Исследование доказательств в уголовном процессе

Формирование доказательств и участие защитника в этом процессе

Владимир Семенцов, доцент Уральской государственной юридической академии, доктор юридических наук.

Галина Скребец, преподаватель Челябинского института Уральской академии государственной службы.

В части 1 ст. 86 УПК РФ содержится указание, что собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий. Словосочетание «собирание доказательств» с позиции получения сведений следует трактовать как деятельность участников доказывания, каждый из которых в пределах предоставленных ему законом прав и полномочий, а также с использованием предусмотренных в законе средств и способов выявляет, обнаруживает сведения и материальные объекты, с тем чтобы собрать их в одном месте — в уголовном деле. В этом аспекте употребление в законе данного понятия оправдано.

В то же время заслуживает внимания позиция С.А. Шейфера, который еще в 1972 г. отметил, что доказательства не существуют в готовом виде, а появляются в процессе доказывания <1>, и поэтому термин «формирование доказательств» более точен, чем термин «собирание доказательств» <2>. Доказательства формируются в процессе познавательно-удостоверительной деятельности определенных субъектов доказывания, наделенных для этого соответствующими правомочиями <3>.

<1> Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. М., 1972. С. 7, 15, 18.
<2> Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. М., 2001. С. 8.
<3> Шейфер С.А. Роль защиты в формировании доказательственной базы по уголовному делу // Государство и право. 2006. N 7. С. 61.

Совершенно очевидно, что следы преступления возникают и существуют за рамками уголовного судопроизводства. Сами по себе они уголовно-процессуальными доказательствами не являются до тех пор, пока не будут вовлечены в процесс доказывания. Не зря термин «формирование доказательств» используется не только в теоретических разработках, но и в нормативных правовых актах. Так, в соответствии с п. 7 Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд от 13 мая 1998 г. результаты ОРД, представляемые для использования в доказывании по уголовным делам, должны позволять формировать доказательства, удовлетворяющие требованиям уголовно-процессуального законодательства.

Формирование доказательств — понятие комплексное, охватывающее последовательное выполнение целого ряда процессуальных действий, и поэтому его содержание учеными трактуется по-разному.

По мнению Р.С. Белкина, этим понятием обозначаются действия по обнаружению, фиксации, изъятию и сохранению доказательств <4>. З.З. Зинатуллин указывает на выявление (обнаружение), получение и процессуальное закрепление фактических данных в структуре собирания доказательств <5>. А.М. Ларин рассматривает собирание доказательств как деятельность, которая включает поиск, обнаружение и процессуальное закрепление фактических данных <6>. Ю.К. Орлов выделяет в этом процессе поиск, получение, процессуальное оформление доказательств (фиксацию) <7>. А.А. Хмыров полагает, что объекты окружающей среды с отразившимися на них следами преступления должны быть обнаружены, закреплены и надлежащим образом удостоверены <8>.

<4> Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. М.: Наука, 1966. С. 29.
<5> Зинатуллин З.З. Уголовно-процессуальное доказывание: Учеб. пособие. Ижевск: Детектив-информ, 2003. С. 100.
<6> Ларин А.М., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс России: Лекции-очерки / Под ред. проф. В.М. Савицкого. М.: БЕК, 1997. С. 98.
<7> Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе: Науч.-метод. пособие. М.: Проспект, 2000. С. 75.
<8> Хмыров А.А. Косвенные доказательства в уголовных делах. СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2005. С. 11.

При всем многообразии суждений по данной проблеме занимающиеся ею ученые едины в следующем: во-первых, соответствующие действия есть часть, некая составляющая уголовно-процессуального доказывания; во-вторых, это не что-то единое, неделимое, а сложная уголовно-процессуальная деятельность, состоящая из неоднородных действий; в-третьих, конечной их целью является получение полноценных доказательств; в-четвертых, обязательными элементами этой структуры являются обнаружение, получение и процессуальное закрепление сведений. Иначе говоря, именно совокупность действий, направленных на обнаружение, получение и процессуальное закрепление сведений, образует первый структурный элемент уголовно-процессуального доказывания — формирование доказательств.

