, что в настоящее время существует около 380 внутригосударственных экологических судов и трибуналов, функционирующих в различных регионах земного шара . Деятельность ряда из них организована на достаточно высоком уровне (например, 30-летний опыт работы Суда по окружающей среде Нового Южного Уэльса (New South Wales) в Австралии). Формируют свою деятельность и недавно созданные 14 провинциальных судов в Китае, а также Национальный «зеленый трибунал» Индии, созданный в 2010 г.

В Бразилии сегодня действуют четыре федеральных суда для соблюдения законов в регионе Амазонки, имеют свои экологические суды и ряд штатов Бразилии (например, Верховный суд Сан-Паулу в рамках экологической камеры выносит более 1000 решений в год). Экологические суды уже несколько лет существуют в таких странах, как Швеция, Норвегия, Финляндия и Дания.

В США штат Вермонт имеет экологический суд с 20-летним опытом работы, в Нью-Йорке функционирует государственный административный экологический трибунал Департамента охраны окружающей среды.

В конце 2010 г. в Англии и Уэльсе были созданы экологический и земельный трибуналы. Необходимо отметить, что подобные суды в большинстве стран играют важную роль в повышении эффективности экологического права . Однако деятельность этих судов и трибуналов ограничивается только территорией соответствующего государства. Неслучайно Генеральная Ассамблея ООН приняла решение придавать первостепенное значение укреплению верховенства права на национальном и международном уровне (Резолюция 61/39 по докладу Шестого комитета A/61/456), что будет также продвигаться посредством создания новых экологических судов и трибуналов и поддержки их решений со стороны ООН. Вполне понятно, что эффективность деятельности этих судов будет зависеть также от профессионализма судей и технического персонала в сфере экологического права. Как указано в Повестке дня на XXI век, просвещение, включая формальное образование, повышение информированности населения и профессиональную подготовку, следует признать в качестве процесса, с помощью которого человек и общество могут в полной мере раскрыть свой потенциал. Наряду с расширением масштабных национальных усилий по укреплению потенциала судей в деле вынесения решений по экологическим делам есть надобность также в консультациях между судьями, что позволит поддерживать консенсус и обмен опытом в этом деле. Данная роль может быть отведена международным юридическим институтам. Особая роль подготовки программы для национальных и международных судей в области экологии и политики при создании нового международного суда по окружающей среде была предметом обсуждения на Йоханнесбургском саммите 2002 г.

С учетом того что международное экологическое право обладает широким предметом регулирования (от вопросов труда до международного договорного права), деятельность международного экологического суда в целях разрешения споров, вытекающих из факта нанесения серьезного экологического вреда, думается, будет более сложным процессом, чем деятельность действующих национальных судов и трибуналов. Хотя действующие суды и трибуналы не столь эффективно могут бороться с серьезными международными экологическими проблемами, создание нового специализированного суда может вызвать несогласованность решений среди этих судебных инстанций, что приведет к фрагментации международного экологического права. Новый суд на первых порах мог бы заниматься исключительно заполнением пробелов международных экологических судебных решений по спорам, разрешаемым в существующих судах и трибуналах. Однако это может привести к сокращению юрисдикции нового суда.

Прежде чем перейти к анализу развития идеи создания международного судебного института по охране окружающей среды, хотелось бы напомнить, что Международный суд экологического фонда (International Court of the Environment Foundation) представил проект документа на рассмотрение Конференции по окружающей среде и развитию, которая пройдет в 2012 г. в Рио-де-Жанейро. Документ предусматривает создание Международного агентства по окружающей среде или Международного суда по окружающей среде в рамках системы Организации Объединенных Наций . В этих целях учреждена комиссия по формированию Международного экологического суда .

Предложения по созданию нового института в системе ООН были выдвинуты еще в 1989 г. в Гаагской декларации по окружающей среде . В обращении ко всем государствам мира и международным организациям, компетентным в этой области, предлагалось принять участие в разработке рамочных конвенций и других правовых инструментов, необходимых для создания институциональных полномочий, чтобы защитить атмосферу и противодействовать изменению климата, в частности глобальному потеплению.

Кроме того, в том же году в Риме прошла конференция на тему «Повышение эффективности международного экологического права и создание суда по делам окружающей среды в рамках Организации Объединенных Наций». Эта конференция призвала к принятию международно-правового акта, закрепляющего право на здоровую окружающую среду, и предложила создать постоянную комиссию по окружающей среде для изучения нарушений в сфере экологии. Цель — осуждение подобных нарушений до рассмотрения их международной судебной инстанцией по окружающей среде. В 1991 г. на конференции во Флоренции были обсуждены правила процедуры данного суда. Однако в 1999 г. Исполнительный директор ЮНЕП Ш. Какахель отклонил предложения по созданию международного экологического суда, который мог бы выносить санкции как против государств, так и против корпораций, которые не обеспечивают соблюдение экологических норм.

Создание международного экологического суда предлагалось также на конференции в Национальной академии Линчеи в Риме в 1989 г. Деятельность такого суда должна была регулироваться специальной Конвенцией об окружающей среде и правах человека, устанавливающей индивидуальные права на окружающую среду. Суд должен был обладать юрисдикцией в отношении споров, вытекающих из положений конвенции. Это предложение привело к принятию в 1992 г. проекта конвенции, закрепляющей, что государства будут юридически ответственны перед всем международным сообществом за действия, причиняющие существенный ущерб окружающей среде не только на их собственной территории, но и на территории других государств или районов за пределами действия национальной юрисдикции, и примут все меры для предотвращения такого ущерба.

В 1999 г. проект конвенции приобрел форму проекта договора о создании международного суда по охране окружающей среды. В компетенцию суда должно было входить рассмотрение следующих вопросов:

— серьезные экологические споры, связанные с ответственностью членов международного сообщества;

— судебное разрешение споров между частными и государственными органами, касающихся существенного вреда;

— упорядочение чрезвычайного положения, судебного запрета и профилактических мер по мере необходимости;

— посреднические и арбитражные услуги при разрешении экологических споров;

— возбуждение расследования, в случае необходимости, для решения экологических проблем международного значения. Также были определены структура суда как института ООН и дополнения к существующим международным арбитражным учреждениям по рассмотрению экологических споров.

В качестве одной из потенциальных моделей для международного экологического суда отдельные ученые видят также Компенсационную комиссию ООН, которая была создана в 1991 г. на основании Резолюций Совета Безопасности N 687 от 3 апреля 1991 г. (S/RES/687 (1991)) и N 692 от 20 мая 1991 г. (S/RES/692 (1991)) как вспомогательный орган Совета Безопасности. Мандат Комиссии включает рассмотрение претензий и выплаты компенсаций в связи с потерями и ущербом, понесенными непосредственно в результате незаконного вторжения и оккупации, осуществленных Ираком в отношении территории Кувейта . Сторонники данной позиции признают, что международный экологический суд будет обладать гораздо более широкой сферой юрисдикции, чем Компенсационная комиссия. Так, данный суд может использовать ряд административных механизмов, посредством которых может разделить свои обязанности и использовать иной метод расчета убытков.

Более подробно об этом см.: http://www.uncc.ch.

Есть ряд других предложений по созданию международного экологического суда, которые дополняют ранее изложенные формы. Но в каждом случае преследуемая цель одна, а именно создание суда для защиты и сохранения неотъемлемых прав человека на благоприятную окружающую среду и развитие экологического права. Юрисдикция суда может быть как обязательной, так и факультативной. Суд может выступать также в роли посредника. Естественно, что подобный суд должен иметь взаимодополняющие отношения с национальными экологическими судами.

Существуют также предложения по учреждению универсального суда по окружающей среде при ООН, в рамках которого были бы созданы три палаты в составе семи судей по рассмотрению споров в отношении загрязнения атмосферы, водных ресурсов и почвы. Сторонами обращения в данный универсальный суд по окружающей среде могли бы быть государства, неправительственные организации, корпорации и международные организации, которые в силу значительности экологического ущерба могли бы подать иск в упомянутый суд по окружающей среде. Задача суда — достижение прекращения нанесения ущерба окружающей среде и создание реально действующего механизма ее защиты. Кроме того, наряду с созданием универсального суда по окружающей среде предлагается создание экспертных групп по экологии, которые могли бы консультировать государства, НПО и других участников перед обращением в универсальный суд по окружающей среде.

Глобальные экологические проблемы вызывают рост количества международных органов по окружающей среде в связи с возрастанием расхождений в национальных законодательствах государств, которые приобретают все более интернациональный характер. Подобный рост делает оправданным и необходимым появление специализированного арбитража по окружающей среде. Сторонники создания международного экологического суда считают, что посредством его можно решить многие проблемы охраны окружающей среды, с которыми сталкиваются существующие суды и трибуналы, или по крайней мере свести их к минимуму. В оправдание данной позиции они также ссылаются на растущее признание взаимосвязи интересов государства в области охраны окружающей среды и готовности к признанию юрисдикции международного экологического суда .

См.: Audra E. Dehan. An International Environmental Court: Should There Be One? (http://heinonline.org).

Если на протяжении многих лет существует экономическая взаимосвязь между государствами, то на сегодняшний день активными темпами растет экологическая взаимосвязь, что также является почвой для признания международного экологического суда.

Преимуществами суда являются доступность для различных субъектов, формирование последовательных международных экологических органов, оперативное разрешение проблем и споров, низкие судебные издержки, а также лучшее соблюдение природоохранных договоров . Сторонники концепции создания международного экологического суда считают, что существующие суды и трибуналы надлежащим образом не подготовлены к разрешению споров, связанных с нанесением вреда окружающей среде. Функционирование единого международного режима, который сможет координировать единообразие в среде (национальной и международной) природоохранного законодательства, обеспечит доступ к экологической информации с глобальной точки зрения, а также обеспечит форум для негосударственных субъектов и для государственных организаций, т.е. явится важным звеном в обеспечении экологической безопасности . Проблемы с существующими судами и трибуналами включают отсутствие ресурсов, трудности имплементации международных договоров в национальное законодательство и недостаточную осведомленность. Особенно остро это проявляется в развивающихся странах. Эти факторы также свидетельствуют в пользу концепции создания международного экологического суда.

