Квалификация по объекту преступления

22. Квалификация преступлений по признакам объекта

Особенности квалификации по объекту преступления предполагают установление:

— вида общественных отношений, охраняемых уголовным законом и подвергшихся противоправному воздействию в результате общественно-опасного деяния;

— специальных признаков предмета преступления (в некоторых составах преступления);

— специальных признаков потерпевшего (в некоторых составах преступления);

— основного и дополнительного непосредственных объектов (в некоторых составах преступления).

Нет безобъектных преступлений, то есть у каждого преступления есть свой объект. Особенность квалификации по объекту заключается в том, что объект недоступен для прямого восприятия со стороны правоприменителя, то есть лица, осуществляющего процесс квалификации.

Только квалификацией по объекту квалификация ограничена быть не может. Квалификация по объекту – один из этапов оценки деяния как преступного.

Объект обусловлен:

  1. предметом преступления и

  2. специальными признаками потерпевшего

Предмет преступления.Количественные и (или) качественные признаки предмета преступления позволяют правильно определить при квалификации объект преступления и интенсивность посягательства на него (например, ст. 164 УК РФ по предмету отграничивается от других смежных составов – ст. ст. 158, 159, 160 и пр.).

При этом, следует учитывать в некоторых составах преступления наличие предмета как обязательного признака. В подобной ситуации квалификация должна быть нацелена на выявление специфических признаков предмета преступления, так как от их наличия или отсутствия прямо зависит установление оснований уголовной ответственности. Например, при изъятии порошка белого, серого цвета при личном досмотре лица, делается вывод о составе преступления, предусмотренном ст. 228 УК только в том случае, если этот порошок (предмет материального мира) относится к наркотическим средствам. Во-вторых, предмет преступления может квалифицироваться самостоятельно по другой статье (например, «простое» убийство квалифицируется по ст. 105, а убийство с использованием огнестрельного оружия квалифицируется по совокупности ст. ст. 105 и 222 УК РФ).

Специальные признаки потерпевшего.Объективные признаки некоторых составов преступления предусматривают наличие специальных признаков потерпевшего как обязательного элемента состава преступления. При этом, именно они обусловливают непосредственный объект, позволяя отграничить этот состав от других, внешне сходных по иным признакам.

При этом, специальные признаки потерпевшего играют двоякую роль в квалификации преступления. Во-первых, они отграничивают один состав преступления от другого (например, ст. 105 УК и ст. 277 УК). Во-вторых, они указывают на повышенную степень общественной опасности посягательства, на его увеличенную интенсивность (ч. 1 ст. 126 УК и п.п. «д», «е» ч. 2 ст. 126 УК).

23. Квалификация преступлений по признакам объективной стороны

В окружающей нас действительности конкретное преступление всегда совершается определенным способом или определенными орудиями и средствами, в определенном месте и в определенное время. В момент совершения преступления ему неизменно сопутствует и определенная обстановка. Кроме этого, преступление неизбежно влечет за собой наступление определенных социально вредных последствий. При этом общественно опасный результат может лишь тогда быть признан последствие преступления, когда он причинно связан именно с данным действием бездействием) человека. Указанные обстоятельства деяния и его последствия, причинная связь между ними, способ, орудия, средства, место, время и обстановка относятся к внешней, объективной стороне состава преступного посягательства.

Объективную сторону как элемент состава преступления характеризуют юридически значимые признаки: общественно опасное действие (бездействие), общественно опасные последствия, причинная связь между действием (бездействием) и общественно опасными последствиями; способ, место, время, орудия, средства, обстановка совершения преступления.

Ученая Корнеева А.В. сформулировала следующие некоторые правила квалификации преступлений по признакам объективной стороны:

1. Если перечень и характер действий (бездействия), которыми может быть совершено преступление, точно описан в законе, при квалификации преступлений должно быть установлено тождество между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, зафиксированными в диспозиции статьи УК.

2. Если характеристика объективной стороны состава преступления не содержит описания деяния, а лишь указывает на общественного опасный результат, способ совершения преступления может быть любым, за исключением случаев, когда он указан в квалифицированном состава в качестве признака, повышающего степень общественной опасности содеянного. Например, умышленное уничтожение или повреждение имущества путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом (часть 2 статьи 167 УК). Иные, помимо указанных в части 2, способы уничтожения или повреждения имущества должны быть квалифицированы по части 1 статьи 167 УК.

3. Если в диспозиции статьи Особенной части УК указано несколько альтернативных действий или несколько общественно-опасных последствий, то для квалификации посягательства по этой статье или части статьи УК достаточно совершения одного из указанных действий или наступления одного из указанных последствий. Например, часть 1 статьи 222 УК предусматривает альтернативно такие действия, как приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение огнестрельного оружия, а часть 1 статьи 267 УК в качестве последствий предусматривает причинение тяжкого вреда здоровью человека либо причинение крупного ущерба. Наступление любого из этих последствий свидетельствует о наличии состава преступления.

4. Если в умышленном преступлении с материальной конструкцией состава отсутствует обязательное последствие, это исключает квалификацию содеянного как оконченного преступления. Деяние может быть квалифицировано как покушение на совершение этого преступления. Например, ели лицо намеревалось причинить смерть, а причинило лишь тяжкий вред здоровью, содеянное подлежит квалификации как покушение на убийство (ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК).

