Действие уголовно процессуального закона в пространстве

Действие уголовно-процессуального закона во времени, в пространстве и по кругу лиц

Действие уголовно-процессуального закона во времени. В соответствии со ст. 4 УПК при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено УПК. Действующим является закон, который вступил в силу и не утратил ее к моменту выполнения определенного процессуального действия.

Вступление уголовно-процессуального закона в силу регулируется общим нормативным актом — Федеральным законом «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» от 14 июня 1994 г., а также специальным Федеральным законом «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 18 декабря 2001 г.

Уголовно-процессуальному закону свойственно только немедленное действие во времени. Принцип немедленного действия означает, что вступивший в силу закон действует только «вперед» и распространяет свое действие лишь на те общественные отношения, которые возникли после его вступления в силу. Это правило — необходимый фактор стабильности, поскольку не позволяет бесконечно пересматривать и переоценивать уже принятые в рамках действующего закона процессуальные решения. Важно отметить, что сам закон никаких исключений, связанных с действием его положений во времени, так и не установил. Это означает, что уголовно- процессуальный закон обратной силы не имеет, хотя такой термин в тексте УПК РФ отсутствует.

Достаточно серьезной проблемой, тесно связанной с действием уголовно-процессуального закона во времени, является допустимость доказательств, полученных в момент действия предыдущего закона. Часть 3 ст. 5 УПК Республики Казахстан прямо указывает, что допустимость доказательства определяется в соответствии с законом, действовавшим в момент их получения. Такая четкая и однозначная формулировка не оставляет никаких оснований для сомнений в «доброкачественности» полученного ранее доказательства. УПК РФ не содержит никаких указаний, касающихся определения допустимости доказательств в связи с изменением уголовно-процессуального закона. Тем не менее, с одной стороны, ст. 4 УПК говорит о применении того уголовно-процессуального закона который действовал в момент совершения соответствующего процессуального действия, если иное не предусмотрено Кодексом, а с другой стороны, ч. 1 ст. 75 УПК объявляет недопустимыми все доказательства, полученные с нарушением требований Кодекса.

В связи с этим все доказательства, полученные до вступления в силу УПК в порядке, отличающемся от регламентированного им, могут быть подвергнуты сомнению в угол овном судопроизводстве. Например, согласно п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого и обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные им в суде. При рассмотрении уголовного дела в кассационной или надзорной инстанции после 1 июля 2002 г. законно полученные когда-то показания обвиняемого в отсутствие защитника, от которого он отказался, могут быть сочтены недопустимыми доказательствами.

Пункт 1 ч. 2 ст. 75 УПК может применяться только в тех случаях, когда и отказ от защитника, и неподтверждение лицом в суде данных им в ходе досудебного производства показаний имели место после 1 июля 2002 г. По этой причине необходимо дополнить ст. 4 УПК, регламентирующую действие уголовно-процессуального закона во времени, наложением о том, что допустимость доказательств определяется в соответствии с законом, действовавшим в момент их получения.

Утрата уголовно-процессуальным законом силы означает, что закон прекращает свое действие, и его нормы не применяются к тем отношениям, которые возникли после этого. Это может произойти в результате официальной отмены или замены (фактической отмены) закона. Замена уголовно-процессуального закона обычно выражается в том, что законодатель принимает новый закон, регулирующий те же общественные отношения, что и старый, но при этом официально не отменяет его действие.

В подобной ситуации бывает сложно определить, в какой мере новый акт отменяет прежний. Это устанавливается путем толкования, что не исключает возможности принятия необоснованных решений, поэтому интересам прочного правопорядка более соответствует указание самим законодателем на акты, утратившие силу.

Отмена уголовно-процессуального закона предполагает его упразднение компетентным государственным органом, фиксируемое в законодательном акте путем:

  1. издания самостоятельного закона, устраняющего юридическую силу другого закона;
  2. издания перечня законов, утративших юридическую силу в связи с принятием нового уголовно-процессуального закона;
  3. указания на отмену в новом законе, заменяющем предыдущий;
  4. указания на отмену в законе о порядке введения в действие вновь принятого уголовно-процессуального закона.

В отношении УПК РСФСР 1960 г. законодатель избрал последний вариант, перечислив в ст. 2 ФЗ «О введении в действие УПК РФ» все нормативно-правовые акты, в том числе УПК РСФСР, утрачивающие силу с принятием нового Кодекса

Во всех случаях при отмене четко, ясно и однозначно фиксируется то обстоятельство, что данный закон или норма теряет свою юридическую силу. Особую роль в утрате уголовно-процессуальным законом юридической силы играют постановления Конституционного Суда, признающие те или иные нормы закона не соответствующими Конституции. Определенную специфику имеет действие уголовно-процессуального закона в ночное время, под которым понимается промежуток времени с 22.00 до 6.00 по местному времени (п. 21 ст. 5 УПК). В ночное время, в частности, запрещается производство привода (ч. 5 ст. 113 УПК) и следственных действий (ч. 3 ст. 164 УПК), за исключением случаев, не терпящих отлагательства.

Действие уголовно-процессуального закона в пространстве.