В пользу учреждения международного экологического суда приводятся и доводы о том, что его появление решит ряд проблем, а именно: в устранении недостатков в судебной экологической экспертизе; в повышении эффективности экологических норм ; в установлении определенных прецедентов в международном экологическом праве; в обеспечении доступности для многих субъектов указанного судебного учреждения .

Например, существующие суды и трибуналы решают дела слишком медленно. Существует мнение, что экологические проблемы могут быть решены в самих государствах посредством национальных судов. Однако и они будут испытывать трудности в рассмотрении дел, касающихся экологического вреда в международном масштабе. Транснациональные судебные разбирательства в национальных судах могут испытывать трудности с вопросом юрисдикции в отношении иностранного ответчика, что увеличит судебные расходы за границей и создаст трудности в приведении в исполнение решений. Считают также, что механизмы, предусмотренные в договорах в исследуемой сфере, также являются неэффективными в решении острых экологических проблем. Например, Монреальский протокол по озоновому слою принят больше 20 лет назад, но выброс вредных веществ, угрожающих озоновому слою, не уменьшается.

Следует отметить, что признание универсальной юрисдикции международного экологического суда может создать проблемы для существующих механизмов, например: для Апелляционного органа ВТО, Трибунала по морскому праву, Международного уголовного суда, специальных международных трибуналов, которые потенциально смогут продолжать рассматривать экологические споры, т.е. решения по экологическим проблемам могут иметь последствия в таких областях, как международное торговое право, международное право прав человека, международное уголовное право и т.д. .

Пример подобного пресечения можно проследить по делам Tuna-Dolphin и Shrimp-Turtle, рассмотренных в рамках ВТО. По первому делу спор возник после того, как Соединенные Штаты Америки ввели запрет на импорт мексиканского тунца из-за случайной гибели дельфина во время ловли тунца. По второму делу спор возник при запрете США на импорт креветок, которые были собраны без использования «дружественного» к морским черепахам метода ловли креветок. ВТО установила, что этими запретами нарушаются международные правила торговли (http://www.wto.org). Эти решения касаются как минимум двух отраслей права: международного торгового права и экологического права. ВТО, являясь по существу международной торговой организацией, решила спор на основе норм международного торгового права. При наличии же международного экологического суда спор мог быть решен на основе норм международного права по окружающей среде. Хотя следует признать, что это могло бы вызвать проблемы фрагментации международного права. Так, Апелляционный орган ВТО может гипотетически решить вопрос на основе норм международного торгового и экологического права с акцентом на первом. Позже тот же вопрос может быть решен путем предлагаемого международного экологического суда как экологическая проблема. Два суждения могут оказаться потенциально конфликтными и расходиться в вопросах их реализации.

Однако если будет найдено компромиссное решение по вопросу юрисдикции и недублирования полномочий уже существующих судов и трибуналов, создание международного экологического суда станет более вероятным.

В области разрешения экологических споров сегодня можно выделить учрежденную в 1994 г. неправительственную организацию — Международный суд экологического арбитража и примирения (месторасположение — Мехико, Мексика) , который некоторые ученые именуют как Международный экологический суд и который, возможно, является прототипом будущего специализированного суда .

Колбасов О.С. Международный экологический суд // Государство и право. 1996. N 5. С. 158.

Деятельность данного Суда регулируется его уставом, в соответствии с которым он разрешает международные споры по вопросам охраны окружающей среды и природопользования в трех формах:

а) путем консультирования заинтересованных сторон по их просьбе на основе юридического анализа конкретной ситуации ; б) путем примирения спорящих сторон на основе принятия компромиссного решения спорной ситуации, которое устраивает обе стороны. Решение может быть оформлено в виде соглашения, исполняемого добровольно на взаимной основе; в) путем проведения полноценного судебно-арбитражного процесса по взаимному желанию сторон с вынесением решения, которое стороны заранее признают для себя обязательным. Анализ практики суда показывает, что он в основном предоставляет консультативные заключения.

Суд может давать консультативные заключения по любому юридическому вопросу по запросу какого-либо лица (государственного или частного, национального или международного). Данные заключения доступны для гражданина любой страны при обращении в Секретариат.

Рассмотрение споров в Суде основано на принципах третейского суда. Стороны сами принимают решение об обращении в Суд и выбирают из его состава трех или более судей для рассмотрения дела.

Круг лиц, которые могут обращаться в Суд, не ограничен. Это могут быть частные лица, общественные организации, государственные органы, включая правительства.

Суд может рассматривать широкий круг споров. В него включаются споры, связанные с загрязнением окружающей среды соседнего государства и возмещением экологического вреда; недопущением, приостановлением или прекращением экологически вредной деятельности. Он рассматривает также споры, касающиеся использования и охраны разделяемых двумя и более государствами природных ресурсов. В числе некоторых других — споры о защите экологических прав граждан.

Рассмотрение дел в Международном экологическом суде основано на международном праве окружающей среды, национальном законодательстве сторон, на прецедентах.

Интересным представляется анализ региональных механизмов, осуществляющих экологическое правосудие. Например, в рамках Европейского союза хотя и имеются определенные упоминания о доступе к правосудию по экологическим делам на уровне ЕС (Директива 90/313 о свободе доступа к информации об окружающей среде от 7 июля 1990 г.), данная сфера на региональном уровне все еще не урегулирована. Сегодня иски экологического характера можно подавать в национальные суды, которые условно разделяют на четыре основные группы по следующим критериям: 1) возможность обращения в суд за защитой экологических прав любого лица (Голландия, Ирландия); 2) возможность обращения в суд за защитой экологических прав любого заинтересованного лица (Франция, Великобритания, Испания, Швеция, Финляндия); 3) возможность обращения в суд за защитой экологических прав только при нарушениях индивидуальных прав истца (Германия); 4) возможность обращения в суд за защитой экологических прав, предоставленная соответствующим ассоциациям (Италия, Греция). Особое значение в развитии механизма защиты экологических прав на уровне ЕС придается Шестой программе действий Союза в области окружающей среды, утвержденной решением Европейского парламента и Совета N 1600/2002/ЕС от 22 июля 2002 г., которая, по сути дела, будет являться центральным экологическим документом в Европе на ближайшие 10 лет. Однако следует признать, что механизм защиты экологических прав в ЕС сегодня находится в процессе формирования и еще многое предстоит изменить в этой области: от отношения к данной проблеме Брюссельской администрации до повсеместного единообразного восприятия экологических прав в законодательстве государств — членов ЕС .

Практика разрешения Международным судом ООН споров, вытекающих из международных экологических и международных экономических отношений (Боклан Д.С.)