5. Отсутствие дополнительного последствия, указанного в диспозиции статьи особенной части УК, не является свидетельством незавершенности преступления, если оно не охватывалось намерением виновного, а требует квалификации по той части статьи Особенной части УК, которая предусматривает ответственность за причинение вреда без такого дополнительного последствия. Наступление дополнительного последствия, описанного в статье Особенной части УК, не требует квалификации по совокупности статей. Так, в случае причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего в процессе разбойного нападения, необходима квалификация по пункту «в» части 4 статьи 162 УК. В случае отсутствия у виновного желания причинить такой вред при ненаступлении такого вреда здоровью и отсутствии иных квалифицирующих признаков, необходима квалификация по части 1 статьи 162 УК РФ.

6. Отсутствие вредных последствий в неосторожных преступлениях исключает квалификацию содеянного в качестве преступления. Так, если нарушение лицом, управляющим транспортным средством, Правил дорожного движения не привело по неосторожности к причинению тяжкого вреда здоровью человека, состав, предусмотренный частью 1 статьи 264 УК, не образуется, возможно лишь применение мер административной ответственной при наличии состава административного правонарушения.

7. Если в результате совершения деяния наступили последствия, предусмотренные различными частями одной и той же статьи УК, содеянное подлежит квалификации только по той части статьи, которая устанавливает ответственность за причинение более тяжкого последствия. Это положение нашло отражение в ряде постановлений Пленума Верховного Суда СССР, РСФСР и РФ. Так, в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 06 октября 1970 г. № 11 «О судебной практике по делам об автотранспортных преступлениях» указывается, что в случаях, когда в результате нарушения Правил дорожного движения одновременно наступили последствия, предусмотренные несколькими частями ст. 264 УК РФ, действия виновного подлежат квалификации только по той части статьи, которая устанавливает ответственность за наиболее тяжкие из наступивших последствий.

8. Если способ совершения преступления, является более опасным, чем то преступление, ради совершения которого он применяется, то необходима квалификация по совокупности преступлений. Например, если для подавления сопротивления потерпевшей при изнасиловании причиняется тяжкий вред здоровью, необходима квалификация по совокупности преступлений (часть 1 статьи 131, часть 1 статьи 111 УК). Исключение составляют случаи, когда способ совершения преступления законодательно сопряжен с тем преступлением, ради совершения которого он применяется, в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. В таких случаях в соответствии с частью 1 статьи 17 УК квалификация по совокупности не требуется. Например, если для подавления сопротивления потерпевшей при изнасиловании виновный причинил ей смерть, не требуется квалификация по совокупности ст. 131 и 105 УК, необходима квалификация лишь по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК.

Объект и предмет преступления, их значение для уголовно-правовой квалификации

Любые студенческие работы — ДОРОГО!

100 р бонус за первый заказ

Узнать цену

При квалификации преступлений определение объекта представляет известные трудности. Объект преступления — общественные отношения — не может быть воспринят правоприменителем непосредственно. Допрашиваемые лица могут дать показания о других признаках состава, например, о способе совершения преступления, причиненном ущербе, времени совершения преступления, мотивах, которыми руководствовался виновный. Установление объекта преступления в таких случаях производится опосредованно, путем анализа признаков, относящихся к другим элементам состава преступления.

Традиционным в теории уголовного права является определение объекта преступления как охраняемых уголовным законом общественных отношений, которым при совершении преступления причиняется вред или создается угроза причинения вреда.

Вместе с тем, наряду с господствующей концепцией в науке уголовного права высказаны и другие точки зрения. Из них в качестве основных можно выделить три, согласно которым к объекту преступления относятся: 1) правовая норма; 2) люди; 3) правовое благо, интерес.

Объекты преступления классифицируются по двум основаниям: а) по степени общности общественных отношений, охраняемых уголовным законом (классификация по вертикали), и б) по значению каждого объекта (классификация по горизонтали).

По первому основанию все объекты преступления делятся на общий, родовой, видовой и непосредственный.

Общим объектом является совокупность всех охраняемых законодательством общественных отношений. Родовой объект — это объект, которым охватывается определенный круг однородных по своей экономической либо социально-политической сущности общественных отношений, которые в силу этого должны охраняться единым комплексом взаимосвязанных уголовно-правовых норм. Видовой объект — это совокупность общественных отношений внутри родового объекта, которые отражают один и тот же интерес участников этих отношений или выражают хотя и не идентичные, но весьма тесно взаимосвязанные интересы. Непосредственный объект преступления — это вид общественных отношений, на которые посягают одно или несколько преступлений. По содержанию он может совпадать с родовым объектом преступления, как это имеет место, к примеру, при уничтожении или повреждении чужого имущества, родовым и непосредственным объектом которого являются отношения собственности, но в большинстве случаев он по объему уже родового объекта и конкретнее по содержанию.

Значение теоретического понятия общего объекта преступления для квалификации преступлений заключается в том, что оно позволяет установить, охраняется ли вообще данное отношение уголовным законом, является ли данное деяние преступным посягательством. Словом, данное понятие связано с первоначальным этапом уголовно-правовой оценки деяния. Отрицательный ответ на вопрос, имеется ли в данном случае объект преступления, исключает его дальнейшую оценку и означает отсутствие состава преступления. Так, если лицо завладело не принадлежащей никому («ничейной») вещью, состав преступления отсутствует, потому что по поводу этой вещи не существуют отношения собственности и, таким образом, вообще отсутствует объект преступления; деяние безразлично с точки зрения уголовного закона.

Последующее обращение к понятию родового объекта связано с возможностью и необходимостью определить, на отношения какой однородной группы совершено посягательство, идентифицировать конкретное преступление с преступлениями, ответственность за которые предусмотрена нормами одного из разделов УК, и тем самым сделать еще один шаг на пути точной и полной его квалификации.