Юрисдикция, осуществляемая в пределах государственной территории, называется территориальной. Именно она закреплена в ч. 1 ст. 2 УПК, согласно которой независимо от места совершения преступления производство по всем уголовным делам на территории РФ во всех случаях ведется в соответствии с УПК, если международным договором не предусмотрено иное.

Территория России зафиксирована ее Конституцией в соответствии с нормами международного права и включает в себя территории субъектов РФ, внутренние воды и территориальное море, воздушное пространство над ними (ч. 1 ст. 67). Пространственный предел действия государственного суверенитета Российской Федерации определяет государственная граница, представляющая собой линию и проходящую по этой линии вертикальную поверхность, устанавливающие пределы государственной территории (суши, вод, недр и воздушного пространства) России.

К объектам, приравненным к государственной территории, относятся водные (морские и речные) и воздушные судна, приписанные к портам РФ. В связи с этим производство по уголовным делам о преступлениях, совершенных на таких судах, находящихся за пределами территории России, под флагом или с опознавательным знаком России, если они приписаны к порту нашей страны, осуществляется в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РФ (ч. 2 ст. 2 УПК). Российские военный корабль или военное воздушное судно считаются территорией Российской Федерации, где бы они ни находились, а иностранное военное судно — территорией государства флага.

Согласно п. 1 ст. 27 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. и ст. 17 Федерального закона «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» от 31 июля 1998 г. уголовная и уголовно-процессуальная юрисдикция не осуществляется на борту иностранного гражданского судна, находящегося в территориальном море другого государства для ареста какого-либо лица или расследования в связи с преступлением, совершенным на борту судна во время его прохода за исключением случаев, когда:

  • последствия преступления распространяются на прибрежное государство;
  • преступление нарушает спокойствие в стране или добрый порядок в территориальном море;
  • капитан судна, дипломатический агент или консульское должностное лицо государства флага обратится к местным властям с просьбой об оказании помощи;
  • это необходимо для пресечения незаконной торговли наркотическими или психотропными средствами.

Следовательно, в перечисленных случаях иностранные гражданские морские суда, находящиеся в территориальном море РФ, подпадают под действие уголовно-процессуального законодательства России. Что касается иностранных гражданских воздушных судов, то в соответствии с Токийской конвенцией «О преступлениях и некоторых других действиях, совершенных на борту воздушного судна» от 24 сентября 1963 г. в отношении их уголовно-процессуальная юрисдикция Российской Федерации допускается в следующих пяти случаях:

  1. если преступление создаст последствия на территории нашего государства;
  2. если преступление совершено гражданами или в отношении гражданина России либо лицом, постоянно проживающим в РФ, или в отношении такого лица;
  3. если преступление направлено против безопасности нашей страны;
  4. если преступление заключается в нарушении действующих в России правил или регламентов, касающихся полетов или маневрирования самолетов;
  5. если привлечение к суду необходимо для выполнения любого обязательства Российской Федерации в соответствии с многосторонними государственными соглашениями.

Принцип территориальности имеет исключение — экстерриториальность, т.е. внеземельность. Это юридическая фикция, согласно которой определенные части территории государства (здания иностранных посольств, миссий и их средства транспорта) имеют особый правовой режим, в том числе касающийся и уголовного судопроизводства. Какие бы то ни было посягательства на здание посольства приравниваются к посягательствам на территорию государства и рассматриваются как факт нарушения международного права. Иногда это исключение называют дипломатическим, или правовым, иммунитетом. Иммунитет распространяется на территории посольств и дипломатических представительств, а в соответствии с международными договорами — и на места расположения иностранных воинских соединений на территории другого государства.

В соответствии со ст. 22 и 30 Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г. помещения, занимаемые дипломатическими представительствами, включая частную резиденцию их главы, пользуются неприкосновенностью. Власти государства пребывания не могут вступать в эти помещения иначе как с согласия главы представительства или лица, его заменяющего. При этом под помещением представительства понимаются здания или части зданий, используемые для целей представительства, включая резиденцию главы представительства кому бы ни принадлежало право собственности на них, включая обслуживающий данное здание или часть здания земельный участок.

Как сами помещения, предметы их обстановки и другое находящееся в них имущество, так и средства передвижения представительства не могут подвергаться обыску, выемке, реквизиции, аресту и исполнительным действиям со стороны органов государства пребывания. Кроме того, независимо от фактического места нахождения неприкосновенностью пользуются официальная корреспонденция, архивы и иные документы представительства, под которыми понимается вся корреспонденция, относящаяся к представительству и его функциям.

Что касается консульских учреждений, то их неприкосновенность от уголовно-процессуальной юрисдикции РФ согласно ст. 31 Венской конвенции о консульских сношениях от 24 апреля 1963 г. ограничена только той частью консульских помещений, которая используется исключительно для работы консульского учреждения.

включая обслуживающий данное здание или часть здания земельный участок. В этом отличие консульского иммунитета, являющегося служебным по своей природе и обусловленного выполнением строго определенных в Конвенции функций, от дипломатического иммунитета, носящего абсолютный характер. Власти государства пребывания не могут вступать в ту часть консульских помещений, которая используется исключительно для работы консульского учреждения, иначе как с согласия главы консульского учреждения, назначенного им лица или главы дипломатического представительства представляемого государства. Неприкосновенность распространяется также на всю официальную корреспонденцию, архивы и документы консульских учреждений (ст. 33 и 35 Конвенции).