В соответствии со статьей 36 Статута Международного суда ООН государства могут в любое время заявить, что они признают юрисдикцию Суда обязательной по всем правовым спорам, касающимся: толкования договора; любого вопроса международного права; наличия факта, который, если он будет установлен, представит собой нарушение международного обязательства; характера и размеров возмещения, причитающегося за нарушение международного обязательства. Статут Суда не делит споры в зависимости от характера международных отношений, из которых они вытекают. На наш взгляд, это совершенно оправданно; поскольку практически каждый международный спор возникает не из одного, а сразу из нескольких видов международных отношений, поэтому выделить, в частности, исключительно экологические споры или экономические споры не всегда представляется возможным.
В 1993 году в Международном суде ООН была создана Камера по экологическим вопросам. За 13 лет существования Камеры ни одно государство не обратилось в нее для разрешения спора, и в 2006 году судом было принято решение не выбирать судей в Камеру по экологическим вопросам. Причиной прекращения существования Камеры Председатель Суда Розалин Хиггинс назвала тот факт, что «государства рассматривают международное экологическое право как часть международного права и, следовательно, нет необходимости в отдельной Камере по экологическим вопросам» <1>. Еще одной из причин прекращения работы Камеры эксперты называют тот факт, что «государства и судьи часто не могут решить, является спор экологическим или нет» <2>. На практике отделить экологический спор от экономического спора далеко не всегда представляется возможным. На наш взгляд, зачастую именно экономические интересы государств приводят к возникновению экологических споров. Сегодня мы наблюдаем процесс экологизации международных отношений в целом и международных экономических отношений в частности. Во всех рассмотренных Судом делах, где затрагивались экологические проблемы, они были неразрывно связаны с международными экономическими отношениями.
———————————
<1> Report of the International Court of Justice. 1 august 2006 — 31 July 2007. A/62/4. P. 52.
<2> Копылов М.Н., Солнцев А.М. Международное экологическое право перед вызовами современности (Международный экологический суд) // Евразийский юридический журнал. М., 2013. N 3(58). С. 53.
В современных условиях интеграции и глобализации на состояние международных экономических отношений влияет серьезное воздействие на окружающую среду, оказываемое индустриальным развитием и исчерпанием экологической базы, приводящим к резкому напряжению функционирования мировой экономики <3>. Экономическое развитие — главный фактор отрицательного воздействия на состояние окружающей среды <4>. Тот факт, что в практике Международного суда ООН не было исключительно экологических споров, говорит о неразрывности экологических и экономических интересов государств и невозможности разрешения споров без учета обоих видов указанных интересов. К делам, которые затрагивали одновременно как экологические, так и экономические интересы государств, можно, в частности, отнести следующие: «Юрисдикция над рыбными промыслами (Великобритания против Исландии, ФРГ против Исландии)» (решения вынесены в 1974 году); «Проект Габчиково-Надьмарош (Венгрия/Словакия)» (решение вынесено в 1997 году); «Целлюлозные заводы на реке Уругвай (Аргентина против Уругвая)» (решение вынесено в 2010 году); «Китобойный промысел в Антарктике (Австралия против Японии)» (решение вынесено в 2014 году).
———————————
<3> Ковалев А.А. Международное экономическое право и правовое регулирование международной экономической деятельности. М.: Научная книга, 2007. С. 14 — 15.
<4> Бринчук М.М. Экологическое право. М.: Юристъ, 2004. С. 36.
1. Юрисдикция над рыбными промыслами (Великобритания против Исландии, ФРГ против Исландии)
В 1948 году в Исландии был принят Закон «О научной консервации рыбных промыслов континентального шельфа». В соответствии с ним Исландия могла создавать охранные зоны, в которых вводился запрет на рыбную ловлю, осуществляемую иностранными государствами. В 1971 году Исландия распространила зону своей юрисдикции над промыслами до 50 морских миль. С этим не согласились Великобритания и ФРГ и обратились соответственно 14 апреля и 26 мая 1972 года с исками в Суд с просьбой признать одностороннее расширение Исландией зоны своей исключительной юрисдикции над рыбными промыслами не соответствующим международному праву <5>.
———————————
<5> International Court of justice. Fisheries Jurisdiction (United Kingdom v. Iceland) (Federal Republic of Germany v. Iceland). Judgments of 25 July 1974 // I.C.J. Reports. 1974. P. 10 — 15. § 19 — 30; P. 182 — 187. § 20 — 30.
В решениях, вынесенных 25 июля 1974 года, Суд признал, что Исландия не имеет законного права в одностороннем порядке закрывать для рыболовецких судов ФРГ районы, находящиеся за пределами 12-мильной зоны (отсчитываемой от исходных линий), согласованной обоими государствами в 1961 году в результате обмена нотами <6>. В контексте проблемы соотношения экологических и экономических интересов государств показательны несколько выводов Суда. Так, суд указал на то, что крайне важно охранять рыбные запасы в интересах их рационального и экономически выгодного использования. Кроме того, Суд обязал стороны следить за состоянием рыбных ресурсов и совместно рассматривать вопрос о мерах, которые необходимо принимать в целях сохранения, развития и справедливого использования этих ресурсов, в том числе путем ограничения уловов и выделения квот <7>.
———————————
<6> Ibid. P. 34. § 79(2); P. 205. § 77(2).
<7> Ibid. P. 31, 34 — 35. § 72, 79(4)(e); P. 200 — 201, 205 — 206. § 64, 77(4).
Таким образом, уже 40 лет назад Суд в своих решениях связал экономическую деятельность по вылову рыбы с необходимостью сохранения популяции этой рыбы, возложив на государства обязанность сотрудничать. В качестве возможных способов регулирования данной экономической деятельности Суд назвал ограничение уловов и выделение квот.
2. Проект Габчиково-Надьмарош (Венгрия/Словакия)
Венгрия и Чехословакия в 1977 году подписали Договор «О строительстве и эксплуатации плотинной системы Габчиково-Надьмарош» (далее — Договор), который предусматривал строительство и эксплуатацию плотинной системы на реке Дунай на условиях совместного финансирования. Согласно преамбуле Договора система предназначалась для обеспечения «широкого использования природных ресурсов участка реки Дунай в целях развития водных ресурсов, энергетики, транспорта, сельского хозяйства и других отраслей народного хозяйства Договаривающихся Сторон» <8>. Совместное финансирование должно было осуществляться главным образом в целях производства гидроэлектроэнергии, улучшения условий судоходства на Дунае и защиты прибрежных районов от наводнений. В то же время по условиям договора обе стороны обязались гарантировать, что осуществление данного проекта не приведет к ухудшению качества воды в Дунае, а также выполнять природоохранные требования, связанные со строительством и эксплуатацией плотинной системы. Договор предусматривал создание единой и неделимой системы шлюзов, один из которых должен был располагаться на территории Чехословакии, а другой — на территории Венгрии. Проект должен был обрести форму комплексного совместного проекта при равном участии обеих сторон в финансировании, строительстве и эксплуатации объектов.
———————————
<8> International Court of justice. Project (Hungary/Slovakia). Judgment of 25 September 1997 // I.C.J. Reports. 1997.
В 1989 году под давлением мощной критики проекта Венгрия в одностороннем порядке сначала приостановила, а затем прекратила работы по его реализации. Чехословакия начала поиск альтернативных решений и разработала так называемый «Вариант С», работы по которому начались в 1991 году. Ведущиеся параллельно переговоры между сторонами не дали результата, и в мае 1992 года Венгрия прекратила действие Договора. В свою очередь, в октябре 1992 года Чехословакия начала в одностороннем порядке работы по перекрытию Дуная и строительству плотины. 2 июля 1993 года стороны Договора путем нотификации специального соглашения возбудили дело в Международном суде.
В решении по данному делу, вынесенном 25 сентября 1997 года <9>, Суд, в частности, отметил, что недавно появившиеся новые нормы экологического права имеют отношение к осуществлению Договора и что стороны по соглашению между собой могли учесть их при применении статей 15, 19 и 20 Договора. Эти статьи сформулированы в общем виде и не содержат конкретных обязательств действия <10>, но требуют, чтобы стороны, выполняя свои обязательства, не допускали ухудшения качества воды в Дунае и обеспечивали охрану природы, принимали во внимание новые природоохранные нормы при достижении договоренностей о средствах реализации плотинной системы, которые должны быть предусмотрены в совместном договорном плане, дополняющем Договор. Суд далее подчеркнул, что за годы, прошедшие с момента заключения Договора, возросли осознание уязвимости окружающей среды и признание того, что природоохранные риски следует оценивать на постоянной основе. Все это делает статьи 15, 19 и 20 Договора еще более важными <11>.
———————————
<9> International Court of justice. Project (Hungary/Slovakia). Judgment of 25 September 1997 // I.C.J. Reports. 1997. P. 7.
<10> В решении Суд отметил, что обязательства сторон подразделялись на три категории: обязательства поведения, обязательства действия и обязательства результата. См.: Ibid. P. 77. § 135.
<11> Ibid. P. 76 — 68. § 112.
Суд также заявил, что в целях приведения задач экономического развития в соответствие с задачами охраны окружающей среды «стороны должны по-новому проанализировать последствия для окружающей среды эксплуатации электростанции в Габчикове. В частности, они должны найти удовлетворительное решение в отношении объема воды, пропускаемой по старому руслу Дуная и по его обводным каналам, расположенным по обеим сторонам реки» <12>.
———————————
<12> Ibid. P. 78. § 140.
В решении Суда указывается на то, что «ключевым является вопрос о влиянии проекта и последствий его реализации на окружающую среду. Для целей конечной оценки экологических рисков должны учитываться действующие нормы. Это не только допускается, но даже предписывается формулировками статей 15, 19 и 20 Договора в той мере, в какой эти статьи предусматривают постоянную, а значит, и по мере необходимости меняющуюся обязанность сторон поддерживать качество воды в Дунае и охранять его природную среду» <13>. Суд учитывал то, что в сфере охраны окружающей среды следует проявлять бдительность и принимать профилактические меры ввиду часто непоправимого ущерба, который может быть причинен окружающей среде. В решении Суда подчеркивается: «За последние 20 лет появились новые нормы и стандарты, нашедшие свое отражение в большом числе документов. Учитывать эти нормы необходимо, равно как необходимо и придавать должное значение такого рода стандартам, причем не только в тех случаях, когда государства планируют новые виды деятельности, но и когда они продолжают осуществлять деятельность, начатую в прошлом» <14>.
———————————
<13> International Court of justice. Project (Hungary/Slovakia). Judgment of 25 September 1997 // I.C.J. Reports. 1997.
<14> Ibid.
Таким образом, Суд указал на то, что для предотвращения ущерба окружающей среде в результате осуществления экономических проектов необходимо применение норм экологического права. Причем, по мнению Суда, должны применяться не только действующие на момент заключения договора нормы экологического права, но и появляющиеся впоследствии. Данное положение также подтверждается особым мнением вице-председателя Суда Вираманти, который указал на следующее: «Обязанность по оценке воздействия на окружающую среду не исчерпывается ее проведением лишь перед началом осуществления проекта. В ходе реализации проекта необходим постоянный мониторинг. Кроме того, в ходе мониторинга должны применяться нормы, действующие на момент проведения мониторинга, а не на момент начала осуществления проекта» <15>.
———————————
<15> Ibid. P. 111.
В рассмотренном решении Суд установил обязанность государства проводить постоянную оценку воздействия экономической деятельности на окружающую среду. Таким образом, Суд подтвердил необходимость применения норм международного экологического права при осуществлении экономической деятельности.
3. Целлюлозные заводы на реке Уругвай (Аргентина против Уругвая)
Суть рассмотренного Международным судом дела «Целлюлозные заводы на реке Уругвай (Аргентина против Уругвая)» сводится к следующему. 4 мая 2006 года Аргентина обратилась в Суд с иском против Уругвая. Аргентина обвиняла Уругвай в нарушении Статута реки Уругвай <16>, а именно в выдаче разрешения на строительство и введение в эксплуатацию двух целлюлозных заводов на реке Уругвай. По мнению Аргентины, строительство и введение в эксплуатацию двух целлюлозных заводов на реке Уругвай влекло риск ухудшения качества воды в реке Уругвай. Такая деятельность, по мнению Аргентины, являлась нарушением обязательства Уругвая способствовать оптимальному и рациональному использованию реки (ст. 1 Статута реки Уругвай). Аргентина утверждала, что «Уругвай нарушил свои обязательства по оптимальному и рациональному использованию реки», поскольку не координировал принимаемые меры для предотвращения загрязнения окружающей среды с Аргентиной <17>. Кроме того, по ее мнению, Уругвай нарушил обязательство по предупреждению загрязнения, поскольку не принял достаточных мер для его предотвращения <18>. Уругвай, в свою очередь, заявил, что в соответствии со статьей 1975 Статута реки Уругвай загрязнение — это только те сбросы, которые превышают стандарты, совместно согласованные сторонами внутри административной комиссии реки Уругвай. По мнению Уругвая, он выполнил свою обязанность по предупреждению загрязнения, требуя от заводов соответствовать наилучшим доступным технологиям и стандартам <19>.