Роль видового объекта преступления в классификации преступлений заключается в том, что он, находясь внутри родового образует следующий этап движения мысли правоприменителя от общего к частному в выборе конкретной уголовно-правовой нормы.

Процесс квалификации преступлений по объекту завершается ответом на вопрос, какие общественные отношения послужили непосредственным объектом посягательства. На этом этапе мысленный поиск переходит от сферы отношений, суть которых выражена в наименовании соответствующей главы УК к наименованию и диспозиции конкретной нормы.

Классификация по горизонтали осуществляется на уровне непосредственного объекта. Ряд предусмотренных уголовным законом преступлений одновременно посягает на два или более объекта уголовно-правовой охраны. При этом в науке принято выделять основной, дополнительный (обязательный и факультативный) непосредственные объекты.

Основным непосредственным объектом преступления являются те общественные отношения, нарушение которых составляет социальную сущность данного преступления и с целью охраны которых издана уголовно-правовая норма, предусматривающая ответственность за его совершение.

Дополнительный обязательный непосредственный объект — общественные отношения, посягательство на которые не составляет сущности данного преступления, но которые этим преступлением всегда нарушаются наряду, попутно с основным объектом.

Признаком основного непосредственного объекта является то, что он находится в одной плоскости с видовым и родовым объектом. Так, при совершении разбойного нападения (ст. 162 УК) терпят ущерб два объекта — отношения собственности и здоровье лица. При этом отношения собственности являются основным непосредственным объектом, а здоровье лица — дополнительным непосредственным объектом.

В некоторых случаях дополнительные непосредственные объекты могут быть представлены альтернативно. Так, в составе вымогательства (ст. 163 УК) отношения собственности являются основным непосредственным объектом, дополнительными же объектами могут являться или здоровье лица, или его честь и достоинство.

Группируя преступления по главам, законодатель учитывает лишь основную направленность данного преступления, наиболее важное общественное отношение, на которые оно посягает, выделяет главный объект.

Преступления же в действительности посягают на многие и притом сложные объекты. В результате получается, например, что посягательства на жизнь предусмотрены чуть ли не во всех главах Особенной части. При этом применительно к каждой главе они имеют специфические особенности, в зависимости от других общественных интересов, которые также нарушаются при этом посягательстве.

Поэтому для разграничения преступлений необходимо хорошо представлять себе весь круг норм, охраняющих одни и те же общественные отношения, и знать разницу между этими нормами.

К факультативным признакам элемента «объект» состава преступления принято относить предмет преступления и потерпевшего от преступления.

При этом следует различать уголовно-правовое и уголовно-процессуальное понятие потерпевшего. Так, в случае причинения А тяжкого вреда здоровью он является потерпевшим в уголовно-правовом смысле. В случае же, если А украл у некоего Б картину, имеющую особую историческую ценность, для уяснения уголовно-правовой характеристики содеянного имеют значение не признаки потерпевшего, а признаки предмета преступления — картины, имеющие особую историческую ценность.

Свойства потерпевшего, его отношения с другими лицами, поведение до и в момент посягательства во многих составах являются признаками, определяющими квалификацию содеянного:

а) в ряде составов такие физические свойства потерпевшего, как пол, возраст, состояние здоровья и др., могут определять квалификацию преступления. Так, мужской пол потерпевшего от сексуального преступления исключает квалификацию содеянного как изнасилование (ст. 131 УК). Для квалификации по ст. 150 УК (вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления) возраст потерпевшего должен быть менее 18 лет. Для квалификации пост. 124 УК потерпевший должен быть больным, а не нуждающимся, например, в косметической операции.

б) физическое и психическое состояние потерпевшего учитывается при квалификации ряда преступлений против личности. Так, состояние беспомощности является альтернативным конструктивным признаком изнасилования (ст. 131 УК), квалифицирующим признаком убийства (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК) и других преступлений. Заведомое нахождение женщины в состоянии беременности является квалифицирующим признаком ее убийства (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК).

в) в ряде составов для правильной квалификации преступлений необходимо выяснение взаимоотношений между виновным и потерпевшим. Так, наличие личных неприязненных отношений между виновным и потерпевшим обычно исключает квалификацию содеянного как совершенного из хулиганских побуждений. Нахождение потерпевшего в материальной или иной зависимости от виновного является альтернативно-обязательным признаком понуждения к действиям сексуального характера (ст. 133 УК).

г) поведение потерпевшего, послужившее поводом к совершению преступления, также может явиться обстоятельством, определяющим квалификацию содеянного. Так, посягательство на потерпевшего, выполнявшего общественно-полезную деятельность по пресечению правонарушений, может явиться основанием для квалификации по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК. В случае же совершения убийства, спровоцированного тяжким оскорблением виновного со стороны потерпевшего, возможна квалификация по ст. 107 УК.

д) в ряде случаев для квалификации преступления необходимо выяснить наличие согласия потерпевшего на совершение определенных действий. При отсутствии согласия лица на совершение указанных в законе действий наступает уголовная ответственность, например, за изнасилование (ст. 131 УК), нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК) или жилища (ст. 139 УК). Однако в тех случаях, когда потерпевший не осознает характера совершаемых в отношении его действий, согласие потерпевшего не является действительным, правомерным и не исключает ответственности виновного. Например, согласие малолетнего (малолетней) на половое сношение, мужеложство или лесбиянство не исключает ответственности лица, достигшего 18-летнего возраста, по ст. 134 УК. Внешне добровольная передача потерпевшим имущества или права на имущество виновному под влиянием обмана или злоупотребления доверием не исключает квалификации содеянного как мошенничества (ст. 159 УК).