Обнаружение сведений, имеющих отношение к уголовному делу, означает их непосредственное чувственное восприятие субъектом доказывания из источников и способами, предусмотренными уголовно-процессуальным законом. Для суда, прокурора, следователя и дознавателя процессуальные источники обнаружения сведений указаны в ч. 2 ст. 74 УПК. Обнаруженные сведения должны быть получены процессуально. Способами их обнаружения и получения служат следственные и иные процессуальные действия, предусмотренные УПК.

Закрепление сведений в предусмотренных законом процессуальных формах — заключительный момент формирования доказательств. «Пока доказательство не рассмотрено и не закреплено процессуально, — справедливо отмечает М.С. Строгович, — нельзя утверждать, что доказательство действительно обнаружено, так как еще не известно, что именно обнаружено и является ли действительно доказательством то, что обнаружено» <9>.

<9> Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1. С. 302.

Некоторые авторы рассматривают процессуальное закрепление доказательств в качестве самостоятельного элемента в структуре уголовно-процессуального доказывания <10>. Вместе с тем содержание гл. 11 УПК, где дается процессуальная регламентация доказывания, убеждает в том, что законодатель не называет закрепление доказательств самостоятельным элементом доказывания. Обусловлено это тем (повторим), что доказательства не существуют в готовом виде, а формируются в процессе познавательно-удостоверительной деятельности, а потому процессуальное закрепление в совокупности с обнаружением и получением образуют в единстве первый элемент уголовно-процессуального доказывания — формирование доказательств.

<10> См., например: Балакшин В.С. Доказательства в теории и практике уголовно-процессуального доказывания: Монография. Екатеринбург: Изд-во УМЦ УПИ, 2004. С. 65.

Процессуальное закрепление сведений осуществляется как в письменной форме, так и путем применения технических средств фиксации.

Для следственных и судебных действий письменной формой закрепления сведений выступает протокол, общие правила составления которого содержатся в ст. 166 и 259 УПК. Именно протокол дает возможность отразить ход и результаты проведения следственных и судебных действий, а в дальнейшем использовать полученные сведения при расследовании, рассмотрении и разрешении уголовного дела. Однако в законе не установлены правила оформления результатов производства иных (кроме следственных и судебных) процессуальных действий. С учетом того, что к числу этих иных процессуальных действий относятся истребование и представление, в закон <11>, как нам представляется, необходимо внести соответствующие дополнения.

<11> См. об этом: Семенцов В.А. Следственные действия в досудебном производстве (общие положения теории и практики): Монография. Екатеринбург: Издательский дом «Уральская государственная юридическая академия», 2006. С. 95 — 116.

Технические средства служат факультативной по отношению к протоколу формой закрепления сведений, полученных при производстве следственных и иных процессуальных действий. С их помощью удается компенсировать недостатки восприятия, запоминания, сохранения, воспроизведения, переработки и передачи получаемых сведений. В результате достигаются более высокая точность и полнота закрепления доказательственных материалов, повышаются тактические возможности проведения расследования. Факультативным по отношению к протоколу способом закрепления сведений является выполнение при производстве следственных действий чертежей, планов, схем, слепков и оттисков следов (ч. 8 ст. 166 УПК).

Изложенное позволяет прийти к выводу о том, что первоначальный элемент процесса доказывания правильнее именовать формированием доказательств, что обусловливает необходимость внесения в уголовно-процессуальный закон соответствующих изменений и дополнений.

Так, в ст. 85 УПК слово «собирание», на наш взгляд, целесообразно заменить словом «формирование», а название и ч. 1 ст. 86 УПК изложить в следующей редакции:

«Статья 86. Формирование доказательств

  1. Формирование доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом, в целях обнаружения, получения и закрепления сведений, имеющих значение для уголовного дела».

В связи с этим возникает вопрос о месте и роли в формировании доказательств защитника, не имеющего властных полномочий в уголовном судопроизводстве. Позиции, которых придерживаются исследователи этого вопроса, можно условно разделить на две группы.