———————————
<16> Договор между Аргентиной и Уругваем, подписанный 26 февраля 1975 года и вступивший в силу 18 сентября 1976 года.
<17> International Court of justice. Pulp Mills on the River Uruguay (Argentina v. Uruguay). Judgment of 20 April 2010 // I.C.J. Reports. 2010. P. 73. § 170.
<18> Ibid. P. 78. § 191
<19> International Court of justice. Pulp Mills on the River Uruguay (Argentinav v. Uruguay). Judgment of 20 April 2010 // I.C.J. Reports. 2010. P. 78. § 192.
В решении Суд прежде всего сослался на свое утверждение, сделанное в консультативном заключении «Законность угрозы ядерным оружием или его применения», о том, что «общее обязательство государств обеспечивать, чтобы деятельность под их юрисдикцией и контролем не наносила ущерба окружающей среде других государств или районов за пределами национального контроля, в настоящее время является частью международного права окружающей среды» <20>. Суд далее указал, что обязательство сохранять водную среду и, в частности, предотвращать загрязнение, устанавливая для этого соответствующие правила и меры, является обязательством действовать с должной осмотрительностью в отношении всех действий, проводимых под юрисдикцией и контролем каждой из сторон. В связи с этим сторона Статута реки Уругвай будет привлечена к ответственности, если будет доказано, что она не действовала с должной осмотрительностью и не приняла все необходимые меры по обеспечению выполнения соответствующих положений государственными или частными лицами, находящимися под ее юрисдикцией <21>.
———————————
<20> Ibid. § 193.
<21> Ibid. § 197. P. 79
По мнению Суда, для того чтобы стороны надлежащим образом выполняли свои обязательства в соответствии со статьей 41(a) и (b) Статута реки Уругвай, они должны в целях защиты и сохранения водной среды при планировании деятельности, которая может являться причиной трансграничного вреда, проводить экологическую экспертизу. Таким образом, обязательство по защите и сохранению, содержащееся в статье 41(a) Статута реки Уругвай, должно толковаться в соответствии практикой, настолько широко принятой государствами в последние годы, что проведение экологической экспертизы в тех случаях, когда имеется риск того, что планируемая производственная деятельность может оказать существенное неблагоприятное воздействие на окружающую среду в трансграничном контексте, в частности на общий природный ресурс, может в настоящее время считаться обязательством по международному праву. Кроме того, обязательство проявлять должную осмотрительность не будет считаться выполненным, если сторона, которая запланировала деятельность, способную отрицательно повлиять на состояние реки или качество ее воды, не предприняла попыток произвести оценку воздействия на окружающую среду потенциальных последствий такой деятельности. Суд также отметил, что экологическая экспертиза должна быть проведена до начала реализации проекта. Кроме того, на протяжении всего срока реализации проекта должен быть предпринят непрерывный мониторинг воздействия проекта на окружающую среду <22>.
———————————
<22> Ibid. P. 82 — 84. § 204 — 205.
Таким образом, Суд в своем решении указал на необходимость при осуществлении экономической деятельности заботиться о предотвращении трансграничного ущерба окружающей среде. Причем меры по предотвращению ущерба окружающей среде должны предприниматься как до начала экономической деятельности, так и в процессе ее осуществления.
4. Китобойный промысел в Антарктике (Австралия против Японии)
Международная китобойная комиссия (МКК) в 1982 году ввела мораторий на коммерческий промысел любых видов китов. Действие моратория началось с 1985 года <23>. Вместе с тем для Японии исторически промысел китов имел очень большое экономическое значение. На 44-м заседании Международной китобойной комиссии в 1989 году японская сторона заявила, что мораторий «оказал сильнейшее влияние на духовное, психологическое, физическое и культурное благополучие японских граждан, жизнь которых зависит от китобойного промысла» <24>. Несмотря на введенный мораторий, Япония продолжила убой китов. С 2005 года эта деятельность продолжалась в рамках программ JARPA I и JARPA II <25>. Как указывается в решении Суда, в рамках программы JARPA II «в среднем ежегодно осуществлялся забой около 450 малых полосатиков» <26>. Необходимо отметить, что в научно-исследовательские программы Японии JARPA I и JARPA II также входили такие виды китов, как финвалы и горбатые киты. По данным Международной китобойной комиссии, после введения моратория в 1986 году в рамках научно-исследовательских программ Японии было забито более 15500 китов <27>.
———————————
<23> URL: http://www.iwc.int/rmp (дата обращения: 09.06.2014).
<24> Цит. по: Солнцев А., Мжаванадзе Г. Перспективы разрешения Международным судом ООН дела «О китобойном промысле в Антарктике» (Австралия против Японии) // Международное правосудие. М.: Институт права и публичной политики, 2013. N 2(6). С. 26.
<25> JARPA — Japanese Whale Research Program under Special Permit in the Antarctic.
<26> International Court of justice. Whaling in the Antarctic (Australia v. Japan: New Zealand intervening). Judgment of 31 March 2014. § 202. URL: http://www.icj-cij.org/docket/files/148/18136.pdf (дата обращения: 19.05.2014).
<27> IWC. Catches Taken: Special Permit. URL: http://www.iwc.int/table_permit (дата обращения: 25.04.2014).
В рассматриваемом деле Австралия обратилась в Международный суд ООН с иском против Японии. В частности, Австралия в своем заявлении указала на тот факт, что Япония нарушает статью VIII (п. 1) Международной конвенции по регулированию китобойного промысла 1946 года (далее — Конвенция), а также пункты 10(e) (обязательство соблюдать мораторий (нулевую квоту) на коммерческую добычу), 7(b) (запрет коммерческого промысла финвалов в водах китового заповедника Южного океана) и 10(d) (обязательство соблюдать мораторий на промысел, убой и обработку китов, за исключением малых полосатиков, китоматками <28> или китобойными судами, которые с ними связаны) Приложения к Конвенции <29>.
———————————
<28> Китоматка — судно, в котором или на котором полностью или частично перерабатываются китовые туши.
<29> International Court of justice. Whaling in the Antarctic (Australia v. Japan: New Zealand intervening). Judgment of 31 March 2014. § 48 — 50. URL: http://www.icj-cij.org/docket/files/148/18136.pdf (дата обращения: 15.04.2014).
В соответствии со статьей VIII Конвенции «любое Договаривающееся Правительство может выдать своим подданным особое разрешение на промысел, убой и обработку китов для научно-исследовательских целей, подлежащее таким ограничениям в отношении числа и других условий, какие Договаривающееся Правительство найдет нужным установить. Промысел, убой и обработка китов, добываемых в соответствии с этой статьей, не подлежат действию настоящей Конвенции».
Австралия указывала на тот факт, что JARPA II не является программой для научно-исследовательских целей в том значении, которое содержится в статье VIII Конвенции <30>. Япония, в свою очередь, утверждала, что JARPA II полностью соответствует значению, употребляемому в статье VIII Конвенции, поскольку является научно-исследовательской <31>.
———————————
<30> Ibid. § 48.
<31> Ibid. § 49.
Суд исходил из того, что вопросы, касающиеся толкования и применения статьи VIII Конвенции, являются основными для разрешения спора между Австралией и Японией <32>. Суд указал на необходимость толкования статьи VIII Конвенции в контексте преамбулы Конвенции, в частности ее четвертого параграфа, в соответствии с которым государства — участники Конвенции признают, что «в общих интересах необходимо в кратчайший срок довести поголовье китов до его наивысшей численности, не вызывая при этом значительные нарушения… в экономике…» <33>. Также Суд подчеркнул, что выдача разрешения государством на промысел, убой и обработку китов в научно-исследовательских целях не может зависеть просто от понимания государства. В результате Суд пришел к выводу о необходимости выработать стандарт оценки правомерной выдачи специального разрешения на промысел, убой и обработку китов в научно-исследовательских целях. Этот стандарт включал, помимо прочего, оценку того, насколько применительно к использованию смертельных методов построение программы и ее осуществление являются разумно необходимыми для достижения заявленных целей <34>.
———————————
<32> Ibid. § 50.
<33> Ibid. § 56.
<34> Ibid. § 61 — 62, 67.
Рассматривая японскую программу с этой точки зрения, Суд отметил, что использование смертельных методов для отбора образцов китов как таковое не противоречит ее цели. Однако Суд при толковании понятия в научно-исследовательских целях пришел к выводу о том, что для определения того, является ли цель убоя китов действительно научно-исследовательской, необходимо учитывать не только значение термина «научно-исследовательский», тем более что он отказался дать ему общее определение <35>. При вынесении решения Суд принял во внимание не только качественный, но и количественный критерий, а именно масштаб убоя китов. В результате подробного анализа программы и методов ее реализации Суд пришел к выводу, что масштаб убоя не соответствует цели научного исследования, которая предусмотрена статьей VIII Конвенции. Более того, Суд заявил, что если убой китов осуществляется не с научно-исследовательской целью, то это означает, что цель такого убоя коммерческая. Другими словами, любая деятельность, не подпадающая под понятие «деятельность в научно-исследовательских целях», является коммерческой деятельностью, которая, очевидно, относится к экономической дельности.
———————————
<35> International Court of justice. Whaling in the Antarctic (Australia v. Japan: New Zealand intervening). Judgment of 31 March 2014. § 86. URL: http://www.icj-cij.org/docket/files/148/18136.pdf (дата обращения: 15.04.2014).
В постановляющей части решения Суд указал, что разрешения, выданные Японией для реализации программы JARPA II, не соответствуют цели научного исследования, предусмотренной статьей VIII Конвенции. Как следствие Суд заключил, что действия Японии не соответствовали ее обязательству по соблюдению моратория на коммерческий промысел китов. В своем решении Суд, в частности, указал: «С 2005 года по сегодняшний день Япония, выдав разрешения в рамках JARPA II, установила лимиты свыше нулевого уровня в отношении трех видов китов: 850 малых полосатиков, 50 финвалов и 50 горбатых китов… Суд считает, что любой китобойный промысел, осуществляемый не в соответствии со статьей VIII Конвенции… подпадает под статью 10(e) Приложения к Конвенции (о добросовестном соблюдении моратория на коммерческую добычу. — выделено автором)» <36>. Кроме того, Суд решил, что действия Японии также не соответствовали ее обязательствам соблюдать мораторий на промысел финвалов китоматками и запрет коммерческого промысла финвалов в водах Китового заповедника Южного океана. Таким образом, Суд поддержал конвенционный режим, который ограничивает экономическую деятельность в природоохранительных целях.
———————————
<36> Ibid. § 231.
5. Заключение
Актуальность рассматриваемой проблемы подтверждается и тем, что сегодня в производстве Суда находятся дела «Строительство дороги в Коста-Рике вдоль реки Сан-Хуан (Никарагуа против Коста-Рики)» и «Определенная деятельность, осуществляемая Никарагуа в пограничном районе (Коста-Рика против Никарагуа)». В частности, предметом иска Никарагуа является требование признать «нарушение суверенитета Никарагуа и факт причинения значительного ущерба его территории» в связи с осуществлением Коста-Рикой деятельности в пограничном районе двух государств вдоль реки Сан-Хуан, а именно строительство дороги, которое влечет риск серьезных экологических последствий <37>. То есть перед Судом снова поставлен вопрос об ограничении экономической деятельности в целях охраны окружающей среды. Как указывалось ранее, этот процесс обусловлен необходимостью экологизации международных экономических отношений. Без экологизации экономических отношений само экономическое развитие станет практически невозможным. Роль Международного суда ООН значительна для достижения указанных целей. В рассмотренных решениях Суд в каждом конкретном случае вырабатывал определенный объективный критерий ограничения экономической деятельности в целях предотвращения ущерба окружающей среде. К таким критериям, в частности, суд отнес масштаб экономической деятельности, осуществление постоянного мониторинга экономической деятельности и наличие определенных условий выдачи разрешения на ее осуществление. На наш взгляд, выработка таких критериев Международным судом ООН будет способствовать прогрессивному развитию как международного экологического, так и международного экономического права и выведет взаимодействие этих отраслей международного права на качественно новый уровень.
———————————
<37> International Court of justice. Construction of a road in Costa Rica along the San Juan River (Nicaragua v. Costa Rica). Certain activities carried out by Nicaragua in the border area (Costa Rica v. Nicaragua). Order of 3 February 2014. URL: http://www.icj-cij.org/docket/files/152/17988.pdf (дата обращения: 20.02.2014).