Признаки предмета преступления и их влияние на квалификацию:

а) обстоятельством, определяющим квалификацию деяния, могут явиться свойства предмета преступления. Так, хищение картины лицом, осознающим ее особую художественную ценность, является основанием для квалификации содеянного по ст. 164 УК, а не по иным статьям о хищениях (ст. 158—162 УК). Для выяснения вопроса о возможности вменения лицу преступления, предусмотренного ст. 186 УК, требуется установить качество подделки банковских билетов, металлической монеты, государственных ценных бумаг или других ценных бумаг. Наличие грубой подделки исключает квалификацию по ст. 186 УК, поскольку делает невозможным ее участие в денежном обращении. Подобные действия должны быть квалифицированы как мошенничество.

Из-за неполного и потому неправильного представления об объекте преступления нередко возникают ошибки при квалификации преступлений.

Б. и другие были осуждены за то, что они изготовляли и сбывали фальшивые монеты царской чеканки десятирублевого достоинства. Исходя главным образом из признаков объективной стороны преступления и не уяснив его объекта, суд первой инстанции квалифицировал эти действия как фальшивомонетничество.

ВС СССР указал на ошибочность такой квалификации: «Объектом фальшивомонетничества являются советская денежная и кредитная система или общественные отношения, возникшие в связи с международным соглашениями, заключенными СССР. Подделка денежных знаков, не имеющих в настоящее время хождения как в СССР, так и за рубежом, не может рассматриваться как фальшивомонетничество, так как изготовление и сбыт таковых не могут в какой-либо мере нанести ущерб советской денежной и кредитной системе». Действия осужденных были переквалифицированы на статью УК, предусматривающую ответственность за мошенничество.

б) способ воздействия на предмет определяет основу преступного деяния, что влияет на квалификацию преступления. Так, один и тот же предмет, например, автомобиль, в случае его хищения (изменения социального статуса вещи) может привести к необходимости квалификации по ст. 158-162 УК. В случае же его поджога (изменения физических свойств предмета) необходима квалификация по ст. 167 УК.

в) в случае изготовления предмета квалификация зависит от свойств созданного предмета. Так, если незаконно изготовлено оружие, необходима квалификация по ст. 223 УК, и объектом преступления в этом случае является общественная безопасность. Если же изготовлены или произведены наркотические средства, психотропные вещества или их аналоги, деяние квалифицируется по ст. 228 или 228′ УК. Объектом этих преступлений является здоровье населения. Таким образом, предмет преступления может сыграть роль ориентира в определении объекта преступления.

Может ли объект преступления быть единственным критерием разграничения преступлений? По мнению В.Н. Кудрявцева, преступлений, которые различались бы между собой только по признаку объекта, не так много. В качестве примера им приведены такие пары составов: оскорбление (ст. 130 УК РФ) и оскорбление представителя власти (ст. 319 УК РФ); разглашение государственной тайны (ст. 283 УК РФ) и разглашение данных следствия (ст. 310 УК РФ); уничтожение и повреждение лесов (ст. 261 УК РФ) и уничтожение или повреждение имущества (ст. 167-168 УК РФ). Представляется (Корнеева), приведенные В.Н. Кудрявцевым примеры являются не вполне удачными, так как указанные составы преступлений различаются между собой не только характеристикой объекта, но и признаками, относящимися к объективной стороне. Так, оскорбление (ст. 130 УК РФ) и оскорбление представителя власти (ст. 319 УК РФ) различаются между собой не только признаками объекта, но и обстановкой — оскорбление должно быть публичным и совершаться при исполнении представителем власти своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением. Тем не менее, во всех подобных случаях, когда объекты двух преступлений достаточно четко отличаются один от другого, трудности при квалификации обычно не возникают. Это объясняется, в частности, и тем, что если не объект, то потерпевший или предмет преступления в подобных случаях всегда прямо названы в законе, а это дает возможность легко решите вопрос о различии в объектах.

В то же время структура построения Особенной части УК в зависимости от объекта посягательства предполагает возможность как наличия в настоящее время, так и появления в будущем составов, различающихся между собой только признаками объекта. К таким можно отнести, например, хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 226 УК) и хищение либо вымогательство наркотических средств или психотропных веществ (ст. 229 УК).

Вместе с тем в большинстве случаев объект не является единственным разграничительным признаком преступлений. Для их разграничения нужно обратиться к признакам, относящимся к другим элементам состава преступления. Иными словами, существует взаимосвязь двух или нескольких разграничительных признаков, включая признаки объекта преступления.

Характерным примером являются некоторые воинские преступления (например, сопротивление начальнику, оскорбление другого военнослужащего) и соответствующие им общеуголовные преступления. Разграничение между этими составами проходит и по признаку объекта, и по признакам субъекта. То же можно сказать о разграничении ряда преступлений против правосудия и преступлений против личности, например, незаконного ареста и незаконного лишения свободы.

Правила квалификации преступления по объекту сводятся к следующему:

1. Если при совершении преступления степень тяжести вреда, причиняемого дополнительному объекту, меньше или равна степени тяжести вреда, причиняемого основному объекту, квалификация производится по статье, предусматривающей посягательство на основной объект, квалификации по совокупности преступлений не требуется. Так, в случае причинения при изнасиловании легкого и средней тяжести вреда здоровью содеянное полностью охватывается ч. 1 ст. 131 УК и квалификация по статьям о преступлениях против личности не требуется (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. № 11 «О практике применения судами ст. 131 и 132 УК РФ»114). Определение того, какой вред является более тяжким, производится путем сопоставления санкций ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 112 и ч. 1 ст. 115 УК. Основным объектом при совершении этого преступления является половая свобода женщины, дополнительным — ее здоровье. Максимум санкции ч. 1 ст. 131 — 6 лет лишения свободы, ч. 1 ст. 112 — 3 года лишения свободы, а ч. 1 ст. 115 УК — 4 месяца ареста. Значит, при совершении изнасилования, вред дополнительному объекту — здоровью — является меньшим, чем вред основному объекту — половой свободе. Следовательно, при совершении изнасилования с причинением легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшей, содеянное подлежит квалификации по ч. 1 ст. 131 УК. Дополнительная квалификация по ст. 112 или 115 УК не требуется.