С точки зрения представителей первой группы (в частности, В.А. Лазаревой <12>, Н.П. Кузнецова <13>), формула «защитник собирает доказательства» означает, что определенные ч. 3 ст. 86 УПК его познавательные действия следует трактовать как правомерные процессуальные формы собирания доказательств, а полученные результаты — как доказательства, подлежащие приобщению к делу. В связи с этим они предлагают лишь усовершенствовать процедуру собирания доказательств защитником: установить порядок опроса, форму закрепления полученных сведений и т.д.

<12> Лазарева В.А. О доказательствах, их допустимости и способах собирания // Новый Уголовно-процессуальный кодекс России в действии: Материалы «круглого стола». 13 ноября 2003 г. / Отв. ред. И.Ф. Демидов. М., 2004. С. 131 — 132.
<13> См.: Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. Воронеж, 1998. С. 10.

Другие же авторы (С.А. Шейфер <14>, Ю.Д. Лившиц и С.М. Даровских <15>) акцентируют внимание на том, что защитник, не имея властных полномочий, которыми располагает следователь, может лишь представлять полученные им материалы (справки, характеристики, фотоснимки, записи бесед, мнения специалистов и т.п.) с ходатайством о приобщении их к делу.

<14> См.: Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. Саратов, 1986. С. 78.
<15> См.: Лившиц Ю.Д., Даровских С.М. Вопросы принципа состязательности в стадии предварительного расследования // Следователь. 2002. N 8. С. 13.

По мнению авторов настоящей статьи, защитник не является равным дознавателю, следователю и прокурору субъектом собирания (формирования) доказательств в досудебном производстве. Законодатель допустил терминологическую неточность, когда указал на его право собирать доказательства. Защитник не собирает доказательства в процессуальном смысле этого слова, а обнаруживает сведения, оправдывающие обвиняемого или смягчающие его ответственность. Такие сведения могут быть облечены в соответствующую процессуальную форму только органом уголовного преследования (в досудебном производстве) или судом на основании соответствующего ходатайства защитника. Обнаружение и получение защитником сведений, необходимых для оказания юридической помощи, возможно с помощью предоставленных ему законом процессуальных и непроцессуальных средств и способов.

Первым процессуальным способом обнаружения и получения защитником сведений является истребование справок, характеристик, иных документов, которые по содержанию и происхождению могут соответствовать требованиям ст. 84 УПК, но только после того, как следователь или суд признает их относимыми, допустимыми и удовлетворит ходатайство защитника о приобщении их к делу.

Второй процессуальный способ обнаружения сведений, которые впоследствии могут стать доказательствами по уголовному делу, — опрос. Поскольку закон не предусматривает формы закрепления результатов опроса, Е.А. Карякин предлагает воспользоваться для этого услугами нотариуса, который присутствует при опросе, прошивает и заверяет его протокол и делает об этом запись в регистрационной книге <16>.

<16> Карякин Е.А. Допустимость доказательств, собранных защитником, и осуществление функции защиты в уголовном судопроизводстве // Российская юстиция. 2003. N 6. С. 57.

Представляется, что процессуальному способу обнаружения сведений защитником должен соответствовать процессуальный способ их закрепления в материалах уголовного дела надлежащим субъектом уголовного судопроизводства, а не нотариусом. Такими надлежащими субъектами являются дознаватель, следователь, прокурор и суд.

Истребование и опрос как процессуальные способы обнаружения сведений, необходимых для оказания юридической помощи, защитник может проводить с участием специалиста, советы и консультации которого будут способствовать повышению значения их содержания. Для реализации защитником права заявлять ходатайство о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту (п. 4 ч. 1 ст. 198 УПК) также могут потребоваться специальные знания. С этой целью защитник вправе привлечь специалиста, который оказывает ему необходимую помощь, разъясняя вопросы, входящие в его профессиональную компетенцию. Это разъяснение оформляется заключением специалиста.