Международный экологический суд

В практической деятельности мирового сообщества возникают экологические споры, требующие разрешения международными органами. В этих целях в июле 1993 г. в составе Международного суда ООН (Гаага) создана «камера по экологическим вопросам».

По инициативе группы юристов на учредительной конференции, проведенной в Мехико в ноябре 1994 г., был учрежден Международный суд экологического арбитража и примирения (Международный экологический суд) <149>. Он является неправительственной организацией. Первый состав судей включает 29 юристов-экологов из 24 стран.

<149> Колбасов О.С. Международный экологический суд // Государство и право. 1996. N 5. С. 158.

Деятельность Международного экологического суда регулируется его уставом, в соответствии с которым суд разрешает международные споры по вопросам охраны окружающей среды и природопользования в трех формах: а) путем консультирования заинтересованных сторон по их просьбе на основе юридического анализа конкретной ситуации; б) путем примирения спорящих сторон на основе принятия компромиссного решения спорной ситуации, которое устраивает обе стороны. Решение может быть оформлено в виде соглашения, исполняемого добровольно на взаимной основе; в) путем проведения полноценного судебно-арбитражного процесса по взаимному желанию сторон с вынесением решения, которое стороны заранее признают для себя обязательным.

Рассмотрение споров в Международном экологическом суде основано на принципах третейского суда. Стороны сами принимают решение об обращении в суд и выбирают из его состава трех или более судей для рассмотрения дела.

Круг лиц, которые могут обращаться в Международный экологический суд, неограничен. Это могут быть частные лица, общественные организации, государственные органы, включая правительства.

Международный экологический суд может рассматривать широкий круг споров. В него включаются споры, связанные с загрязнением окружающей среды соседнего государства и возмещением экологического вреда; недопущением, приостановлением или вовсе прекращением экологически вредной деятельности. Он рассматривает также споры, касающиеся использования и охраны разделяемых двумя и более государствами природных ресурсов. В числе некоторых других — споры о защите экологических прав граждан.

Рассмотрение дел в Международном экологическом суде основано на международном праве окружающей среды, национальном законодательстве сторон, на прецедентах.

Приложение 1

ЗАКОНЫ И ИНЫЕ НОРМАТИВНЫЕ ПРАВОВЫЕ АКТЫ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ОБЛАСТИ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ

И ОХРАНЫ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ <*>

<*> Не приводятся.

Приложение 2

РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

Адиханов Ф.Х. Экологическое право. Часть общая: Курс лекций. Барнаул: АГУ, 1994.

Адиханов Ф.Х. Экологическое право. Часть особенная: Курс лекций. Барнаул: АГУ, 1995.

Боголюбов С.А. Экологическое право России: Учебник. М., 1998.

Боголюбов С.А. Экологическое право России: Учебник. М., 2004.

Боголюбов С.А. Защита экологических прав: Пособие для граждан и общественных организаций. М., 1996.

Бринчук М.М. Правовая охрана атмосферного воздуха. М.: Наука, 1985.

Бринчук М.М. Правовая охрана окружающей среды от загрязнения токсичными веществами. М.: Наука, 1990.

Бринчук М.М. Экологическое право (право окружающей среды): Учебник. М.: Юристъ, 1998; 2000.

Бринчук М.М. Экологическое право: Учебник. М.: Юристъ, 1999.

Бринчук М.М. Экологическое право: Учебник. М.: Юристъ, 2003.

Бринчук М.М., Дубовик О.Л., Жаворонкова Н.Г., Колбасов О.С. Экологическое право: от идей к практике. М., 1997.

Бринчук М.М., Урсул А.Д., Мастушкин М.Ю. Правовые аспекты устойчивого развития: Учебное пособие. М.: Ступени, 2005.

Васильева М.И. Судебная защита экологических прав. Правовые вопросы возмещения и предупреждения экологического вреда. М., 1996.

Васильева М.И. Экологические права граждан. Основы теории: Учебное пособие. Тверь, 1999.

Вершило Н.Д. Правовая охрана окружающей среды и устойчивое развитие. Саратов, 2005.

Виноградов С.В. Международное право и охрана атмосферы. М.: Наука, 1987.

Вылегжанина Е.Е. Сохранение биосферы и международная ответственность. М., 1993.

Голиченков А.К. Организационно-правовые формы санитарно-экологического контроля в СССР. М., 1984.

Голиченков А.К. Экологический контроль: теория и практика правового обеспечения. М., 1991.

Данилов-Данильян В.И., Лосев К.С., Рейф И.Е. Перед главным вызовом цивилизации. Взгляд из России. М.: ИНФРА-М, 2005.

Дубовик О.Л. Механизм действия права в охране окружающей среды. М.: Наука, 1984.

Дубовик О.Л., Жалинский А.Э. Причины экологических преступлений. М.: Наука, 1988.

Дубовик О.Л. Экологические преступления. Комментарий к главе 26 Уголовного кодекса РФ. М.: Спарк, 1998.

Дубовик О.Л. Экологическое право в вопросах и ответах: Учебное пособие. М., 2001.

Дубовик О.Л. Экологическое право. Элементарный курс. М.: Юристъ, 2002.

Дубовик О.Л. Экологическое право. М.: Проспект, 2003.

Дубовик О.Л., Кремер Л., Любе-Вольф Г. Экологическое право: Учебник. М.: Изд-во «Эксмо», 2005.

Ерофеев Б.В. Экологическое право России: Учебник. М., 1998.

Земельное право: Учебник / Под ред. проф. С.А. Боголюбова. М.: Норма, 1998.

Иконицкая И.А. Земельное право Российской Федерации. М.: ИГП РАН, 1999.

Как защитить ваши экологические права: руководство для граждан и неправительственных организаций / О.А. Яковлева, В.Л. Мищенко, В.В. Устюкова. М., 1996; Зеленый мир. 1997. N 6.

Козырь О.М. Правовые вопросы охраны окружающей среды от загрязнения агрохимикатами. М., 1989.

Колбасов О.С. Экология: политика — право. М.: Наука, 1976.

Колбасов О.С. Правовые исследования по охране окружающей среды в СССР. Итоги науки и техники. Серия «Охрана природы и воспроизводство природных ресурсов». Т. 5. М.: ВИНИТИ, 1978.

Колбасов О.С. Международно-правовая охрана окружающей среды. М., 1982.

Комментарий к Водному кодексу Российской Федерации. М., 1997.

Копылов М.Н. Введение в международное экологическое право: Учебное пособие. М.: Изд-во РУДН, 2007.

Кравченко С.Н. Имущественная ответственность за нарушение природоохранительного законодательства. Львов, 1979.

Кравченко С.Н. Социально-психологические аспекты правовой охраны окружающей среды. Львов, 1988.

Кремер Людвиг, Винтер Герд. Экологическое право Европейского союза / Отв. ред. профессор О.Л. Дубовик. М.: Городец, 2007.

Круглов В.В. Правовая охрана окружающей среды в промышленности. Свердловск, 1983.

Круглов В.В. Правовые вопросы охраны окружающей природной среды: Учебное пособие. Части 1, 2, 3. Екатеринбург, 1993, 1994.

Конституция Российской Федерации. Комментарий. М.: Юридическая литература, 1997.

Кравченко С.Н. Имущественная ответственность за нарушение природоохранительного законодательства. Львов, 1979.

Краснова И.О. Экологическое право и управление в США. М.: Байкальская академия, 1992.

Краснова И.О. Экологическое право США: исследование теории и практики развития. М., 1996.