2. По общему правилу, если при совершении преступления степень тяжести вреда, причиняемого дополнительному объекту, больше степени тяжести вреда, причиняемого основному объекту, требуется квалификация по совокупности преступлений. Так, если для незаконного проникновения в жилище, совершенного против воли прожинающего в нем лица, применяется насилие, состоящее в причинении тяжкого вреда здоровью, необходима квалификация по ч. 2 ст. 139 УК по совокупности с ч. 1 ст. 111 УК. Законодательно установлено лишь одно исключение из этого правила (ч. 1 ст. 17 УК в ред. от 21 июля 2004 г.). Совокупность преступлений не образуется, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части Кодекса в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. Например, если в процессе разбойного нападения виновный для завладения имуществом причиняет смерть потерпевшему, то, руководствуясь общим правилом, необходима квалификация по совокупности ст. 162 и 105 УК. Однако, поскольку в п. «з» ч. 2 ст. 105 УК в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание, указана «сопряженность с разбоем», квалификация по совокупности преступлений не требуется. В этой связи, представляется, следует считать утратившим силу положение, содержащееся в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», которое рекомендовало квалифицировать подобные ситуации по совокупности преступлений.

3. Если в статье альтернативно указаны несколько дополнительных объектов, для квалификации преступления по этой статье достаточно причинения вреда хотя бы одному из них. Так, для вменения состава, предусмотренного ст. 296 УК РФ («Угроза или насильственные действия в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования»), основным объектом которого являются интересы правосудия, достаточно наличия угрозы причинения вреда любому из альтернативно указанных дополнительных объектов: жизни, здоровью, отношению собственности.

Квалификация преступлений по объекту посягательства.

Объектом преступления является то, на что направле­но преступление, чему оно причиняет или может причинить вред, что в конечном итоге нарушается преступлением. Объ­ектом преступления признаются общественные отношения, охраняемые уголовным законом.

Так, объекту преступления присущ один обязательный признак — собственно объект и два факультативных призна­ка: 1) предмет преступления и 2) потерпевший от преступле­ния.

Квалификация преступлений по объективной стороне.

Объективная сторона преступления – внешняя сторона посягательства.

Объективная сторона состава преступления характеризу­ется одним обязательным и восемью факультативными при­знаками. Обязательным признаком является деяние (действие или бездействие). Преступное деяние представляет собой осознанное, волевое, активное (действие) или пассивное (бездействие) поведение лица, причиняющее или создающее угрозу причинения вреда объекту уголовно-правовой охраны. Действие- осознанное, волевое, активное поведение. Бездействие- осознанное, волевое, пассивное поведение. Признаками преступного деяния являются:

-осознанность-осознание человека фактического характера действия и бездействия и оценка его как общественно опасного.

-волевой характер-способность лица к целенаправленным действиям, возможность руководить ими.

Факультативными: 1) последствие,

2) при­чинная связь между деянием и последствием,

3) место- определенное пространство или терр. где совершается преступление. Место м.б. признаком основного состава преступления( место лишения свободы) ,

4) вре­мя- определенный период в котором совершено преступление,

5) обстановка- совокупность конкретных объективных условий, в которых совершается преступное деяние ( превышение пределов необходимой обороны)

6} способ-это совокупность приемов и методов, используемых лицом при совершении преступления. м.б. признаком основного состава преступления(кража- тайное хищение, грабеж- открытое, способом мошенничества является обман или злоупотребление доверием),

7) орудия – предмет которым причиняется вред объекту преступления.

8) средства совершения преступления- приспособление при помощи которого совершается преступление.

Квалификация преступлений по субъективной стороне.

Субъективная сторона преступления – внутренняя сторона посягательства, выражающаяся в различных психических процессах, происходящих в психике лица, совершающего деяние.

Субъективная сторона состава преступления характеризу­ется одним обязательным признаком, которым является вина. Вина- психическое отношение лица к совершонному им общественно опасному противоправному деянию и его последствиям в форме умысла или неосторожности. Формами вины выступает умысел( прямой и косвенный) и неосторожность ( легкомыслие и небрежность). Прямой умысел- лицо предвидит и желает наступления опасных последствий. Косвенный умысел- лицо предвидит, осознает общественную опасность своего деяния, но не желает их наступления. При преступном легкомыслии лицо предвидит наступление общественно опасных последствий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на их предотвращение. При преступной небрежности лицо не предвидит наступление общественно опасных последствий, хотя должно и могло было предвидеть.

Два факультативных признака: 1) мотив ( политический, корыстный, личный, насильственный, корыстно-насильственный) и 2) цель- мысленная модель результата к которому стремиться лицо.

Квалификация преступлений по субъекту.

Субъект преступления – тот, кто совершает или может совершить преступление.

Субъекту преступления свойственны три обязательных признака. Обязательными являются та­кие признаки, как: 1} физическое лицо, 2) вменяемое лицо и 3) лицо, достигшее возраста уголовной ответственности, уста­новленного уголовным законом за конкретный вид преступле­ния.