К числу непроцессуальных способов обнаружения сведений можно отнести деятельность частных детективных и охранных агентств. В соответствии с п. 7 ч. 2 ст. 3 Закона от 11 марта 1992 г. «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» возможен сбор сведений по уголовным делам сотрудниками этих агентств на договорной основе с участниками процесса. В течение суток с момента заключения соответствующего контракта частный детектив обязан письменно уведомить об этом дознавателя, следователя, прокурора или суд, в чьем производстве находится уголовное дело. Как известно, ст. 7 названного Закона запрещает частному детективу скрывать от правоохранительных органов ставшие ему известными сведения о готовящихся или совершенных преступлениях. Именно это и сдерживает адвокатов-защитников от обращений за помощью в частные детективные агентства, хотя последние готовы к сотрудничеству.

В отличие от следователя, который изымает необходимые предметы и документы при производстве следственных действий, защитник получает предметы, документы: 1) по собственной инициативе, обращенной к их владельцу; 2) по инициативе их владельца. В то же время необходимо учитывать, что закон не наделяет защитника властными полномочиями. Поэтому обнаруженные им сведения он не всегда может получить по следующим причинам: а) в результате неисполнения запроса о представлении документов ввиду отсутствия в законе ответственности за это; б) при отсутствии согласия на опрос очевидцев преступления, лиц, которым что-либо известно об обстоятельствах, смягчающих ответственность подозреваемого, обвиняемого или оправдывающих его.

Если защитник обнаружил и получил имеющие отношение к уголовному делу сведения, претендующие на то, чтобы в дальнейшем стать доказательствами, то он представляет их в распоряжение органа уголовного судопроизводства, который не вправе отказать защитнику в приобщении к делу представленного предмета или документа, с использованием которого могут быть установлены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела (ст. 119 УПК). Для того чтобы устранить вероятность отказа дознавателя, следователя, прокурора в приобщении к материалам дела сведений, полученных защитником, представляется необходимым внести изменения в положения ст. 88 УПК, оставив решение вопроса о недопустимости этих сведений в исключительной компетенции суда.

Представленные защитником предметы, документы, иные сведения подлежат оценке на общих основаниях. Не может быть отдано предпочтение одним доказательствам относительно других только потому, что они получены следователем в ходе проведения следственных действий, а не защитником. Указанные лица несут равную ответственность за фальсификацию доказательств и могут быть привлечены к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 303 УК РФ.

Если защитник обнаружил сведения, имеющие отношение к уголовному делу, но не получил их, он заявляет ходатайство суду, прокурору, следователю, дознавателю о проведении следственных действий, направленных на получение и закрепление в материалах уголовного дела указанных сведений. Поэтому в законе необходимо установить обязанность органа уголовного судопроизводства обеспечить участие защитника в проведении таких следственных действий.

На практике защитники используют свое право на заявление ходатайств, направленных на собирание (формирование) доказательств, далеко не всегда. Одной из причин их низкой активности выступает несвоевременное получение соответствующих сведений. Именно поэтому основное количество ходатайств (о производстве очных ставок, о дополнительных допросах, о назначении судебных экспертиз и других) заявляется защитником при ознакомлении с материалами дела.

Другая причина — предвзятое отношение следователей к заявленным ходатайствам, в силу чего большинство постановлений об отказе в удовлетворении ходатайств недостаточно обоснованы. Обычно встречаются следующие формулировки: «…нет необходимости в допросе этих свидетелей», «…нет оснований не доверять компетенции экспертов», «…поскольку проведены все необходимые следственные действия» и т.д. Подобное отношение следователей к ходатайствам защитников вполне объяснимо. В момент привлечения лица в качестве обвиняемого, а тем более при принятии решения об окончании предварительного следствия, позиция следователя уже сформирована.

Устранению недостатков в рассматриваемой сфере будет способствовать четкое правовое регулирование этих вопросов, для чего в законе необходимо установить обязанности органов предварительного расследования удовлетворять ходатайства о пополнении доказательственной базы сведениями, указывающими на обстоятельства, оправдывающие подозреваемого, обвиняемого либо смягчающие его ответственность.

Невиновное причинение вреда
Квалификация разглашения государственной тайны (ст. 283 УК РФ) по форме вины