Крассов О.И. Земельное право: Учебник. Третье изд. М.: Юристъ, 2007.

Крассов О.И. Экологическое право: Учебник. М.: Дело, 2001.

Крассов О.И. Комментарий к Градостроительному кодексу Российской Федерации. М.: Юристъ, 2001.

Крассов О.И. Комментарий к Земельному кодексу Российской Федерации. М.: Юристъ, 2002.

Лисицын Е.Н. Охрана природы в зарубежных странах. М.: Агропромиздат, 1987.

Малышева Н.Р. Охрана окружающей среды от шумового воздействия (правовые и организационные вопросы). Киев: Наукова думка, 1984.

Малышева Н.Р. Гармонизация экологического законодательства. Киев, 1996.

Моткин Г.А. Основы экологического страхования. М.: Наука, 1996.

Муртазалиев А.М. Правовая охрана окружающей среды в бассейне Каспийского моря. Махачкала, 1997.

Охрана окружающей природной среды. Постатейный комментарий к Закону России. М.: Республика, 1993.

Петров В.В. Экологическое право России: Учебник. М., 1995.

Петров В.В. Экология и право. М.: Юридическая литература, 1981.

Постатейный комментарий к Закону РФ об охране окружающей природной среды. М., 1993.

Права человека. Итоги века, тенденции и перспективы / Отв. ред. член-корр. РАН Е.А. Лукашева. М.: Норма, 2002.

Право природопользования в СССР. М.: Наука, 1990.

Правовая охрана окружающей среды в области промышленного производства. Киев: Наукова думка, 1986.

Правовая охрана окружающей среды в сельском хозяйстве. М.: Наука, 1989.

Реймерс Н.Ф. Природопользование: Словарь-справочник. М., 1990.

Робинсон Н.А. Правовое регулирование природопользования и охраны окружающей среды в США. М.: Прогресс, 1990.

Розовский Б.Г. Правовое регулирование рационального природопользования. Киев: Наукова думка, 1981.

Современное экологическое право в России и за рубежом: Сборник научных трудов. М., 2001.

Тимошенко А.С. Формирование и развитие международного права окружающей среды. М.: Наука, 1986.

Транин А.А. Охрана окружающей среды: проблемы развития буржуазного права. М.: Наука, 1987.

Транин А.А. Национальные парки в СССР: проблемы и перспективы. М.: Наука, 1991.

Чичварин В.А. Охрана природы и международные отношения. М.: Международные отношения, 1970.

Шемшученко О.С. Организационно-правовые вопросы охраны окружающей среды в СССР. Киев: Наукова думка, 1976.

Шемшученко Ю.С. Правовые проблемы экологии. Киев: Наукова думка, 1989.

Шестерюк А.С. Вопросы кодификации законодательства об охране окружающей среды. Л.: Изд-во ЛГУ, 1984.

Шестерюк А.С. Экологическое право: вопросы теории и методологии анализа. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2000.

Экологическое право и рынок. М., 1994.

Эффективность юридической ответственности в охране окружающей среды. М.: Наука, 1985.

Приложение 3

ПРОГРАММА ПО КУРСУ «ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО»

ОБЩАЯ ЧАСТЬ

ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ПРИРОДЫ И ОБЩЕСТВА

Природа — источник жизни, материального и духовного благополучия.

Общая характеристика экологических проблем в мире и в России.

Концепции отношения общества к природе.

Причины кризисного состояния окружающей среды.

Пути решения экологических проблем.

Законы развития природы.

Декларация Рио по окружающей среде и развитию.

ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО КАК КОМПЛЕКСНАЯ ОТРАСЛЬ

РОССИЙСКОГО ПРАВА

Экологическая функция Российского государства.

Предмет экологического права.

Объекты экологических отношений.

Методы правового регулирования в экологическом праве.

Понятие экологического права как комплексной отрасли российского права.

История развития российского экологического права.

Проблемы дифференциации и интеграции в развитии экологического права.

Система экологического права.

Принципы экологического права.

Проблемы названия отрасли права.

Экологическое право как отрасль правовой науки и учебная дисциплина.

ИСТОЧНИКИ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПРАВА

Понятие, особенности, классификация и система источников экологического права.

Конституционные основы регулирования природопользования и охраны окружающей среды. Федеративные договоры.

Международные договоры РФ в области природопользования и охраны окружающей среды.

Закон как источник экологического права.

Федеральный закон «Об охране окружающей среды». Его общая характеристика и место в системе источников экологического права.

Законодательство об окружающей среде.

Гражданское, конституционное, административное, предпринимательское, уголовное и иное законодательство как источник экологического права.

Нормативные правовые акты Президента РФ, Правительства РФ, министерств и ведомств в системе источников экологического права.

Нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации.

Акты органов местного самоуправления и локальные акты в области природопользования и охраны окружающей среды.

Роль судебной практики в регулировании экологических отношений.

ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРАВООТНОШЕНИЯ

Понятие и виды экологических правоотношений.

Субъекты экологических правоотношений. Правоспособность и дееспособность.

Объекты экологических правоотношений.

Содержание экологических правоотношений.

Возникновение, изменение и прекращение экологических правоотношений.

ЭКОЛОГО-ПРАВОВОЙ СТАТУС ЧЕЛОВЕКА

Понятие и виды экологических прав человека.

Состояние правового регулирования экологических прав человека.

Политическое и юридическое значение признания экологических прав.

Право на благоприятную окружающую среду.

Права общественных экологических формирований.

Гарантии реализации экологических прав граждан.

Защита экологических прав граждан.

Способы защиты экологических прав в сфере деятельности органов исполнительной власти.

Защита экологических прав граждан в общих судах.

Защита экологических прав граждан в Конституционном Суде РФ.

Защита экологических прав граждан Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации.

Защита экологических прав граждан и Европейский суд по правам человека.

Обязанности каждого по охране природы и бережному отношению к природным богатствам.

ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ НА ПРИРОДНЫЕ РЕСУРСЫ

Природные ресурсы — общественное достояние.

Понятие, содержание и формы права собственности на природные ресурсы.

Объекты права собственности на природные ресурсы.

Субъекты права собственности на природные ресурсы.

Право частной собственности на природные ресурсы.

Право государственной собственности на природные ресурсы.

Право муниципальной собственности на природные ресурсы.

Основания возникновения и прекращения права собственности на природные ресурсы.

Защита права собственности на природные ресурсы.

ПРАВО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ

Понятие права природопользования, его виды.

Право общего природопользования.

Право специального природопользования.

Принципы права природопользования.

Субъекты права природопользования, их правовой статус.

Объекты права природопользования.

Содержание права природопользования.

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ УПРАВЛЕНИЯ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЕМ

И ОХРАНОЙ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

Понятие и виды управления природопользованием и охраной окружающей среды.

Принципы государственного управления природопользованием и охраной окружающей среды.

Виды органов государственного управления природопользованием и охраной окружающей среды. Органы общей компетенции.

Специальные органы государственного управления природопользованием и охраной окружающей среды.

Государственное управление природопользованием и охраной окружающей среды функциональными и иными органами.

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ

ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ И ОХРАНЫ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

Понятие и роль экологически значимой информации.

Право граждан на экологически значимую информацию.

Право на достоверную информацию о состоянии окружающей среды.

Право на информацию об экологически значимых факторах, влияющих на здоровье.

Правовое регулирование сбора, накопления, распространения и доступа к экологически значимой информации.

Правовые ограничения свободного доступа к экологически значимой информации.

Источники экологически значимой информации.

Источники нормативной экологически значимой информации.

Российское экологическое федеральное информационное агентство.

Государственный статистический учет и отчетность.

Государственные кадастры природных ресурсов и объектов.

Мониторинг окружающей среды.

Федеральный регистр потенциально опасных химических и биологических веществ.

Экологический паспорт предприятия. Декларация безопасности промышленного объекта.

Государственный доклад о состоянии окружающей природной среды в Российской Федерации.

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО НОРМИРОВАНИЯ

Нормирование — основные правовые меры рационального природопользования и охраны окружающей среды.

Система экологических нормативов.

Нормативы качества окружающей среды.

Нормативы предельно допустимых воздействий на состояние окружающей среды.

Нормативы изъятия (использования) природных ресурсов.

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ОЦЕНКИ ВОЗДЕЙСТВИЯ

НА ОКРУЖАЮЩУЮ СРЕДУ И ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

Понятие и значение оценки воздействия на окружающую среду в механизме правовой охраны окружающей среды.

Цели и объекты оценки воздействия на окружающую среду.

Содержание оценки воздействия на окружающую среду.

Участие общественности в оценке воздействия на окружающую среду.

Понятие экологической экспертизы. Ее значение в правовом механизме охраны окружающей среды. Соотношение экологической экспертизы и ОВОС.

Виды и принципы экологической экспертизы.

Развитие законодательства в области экологической экспертизы. Объекты государственной экологической экспертизы.

Порядок проведения государственной экологической экспертизы.

Заключение государственной экологической экспертизы.

Общественная экологическая экспертиза.

ЛИЦЕНЗИОННО-ДОГОВОРНЫЕ ОСНОВЫ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ

И ОХРАНЫ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

Лицензирование и договор как правовые инструменты регулирования природопользования и охраны окружающей среды.

Нормативные правовые акты в области экологического лицензирования.

Лицензируемые виды экологически значимой деятельности.

Процесс экологического лицензирования.

Особенности лицензионно-договорного регулирования пользования отдельными природными ресурсами и их охраны.

Лицензионно-договорные основы комплексного природопользования.

Акты на право пользования землей.

Лицензионные основы права пользования недрами.

Особенности оформления права пользования водами.

Договорные основы права пользования лесами.

Лицензионно-договорные основы права пользования объектами животного мира.

Особенности лицензирования деятельности по удалению отходов в окружающую среду.

ЭКОЛОГО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ТЕХНИЧЕСКОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ:

ТЕХНИЧЕСКИЕ РЕГЛАМЕНТЫ, СТАНДАРТИЗАЦИЯ И СЕРТИФИКАЦИЯ

Понятие и основные характеристики технического регулирования.