Факультативные признаки: пол, профессия, должностное положение.

Возрас угол.отв.: по общему правилу отв. Подлежит лицо достигшее возраста 16 лет. Искл. : 14 лет ( убийство, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, средней тяжести, кража, вымогательство и т.д.) В уголовном законе содержаться прест. субъектом которых м.б. только совершеннолетний. ( статус военнослужащего, должностного лица предполагает совершение 18-го субъекта) Правила определения возраста: 1. Лицо считается достигшим указанного в законе возраста с начала следующего за днем рождения суток.

2. при отсутствии документов, таковой считается последний день года, названного экспертом.

3. при отсутствии точного года рождения, названого экспертами следует исходить из предполагаемого или минимального возраста лица.

Вменяемость- способность лица во время совершения прест. осознавать фактический характер и общественную опасность своего деяния и руководить своими действиями ( безд.) Невменяемость- это неспособность лица осознавать во время совершения прест. фактический х-р и общественную опасность своего деяния либо неспособность руководить своими действиями ( безд.) вследствии хронического психического расстройства, временного плих. Расстройства, слабоумия или иного заболевания психики. Невменяемость имеет 2 критерия: 1. Юридический:

— волевой- способность отдавать отчет своим действиям

-интеллектуальный

2. Медицинский: — наличие псих.заболевания (шизофрения)

-псих.расстройство ( психоз, белая горячка)

-слабоумие( врожденное и приобретенное)

-болезненное состояние псих.( неделю не ел, не спал)

Квалификация действий при мнимой обороне.

Мнимая оборона имеет место, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство и лицо лишь ошибочно предполагает наличие такого посягательства. Например: влюбленный юноша, взбираясь ночью по пожарной лестнице, по ошибке влезает не в то окно, в окно соседа, который принимает влюбленного юношу за преступника и причиняет вред его здоровью. Если сосед добросовестно заблуждался в преступности посягательства, то его действия не влекут уголовной отв. А если же сосед перестраховался от объяснений влюбленного, то его нужно привлечь к угол.отв. по меньшей мере за превышение пределов необходимой обороны.

Особенности освобождения от уголовной ответственности в соответствии с примечаниями к статьям Особенной части Уголовного кодекса.

Все виды освобождения от уголовной ответственности, предусмотренные в статьях Особенной части УК РФ, можно подразделить на четыре группы:

1) освобождение от уголовной ответственности в связи с добровольным согласием потерпевшего на причинение ему вреда (примечание к ст. ст. 122 УК РФ);

2) освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (примечания к ст. ст. 126, 204, 206, 208, 210, 222, 223, 228, 275, 282.1, 282.2, 291, 307 УК РФ);

3) освобождение от уголовной ответственности в связи с добровольным отказом (примечания к ст. ст. 205 и 205.1 УК РФ);

4) освобождение от уголовной ответственности вследствие стечения тяжелых обстоятельств (примечания к ст. ст. 337 и 338 УК РФ).

Согласно примечанию к ст. 122 УК РФ лицо, совершившее деяния, предусмотренные частями первой или второй данной статьи, освобождается от уголовной ответственности в случае, если другое лицо, поставленное в опасность заражения либо зараженное ВИЧ-инфекцией, было своевременно предупреждено о наличии у первого этой болезни и добровольно согласилось совершить действия, создавшие опасность заражения. Здесь основанием освобождения от уголовной ответственности выступает добровольное согласие потерпевшего на причинение ему вреда или создание угрозы его причинения. Однако признать данное основание обстоятельством, исключающим преступность деяния, формально нельзя, так как согласие потерпевшего на заражение ВИЧ-инфекцией не исключает состава преступления в действиях виновного, ибо его ответственность не исключается, он от нее освобождается. Примечание к ст. 122 УК РФ является специальным видом освобождения от уголовной ответственности в связи с добровольным согласием потерпевшего на причинение ему вреда.

ч.1- права,а ч.2- обязанность.

Предыдущая12345678

Рекомендуемые страницы:

Обзор судебной практики

На практике возникают серьезные трудности при исследовании и разграничении стадий совершения преступления в силу того, что в уголовно-правовой литературе отсутствует единство взглядов по вопросу содержания понятия стадий, их количества и видов. Вместе с тем точное определение судом стадии совершения преступления имеет значение для правильной квалификации содеянного и индивидуализации наказания.

Рассмотрим несколько реальных примеров.

1) Согласно определению Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28 февраля 2003 г. по делу Часыгова, как покушение на убийство расценены судом действия виновного, который не довел своего умысла до конца, хотя ничто не препятствовало (если бы он имел намерения убить потерпевших) этому, так как его отказ предпринять дальнейшие действия и уход с места происшествия свидетельствуют об отсутствии прямого умысла на убийство и, как следствие, покушения на убийство. Постановление Президиума Верховного Суда РФ (извлечение) Источник: ВВС РФ. 2004. №З.С. 11-12. Д. 3.

«Курганским областным судом 6 декабря 2002 г. Часыгов осужден по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Он признан виновным в том, что 1 июля 2002 г. в г. Далматово Курганской области покушался на причинение смерти Четвертакову, Подкорытову, Карчемагину из личной неприязни.

В кассационных жалобах осужденный Часыгов и его адвокат просили об отмене приговора и прекращении дела за отсутствием состава преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 28 февраля 2003 г. приговор изменила, переквалифицировала действия осужденного с ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ на п. «б» ч. 3 ст. 111 УК РФ, указав следующее. преступление уголовный судебный

Вина Часыгова в умышленном причинении ножевых ранений потерпевшим, кроме личного частичного признания, подтверждена показаниями потерпевших, свидетелей, заключениями экспертов, другими исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами.

Доводы Часыгова о том, что нож он применил в целях самообороны, судом были, всесторонне проверены и признаны необоснованными.

Как установлено судом, причинению ножевых ранений потерпевшим предшествовала ссора Часыгова с Подкорытовым возле бара. Сам Часыгов не отрицал, что он подходил к Подкорытову и оттолкнул его. После этого он со своими знакомыми быстро ушел в парк. Между ним и, приехавшими туда на машине, Подкорытовым, Карчемагиным, Четвертаковым произошел конфликт.

Через несколько минут эта ссора переросла в драку в парке, при этом, по мнению суда, на Часыгова не было совершено реального посягательства, сопряженного с насилием. Он первым нанес ножевое ранение Четвертакову, когда тот только вышел из автомашины и ничем не угрожал Часыгову.

Согласно показаниям потерпевших, в частности Карчемагина, в парк они поехали, чтобы урегулировать конфликт, возникший возле бара, и хотели поговорить с обидчиками, но как только из автомашины вышли Четвертаков и Подкорытов, услышали крик о ноже. Часыгов напал на Подкорытова, а когда Карчемагин оттаскивал осужденного, тот ударил его ножом два раза.

Выводы суда о том, что именно осужденный причинил ножевые ранения всем троим потерпевшим, согласуются не только с показаниями потерпевших, но и с заключением эксперта, проводившего физико-техническую экспертизу, согласно которому колото-резаные повреждения на предметах одежды Карчемагина, Подкорытова, Четвертакова могли быть причинены одним орудием.

Вместе с тем судом неправильно квалифицированы действия Часыгова, как покушение на причинение смерти трем лицам. Суд дал такую оценку, учитывая не отношение Часыгова к содеянному и направленность его умысла, а наступившие последствия — причинение Карчемагину и Подкорытову тяжкого вреда здоровью, нанесение ранений потерпевшим ножом в течение незначительного промежутка времени.

В соответствии с ч. 3 ст. 30 УК РФ, покушением на преступление признаются умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Как на предварительном следствии, так и в судебном заседании Часыгов показал, что он никого не хотел убивать. Таких намерений Часыгов не высказывал ни во время конфликта с Подкорытовым возле бара, ни в парке.

Согласно материалам дела, ни один потерпевший после полученных ранений не падал. Как показал Четвертаков, после полученного ножевого ранения он побежал за Часыговым, но не догнал, ушел домой и вызвал «скорую помощь». Из показаний потерпевшего Корчемагина следует, что, получив два удара ножом, он смог оттолкнуть Часыгова.

Таким образом, Часыгову ничто не препятствовало (если бы он имел намерения убить потерпевших) довести свой умысел до конца. Однако он не только не предпринял никаких действий, но, напротив, сам убежал с места происшествия.

Поскольку по делу установлено, что Часыгов действовал не с прямым, а с косвенным умыслом, он должен нести ответственность не за те последствия, которые могли наступить, а за те, которые реально наступили, т.е. за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Карчемагину и Подкорытову, легкого вреда здоровью Четвертакову.

При таких обстоятельствах действия Часыгова, связанные с причинением тяжкого вреда здоровью Карчемагину и Подкорытову, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ переквалифицировала с ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК на п. «б» ч. 3 ст. 111 УК РФ.

Четвертакову был причинен Часыговым легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья, эти действия Часыгова следовало квалифицировать по ст. 115 УК РФ. Но поскольку уголовное дело о преступлении, предусмотренном указанной статьей, возбуждается не иначе как по жалобе потерпевшего, а Четвертаков такой жалобы не подавал и в суде заявил, что он не желает привлекать Часыгова к уголовной ответственности, в этой части дело в отношении Часыгова на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ прекращено» Постановление Президиума Верховного Суда РФ (извлечение) Источник: ВВС РФ. 2004. №З.С. 11-12. Д. 3..

2) В следующем примере действия виновного обоснованно квалифицированы судом как покушение на кражу даже в отсутствие материального ущерба.

«Верховным Судом Республики Саха (Якутия) 26 января 2001 г. Исаев осужден по п. «б», «к» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Он признан виновным в покушении на кражу и убийстве Никитцовой в связи с осуществлением ею служебной деятельности и с целью скрыть другое преступление. 30 сентября 2000 г. Исаев в состоянии алкогольного опьянения с целью совершения кражи спиртного из магазина «Волна» направился на территорию Жиганского района водных путей, где находился магазин. По дороге подобрал металлический шестигранный прут. На электрощите у входной двери он выдернул электрические провода и отключил электричество не только в магазине, но. и в административном здании Жиганского района водных путей, металлическим прутом попытался сломать замок на двери магазина.

В это время из административного здания вышла сторож Никитцова, чтобы выяснить причину отключения света. Она подошла к двери магазина и осветила ее фонариком. Увидев Исаева, спросила, что он тут делает. В ответ он ударил ее металлическим прутом по голове и плечу. Никитцова бросилась бежать к конторе. Исаев догнал ее и нанес удары прутом по голове, от чего потерпевшая скончалась на месте происшествия.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 23 мая 2001 г. приговор оставила без изменения. В надзорной жалобе осужденный Исаев просил проверить правильность квалификации его действий в связи с осуждением по ч. 3 ст. 30 и п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, так как материального ущерба он не причинил.

Президиум Верховного Суда РФ 4 июня 2003 г. надзорную жалобу осужденного оставил без удовлетворения, а приговор и кассационное определение — без изменения, указав следующее.