Технологические регламенты.

Экологические требования технических регламентов.

Процесс разработки и утверждения технического регламента.

Экологическая стандартизация.

Экологическая сертификация.

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО АУДИТА

Понятие и цели экологического аудита.

Виды экологического аудита и порядок его проведения.

ЭКОНОМИКО-ПРАВОВОЙ МЕХАНИЗМ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ

И ОХРАНЫ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ

Понятие и роль экономического механизма обеспечения природопользования и охраны окружающей среды.

Нормативно-правовые основы регулирования экономических мер.

Планирование природопользования и охраны окружающей среды.

Финансирование охраны окружающей среды.

Плата за природопользование.

Плата за пользование природными ресурсами.

Плата за загрязнение окружающей среды.

Экологическое страхование.

Меры экономического стимулирования рационального природопользования и охраны окружающей среды.

ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО КОНТРОЛЯ

Понятие, виды и задачи экологического контроля.

Государственный экологический контроль.

Государственный общий экологический контроль.

Государственный специальный экологический контроль.

Государственный экологический контроль и надзор, осуществляемые функциональными и иными органами.

Ведомственный и производственный экологический контроль.

Муниципальный экологический контроль.

Общественный экологический контроль.

ЮРИДИЧЕСКАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ПРАВОНАРУШЕНИЯ

Понятие и функции юридической ответственности за экологические правонарушения.

Понятие, виды и структура экологических правонарушений.

Дисциплинарная ответственность за экологические правонарушения.

Административная ответственность за экологические правонарушения.

Уголовная ответственность за экологические преступления.

Гражданско-правовая ответственность за экологический вред.

Понятие и виды экологического вреда. Способы и принципы его возмещения.

Возмещение вреда природной среде.

Возмещение вреда здоровью и имуществу человека, причиненного неблагоприятным воздействием окружающей среды.

Ответственность за экологический вред, причиненный источником повышенной опасности.

ОСОБЕННАЯ ЧАСТЬ

ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА ЗЕМЕЛЬ

Земля как объект правовой охраны. Юридическое понятие земель. Соотношение понятий «земля» и «почва».

Земельное законодательство.

Право землепользования и его виды.

Содержание понятия «охрана земель».

Правовые меры охраны земель.

Государственный контроль за использованием и охраной земель.

ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА ВОД

Воды как объект правовой охраны. Юридическое понятие «воды».

Водное законодательство.

Право водопользования и его виды.

Правовые меры охраны вод.

Государственный контроль за использованием и охраной вод.

ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА АТМОСФЕРНОГО ВОЗДУХА

Атмосферный воздух как объект правовой охраны. Юридическое понятие «атмосферный воздух».

Законодательство об охране атмосферного воздуха.

Правовые меры охраны атмосферного воздуха.

Государственный контроль за охраной атмосферного воздуха.

ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА НЕДР

Недра как объект правовой охраны. Юридическое понятие недр.

Законодательство о недрах.

Право пользования недрами и его виды.

Содержание понятия «охрана недр».

Правовые меры охраны недр.

Государственный контроль за использованием и охраной недр.

ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА ЛЕСОВ

И РАСТИТЕЛЬНОГО МИРА ВНЕ ЛЕСОВ

Лес и растительный мир вне лесов как объекты правовой охраны.

Юридическое понятие «лес».

Лесное законодательство и законодательство об охране и использовании растительного мира вне лесов.

Право лесопользования и его виды.

Правовые меры охраны лесов.

Правовые меры охраны растительного мира вне лесов.

Государственный контроль за использованием и охраной лесов и растительного мира вне лесов.

ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА ЖИВОТНОГО МИРА

Животный мир как объект использования и охраны. Юридическое понятие «животный мир».

Законодательство об охране и использовании животного мира.

Виды права пользования животным миром.

Правовое регулирование охоты.

Правовое регулирование рыболовства.

Правовые меры охраны животного мира.

Государственный контроль за использованием и охраной животного мира.

ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ

ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО МОРЯ, ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЗОНЫ

И КОНТИНЕНТАЛЬНОГО ШЕЛЬФА

Правовой режим использования и охраны природных ресурсов территориального моря.

Правовой режим использования и охраны природных ресурсов исключительной экономической зоны.

Правовой режим использования и охраны природных ресурсов континентального шельфа.

ПРАВОВОЙ РЕЖИМ ОСОБО ОХРАНЯЕМЫХ ПРИРОДНЫХ ТЕРРИТОРИЙ

И ОБЪЕКТОВ

Особо охраняемые природные территории: история, цели образования, виды.

Законодательство об особо охраняемых природных территориях и объектах.

Правовой режим государственных природных заповедников.

Правовой режим национальных и природных парков.

Правовой режим государственных природных заказников.

Правовой режим памятников природы, дендрологических парков и ботанических садов.

Правовой режим лечебно-оздоровительных местностей, курортов и рекреационных зон.

Правовой режим особо охраняемых природных объектов.

Некоторые вопросы практики особо охраняемых природных территорий.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО В СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ РОССИИ: ГРАЖДАНСКОЕ И АДМИНИСТРАТИВНОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО

ГРАЖДАНСКОЕ И АДМИНИСТРАТИВНОЕ СУДОПРОИЗВОДСТВО
Б. ЗИМНЕНКО
Б. Зимненко, старший преподаватель кафедры международного права Дипломатической академии МИД РФ, кандидат юридических наук.
Российское законодательство предусматривает общую норму, непосредственно обязывающую как суды общей юрисдикции, так и арбитражные суды Российской Федерации при осуществлении судопроизводства применять нормы международного права. Из ст. 3 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» следует, что единство судебной системы Российской Федерации обеспечивается применением всеми судами общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации (Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. N 1. Ст. 1).
Верховный Суд РФ неоднократно в своих разъяснениях обращал внимание нижестоящих судов на необходимость при рассмотрении соответствующих дел учитывать положения, содержащиеся в международном праве.
К примеру, в Постановлении N 8 от 31 октября 1995 г. Верховный Суд РФ отметил, что «при рассмотрении дела суд не вправе применять нормы закона, регулирующего возникшие правоотношения, если вступившим в силу для Российской Федерации международным договором, решение о согласии на обязательность которого для Российской Федерации было принято в форме федерального закона, установлены иные правила, чем предусмотренные законом. В этих случаях применяются правила международного договора Российской Федерации. При этом судам необходимо иметь в виду, что в силу п. 3 ст. 5 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской Федерации непосредственно. В иных случаях наряду с международным договором Российской Федерации следует применять и соответствующие внутригосударственные правовые акты, принятые для осуществления положения указанного международного договора» (Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. N 1. С. 3).
Таким образом, если международный договор Российской Федерации был ратифицирован, вступил в силу, официально опубликован и не требует издания дополнительных внутригосударственных нормативных актов для применения, то положения такого договора действуют непосредственно и способны отменить правила, содержащиеся в законе. Данное указание Верховного Суда РФ относится ко всем судам общей юрисдикции, рассматривающим дела в порядке гражданского, административного и уголовного судопроизводств.
При рассмотрении гражданских дел, а также дел, связанных с административным судопроизводством, необходимо иметь в виду, что приоритетом в применении пользуются нормы международного права, носящие как материальный, так и процессуальный характер.
Согласно п. 2 ст. 1 ГПК РФ, «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила гражданского судопроизводства, чем те, которые предусмотрены законом, применяются правила международного договора». В силу п. 4 ст. 11 ГПК РФ, «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены законом, суд при разрешении гражданского дела применяет правила международного договора». В соответствии с п. 2 ст. 7 ГК РФ, «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены гражданским законодательством, применяются правила международного договора».
Таким образом, в настоящее время у судов общей юрисдикции существуют как материальные, так и процессуальные правовые основания для применения норм международного права при рассмотрении гражданских дел, а также дел в порядке административного судопроизводства.
Исполнение решений иностранных судов
Как известно, суды общей юрисдикции принимают активное участие в реализации международных соглашений о правовой помощи по гражданским, семейным, уголовным делам, разрешая принудительное исполнение на территории Российской Федерации решений иностранных судов и арбитражей. В соответствии со ст. 437 ГПК РСФСР «порядок исполнения в РСФСР решений иностранных судов и арбитражей определяется соответствующими международными договорами».
Следует обратить внимание, что в силу ст. 241 АПК РФ «решения судов иностранных государств, принятые ими по спорам и иным делам, возникающим при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности (иностранные суды), решения третейских судов и международных коммерческих арбитражей, принятые ими на территориях иностранных государств по спорам и иным делам, возникающим при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности (иностранные арбитражные решения), признаются и приводятся в исполнение в Российской Федерации арбитражными судами, если признание и приведение в исполнение таких решений предусмотрено международным договором Российской Федерации и федеральным законом». Следовательно, в настоящее время признание и приведение в исполнение решений иностранных государственных судов, а также иностранных третейских судов по делам, возникающим при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности, относится к компетенции арбитражных судов Российской Федерации. В свою очередь, признание и исполнение на территории Российской Федерации решений иностранных судов по иным делам будет осуществляться судами общей юрисдикции (ст. 409 ГПК РФ).
Латвийское пароходство обратилось в Московский городской суд с заявлением о признании решения, вынесенного Хозяйственным судом Латвии, на территории Российской Федерации и о его принудительном исполнении. При рассмотрении указанного дела в порядке надзора Президиум Верховного Суда РФ, отклоняя доводы, изложенные в протесте заместителя Генерального прокурора РФ, подчеркнул, что «признание упомянутого решения суда Латвии на территории Российской Федерации запрашивалось Латвийским пароходством не на основании Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже», а на основании Договора между Российской Федерацией и Латвийской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам. Этим Договором предусматривается взаимное признание и исполнение решений судов по гражданским и семейным делам одного государства на территории другого» (Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1999. N 11. С. 7 — 8).
Как вытекает из международных договоров Российской Федерации о правовой помощи, законодательства Российской Федерации, при рассмотрении вопроса о принудительном исполнении решения иностранного суда суд не обладает компетенцией на пересмотр решения. Указанное положение находит свое подтверждение в судебной практике.
Гражданка Чешской Республики К. обратилась с заявлением в областной суд о принудительном исполнении суда Чешской Республики на территории Российской Федерации. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 25 сентября 1995 г. отметила, что «при рассмотрении ходатайства истицы о принудительном исполнении решения суда Чешской Республики судебная коллегия по гражданским делам областного суда в соответствии с п. 2 ст. 56 Договора о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам между СССР и ЧССР установила, что оснований к отказу в разрешении на его принудительное исполнение на территории Российской Федерации не имеется. Что же касается доводов об оспаривании отцовства в отношении ребенка, приведенных К. в жалобе, то они не могут быть учтены при решении вопроса о допущении принудительного исполнения вступившего в законную силу решения иностранного суда, так как подлежат рассмотрению в порядке, установленном законодательством Чешской Республики для обжалования решений судов этого государства» (Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1995. N 10. С. 15 — 16).
В Постановлении от 2 июня 1999 г. Президиум Верховного Суда РФ также указал, что «доводы прокурора о неправильном разрешении вопросов о валюте платежей за фрахт, о сроке исковой давности, об отсутствии вины ответчика в неуплате платежей необоснованны, так как при рассмотрении ходатайства о разрешении принудительного исполнения решения иностранного суда на территории Российской Федерации суд не вправе проверять законность и обоснованность самого решения, в котором указанные вопросы нашли отражение» (дело о рассмотрении заявления Латвийского морского пароходства о принудительном исполнении решения Хозяйственного суда Латвии на территории Российской Федерации // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1999. N 11. С. 7 — 8).
К чему ведет нарушение норм международного права
Согласно ст. 306 ГПК РСФСР основанием для отмены или изменения судебного акта в кассационном порядке являлось нарушение или неправильное применение норм материального или процессуального права. Судебная практика свидетельствует, что нарушение судом международного договора Российской Федерации, положения которого содержат материальные или процессуальные нормы, также является основанием к отмене судебного постановления (как известно, в настоящее время основанием для отмены или изменения решений суда в апелляционном, кассационном порядках также является, в частности, нарушение или неправильное применение норм материального или процессуального права — ст. ст. 330, 362 ГПК РФ).
При рассмотрении гражданского дела о взыскании с войсковой части стоимости проезда военнослужащего к месту проведения очередного отпуска на территории Республики Таджикистан и обратно, а также стоимости перевозки личного имущества Военная коллегия Верховного Суда РФ отметила, что «согласно ст. 1 Соглашения между государствами — участниками Содружества Независимых Государств «О социальных и правовых гарантиях военнослужащих, лиц, уволенных с военной службы, и членов их семей» от 14 февраля 1992 г., которое имеет статус международного договора, за военнослужащими, лицами, уволенными с военной службы, проживающими на территории государств — участников Содружества, а также членами их семей сохраняется уровень прав и льгот, установленных ранее законами и другими нормативными актами бывшего Союза ССР. Закон РФ «О статусе военнослужащих» содержит иные правила, нежели предусмотренные международным договором. В соответствии со ст. 15 Конституции РФ, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Учитывая вышеуказанное, Определение военного суда Приволжского военного округа отменить, а решение суда первой инстанции оставить в силе» (указанное Определение опубликовано не было; см. архив военного суда Ижевского гарнизона).
Следовательно, неприменение судом кассационной инстанции международного соглашения, подлежащего применению, явилось основанием к отмене Верховным Судом РФ соответствующего определения.
Определением Рязанского областного суда разрешено принудительное исполнение на территории Российской Федерации решения Актюбинского городского суда Республики Казахстан. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, отменяя в кассационном порядке данное Определение, указала: «…суд не учел, что согласно ст. 54 Конвенции об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года, ратифицированной государствами — участниками Содружества Независимых Государств, правовая помощь и защита граждан Договаривающихся Сторон может наступить только при наличии определенных условий. В частности, одним из условий принудительного исполнения решения, как предусмотрено ст. ст. 53 — 54 Конвенции, является надлежащее и своевременное извещение о разбирательстве дела Стороны, не принявшей участие в процессе и против которой было вынесено решение. Как видно из дела, документов, свидетельствующих об их надлежащем и своевременном извещении о дне рассмотрения дела, как того требует ст. 53 Конвенции, среди приобщенных к ходатайствам о принудительном исполнении судебного решения нет; имеющаяся копия письменного сообщения на имя А. и В. о дне слушания дела данных о времени отправления и вручения адресатам не содержит, не указан и способ отправления извещения. Таким образом, А. и В. не приняли участие в процессе вследствие несвоевременного и ненадлежащего извещения их о разбирательстве дела, что согласно ст. 55 Конвенции являлось основанием для отказа выдачи разрешения на принудительное исполнение решения. С учетом изложенного Определение областного суда от 2 июня 1997 г. является незаконным и подлежит отмене» (Законность. 1998. N 3).
Как известно, согласно ст. 31 Венской конвенции о праве международных договоров «договор должен толковаться добросовестно в соответствии с обычным значением, которое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора». Указанное положение должно учитываться всеми органами, которые применяют международные договоры, включая суды общей юрисдикции.
Решением Таллиннского городского суда акционерное общество «Таллинн Эйр Карго» объявлено банкротом и назначен конкурсный управляющий. В порядке обеспечения интересов кредиторов указанным судом были приняты определения. АСУ «Таллинн Эйр Карго» обратилось в Московский городской суд с ходатайством о принудительном исполнении упомянутых определений. Судья Московского городского суда оставил ходатайство без удовлетворения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассматривая дело в кассационном порядке, подчеркнула, что «в отношении таких процессуальных документов, как судебные определения, в ст. 57 Договора о правовой помощи между Российской Федерацией и Эстонской Республикой по гражданским, семейным и уголовным делам от 26 января 1993 г. сделана специальная оговорка: положения ст. ст. 50 — 56 настоящего Договора применяются и к мировым соглашениям, утвержденным судом, в связи с чем является правильным вывод о том, что Договором между Российской Федерацией и Эстонской Республикой не предусмотрена возможность признания и исполнения на территории Российской Федерации определений компетентных судов Эстонской Республики (за исключением определений об утверждении мировых соглашений)» (Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1999. N 12. С. 8 — 9).
Следовательно, Верховный Суд РФ надлежащим образом истолковал норму международного права, содержащую исчерпывающий перечень судебных актов, подлежащих принудительному исполнению на территории другого государства.
Оспаривание нормативных актов
В силу ст. 116 ГПК РСФСР (в ред. от 30 ноября 1995 г.) Верховный Суд РФ рассматривал по первой инстанции, в частности, дела об оспаривании ненормативных актов Президента РФ, Федерального Собрания РФ, Правительства РФ, а также дела, связанные с оспариванием нормативных актов федеральных министерств и ведомств, касающихся прав и свобод граждан. Практика Суда свидетельствует, что при рассмотрении данных категорий дел Верховный Суд РФ руководствовался

СООТНОШЕНИЕ ЛИЦЕНЗИРОВАНИЯ И СПЕЦИАЛЬНОЙ ПРАВОСПОСОБНОСТИ «

В практической деятельности мирового сообщества возникают экологические споры, требующие разрешения международными органами. В этих целях в июле 1993 г. в составе Международного суда ООН (Гаага) создана «камера по экологическим вопросам».

По инициативе группы юристов на учредительной конференции, проведенной в Мехико в ноябре 1994 г., был учрежден Международный суд экологического арбитража и примирения (Международный экологический суд). Он является неправительственной организацией. Первый состав судей включает 29 юристов-экологов из 24 стран. Представитель России также является членом этого суда.

Деятельность Международного экологического суда регулируется его уставом, в соответствии с которым суд разрешает международные споры по вопросам охраны окружающей среды и природопользования в трех формах:

  1. путем консультирования заинтересованных сторон по их просьбе на основе юридического анализа конкретной ситуации;

  2. путем примирения спорящих сторон на основе принятия компромиссного решения спорной ситуации, которое устраивает обе стороны. Решение может быть оформлено в виде соглашения, исполняемого добровольно на взаимной основе;

  3. путем проведения полноценного судебно-арбитражного процесса по взаимному желанию сторон с вынесением решения, которое стороны заранее признают для себя обязательным.

Рассмотрение споров в Международном экологическом суде основано на принципах третейского суда. Стороны сами принимают решение об обращении в суд и выбирают из его состава трех или более судей для рассмотрения дела.

Круг лиц, которые могут обращаться в Международный экологический суд, неограничен. Это могут быть частные лица, общественные организации, государственные органы, включая правительства.

Международный экологический суд может рассматривать широкий круг споров. В него включаются споры, связанные с загрязнением окружающей среды соседнего государства и возмещением экологического вреда; недопущением, приостановлением или прекращением экологически вредной деятельности. Он рассматривает также споры, касающиеся использования и охраны разделяемых двумя и более государствами природных ресурсов. В числе некоторых других ─ споры о защите экологических прав граждан.

Рассмотрение дел в Международном экологическом суде основано на международном праве окружающей среды, национальном законодательстве сторон, на прецедентах6.

Регулирование экологических отношений между государствами и другими субъектами международного права пока характеризуется довольно высокой степенью фрагментарности и отсутствием системного подхода. В этой области пока нет единого кодифицирующего акта, хотя попытки по его подготовке предпринимаются. В нормотворческой деятельности доминирует пообъектный подход, когда принимаются соглашения, направленные на охрану и использование отдельных природных объектов ─ животного мира, вод, атмосферного воздуха и др.

В некоторых случаях пообъектное регулирование уже достигло высокого уровня развития. Особенно это касается охраны животного мира, где проведена кодификация в рамках Конвенции ООН о биоразнообразии.

За последнее время принят ряд соглашений, направленных на комплексное решение отдельных экологических проблем, например проблемы опасных отходов, а также устанавливающих требования для источников экологически вредной деятельности.