Органами предварительного следствия и судом с достаточной полнотой установлено, что Исаев покушался на тайное похищение чужого имущества. Тот факт, что данное преступление он не довел до конца по не зависящим от него причинам (был замечен сторожем, а потому материального ущерба не причинил), не свидетельствует об отсутствии в действиях Исаева состава преступления, так как в магазине находились значительные по своей стоимости материальные ценности и осужденный покушался на их похищение. При таких обстоятельствах, оснований к изменению квалификации действии осужденного не имелось» Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 4 июня 2003 г. по делу Исаева (извлечение) Источник: ВВС РФ. 2003. №9 12. ? С. 14-15. Д. 3..

3) Некто Е., встретив в темное время суток С., напал на нее, повалил на землю и начал с применением насилия раздевать. Когда по вблизи расположенному шоссе проезжала автомашина и осветила их фарами, Е. с места происшествия скрылся. На предварительном следствии возник спор о том, как оценивать действия Е.: покушение на изнасилование или как добровольный отказ. Пока спорили, находившийся на свободе Е. вновь совершил аналогичное деяние в отношении другой женщины и опять-таки по причине сходных обстоятельств не довел его до конца. На этот раз он был взят под стражу; ходатайства защиты о том, что в обоих случаях имел место добровольный отказ, были отклонены. Судебные инстанции не усмотрели добровольного отказа ни по одному эпизоду; Е. был признан виновным в покушениях на изнасилование и осужден.

По другому делу имела место следующая ситуация. Двое молодых людей распивали спиртные напитки в лесу. Увидев X., договорились ее изнасиловать. С этой целью схватили Х. с двух сторон за руки и потащили через дорогу в лес, порвав при этом на ней одежду. Однако испугавшись шума проезжавшей мимо автомашины, бросили потерпевшую и скрылись в лесу. На предварительном следствии защитой также ставился вопрос о наличии добровольного отказа, с чем суд не согласился, признав этих лиц виновными в покушении на изнасилование. Тем не менее при рассмотрении дела в кассационном порядке областной суд все-таки признал наличие добровольного отказа, квалифицировав их действия по ч.1 ст.206 УК РСФСР Селезнев М. «Неоконченное преступление и добровольный отказ» //Российская юстиция, 1997, N 11.

Как видим, двум однородным деяниям, совершенным вроде бы при сходных обстоятельствах, судебными инстанциями даны противоположные оценки. Уместно отметить, что в приведенных примерах виновные осознавали возможность доведения преступления до конца, если бы проявили больше настойчивости в реализации преступного умысла. Однако, восприняв и оценив привходящие извне обстоятельства как способные существенным образом затруднить дальнейшую реализацию преступного умысла и решив не искушать судьбу, они оставляли потерпевших и покидали место происшествия.

4) Приговором Брянского областного суда П. осужден по ч. 3 ст. 30 п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ (редакция 1996 г.). Он был признан виновным в покушении на разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Как было установлено, П., вступив в предварительный сговор с М., Д. и З., планировал совершение нападения на квартиру своего знакомого С. с целью завладения его денежными средствами, поскольку С., по информации П., занимался продажей валюты и постоянно имел дома крупные суммы денег. По разработанному плану П. указал квартиру С. и остался внизу у подъезда дома для наблюдения за обстановкой. Д. позвонил в квартиру С. и попросил, сославшись на П., обменять доллары США. С., открывая замки железной двери, в глазок увидел, что один из преступников надевает маску, и стал кричать, что вызовет милицию. Испугавшись, все участники преступления, включая П., убежали. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставила без изменений. Первый заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос о переквалификации действий П. с ч. 3 ст. 30 на ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30 УК РФ, т. е. не признал П. участником группы по предварительному сговору, а посчитал его пособником, оставив в остальной части ошибочную квалификацию. Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. № 10. С. 11

Не останавливаясь на обоснованиях переквалификации действий П., которые тоже не выглядят убедительными, следует обратить внимание на определение понятия разбоя. Согласно ст. 162 УК РФ разбой есть «нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия» Уголовный кодекс Российской Федерации. — Москва : Проспект, КноРус, 2013.. Объективная сторона данного преступления характеризуется в законе как нападение, соединенное с насилием (способ совершения преступления) либо с угрозой насилия. По конструкции состав преступления усеченный (или формальный, как он определяется в большинстве учебников), поэтому преступление признается оконченным с момента выполнения действия указанным способом. Такая формулировка понятия разбоя исключает стадию покушения на совершение преступления, поскольку частично выполнить нападение нельзя, на что неоднократно обращал внимание Верховный Суд РФ в постановлениях от 22.03.66 № 31, от 05.09.86 № 11, от 27.12.2002 № 29: «Разбой считается оконченным с момента нападения в целях хищения чужого имущества…» Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. № 2. С. 2-6..

Как видно из материалов уголовного дела, действия преступников нельзя квалифицировать как оконченное преступление, поскольку они не были направлены непосредственно на объект: преступники не пытались взломать дверь, не применяли насилие к потерпевшему и не угрожали ему. Действия соучастников заключались в предварительном сговоре на совершение разбоя, в разработке конкретного плана, в распределении ролей между участниками группы, прибытии к месту преступления и попытке обманным путем проникнуть в квартиру С., что создавало условия для совершения преступления. Такие действия могут быть признаны только приготовлением к преступлению.

Таким образом, видим, что вышеуказанные примеры подтверждают сложность и важность отграничения одной стадии преступления от другой для правильной квалификации содеянного и индивидуализации наказания.