Согласно ч. 1 ст. 2 УПК независимо от места совершения преступления производство по всем уголовным делам на территории России во всех случаях ведется в соответствии с УПК, если международным договором не установлено иное. Сужение законодателем сферы применения уголовно-процессуального закона на территории своего государства привело к появлению в законодательстве последних лет тенденции так называемого мозаичного действия уголовно-процессуального закона в пространстве.

Например, раздел X УПК РСФСР 1960 г. о порядке производства по делам, рассматриваемым судом присяжных, действовал ранее только в девяти субъектах РФ. Последствия введения суда присяжных лишь в названных регионах России оказались неожиданными: Конституционный Суд в постановлении от 2 февраля 1999 г. по делу о проверке конституционности положений ст. 41 и ч. 3 ст. 42 УПК РСФСР, п. 1 и 2 постановления Верховного Совета РФ «О порядке введения в действие Закона РФ «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», УПК РСФСР, УК РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях» от 16 июля 1993 г. в связи с запросом Московского городского суда и жалобами ряда граждан фактически установил новые нормы, затронувшие не только уголовно-процессуальное, но и уголовное законодательство.

С принятием этого постановления обвиняемому в преступлении, за совершение которого уголовным законом в качестве исключительной меры наказания предусмотрена смертная казнь, в любом случае должно быть реально обеспечено право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, даже если такие суды на соответствующей территории не созданы.

Особое значение приобрело положение, согласно которому с момента вступления в силу указанного постановления и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории России каждому из названной категории обвиняемых право на рассмотрение его дела судом присяжных, наказание в виде смертной казни назначаться не может, независимо от того, рассматривается ли дело с участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом в составе судьи и двух народных заседателей. В результате в настоящий момент действие норм УК РФ, касающихся назначения наказания в виде смертной казни, приостановлено на неопределенный срок, а уголовно- процессуальный закон не содержит указаний о том, каким образом должно быть обеспечено право граждан на рассмотрение их дел судом присяжных, если в соответствующем субъекте РФ он не создан.

Если изначально Федеральным законом «О введении в действие УПК РФ» было предусмотрено два этапа введения этих судов на территории России, то Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса РФ»» от 27 декабря 2002 г. установил уже пять разных ситуаций, последней из которых является введение суда присяжных в Чеченской Республике 1 января 2007 г.

Таким образом, «мозаичное» действие уголовно-процессуального закона продолжилось и после принятия УПК. Аналогичная ситуация сложилась и в отношении мировых судей, которые до сих пор не осуществляют правосудие во всех субъектах Российской Федерации, что противоречит ст. 47 Конституции РФ, устанавливающей, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

В Законе появилось понятие «труднодоступная местность», где следственные действия могут производиться без участия понятых (ч. 3 ст. 170 УПК). Это понятие в самом тексте не раскрыто, поэтому вопрос об отнесении местности к категории труднодоступной должен решаться органами уголовного судопроизводства с учетом конкретных обстоятельств проведения следственного действия. Существуют также уголовно-процессуальные нормы, которые действуют на строго определенной территории России и лишь в условиях объявленного на ней чрезвычайного или военного положения, т.е. при наличии сразу двух предпосылок — временной и пространственной, поскольку они могут применяться только в период введения данных особых правовых режимов и лишь на строго определенной территории.

Так, согласно ч. 3 ст. 35 Федерального конституционного закона «О чрезвычайном положении» и ч. 3 ст. 16 Федерального конституционного закона «О военном положении» в случае невозможности осуществления правосудия судами, действующими на территории, на которой введено чрезвычайное или военное положение, по решению Верховного Суда РФ или Высшего Арбитражного Суда РФ в соответствии с их компетенцией может быть изменена территориальная подсудность дел, рассматриваемых в судах.

Действие уголовно-процессуального закона по кругу лиц.

В ч. 1 ст. 3 УПК установлено, что производство по уголовным делам о преступлениях, совершенных иностранными гражданами или лицами без гражданства на территории Российской Федерации, ведется в соответствии с правилами УПК.

Согласно ч. 2 ст. 3 УПК процессуальные действия, предусмотренные этим Кодексом, в отношении лиц, пользующихся иммунитетом от таких действий в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, производятся с согласия иностранного государства, на службе которого находится или находилось лицо, пользующееся иммунитетом, или международной организации, членом персонала которой оно является или являлось.

Информация о том, пользуется ли соответствующее лицо иммунитетом и каков объем такого иммунитета предоставляется Министерством иностранных дел Российской Федерации. Данные нормы закреплены Венской конвенцией о дипломатических сношениях 1961 г., Венской конвенцией о консульских сношениях 1963 г.. Положением о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР от 23 мая 1966 г.. Венской конвенцией о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера от 14 марта 1975 г. Конвенцией ООН о привилегиях и иммунитетах Объединенных Наций от 13 февраля 1946 г. и другими международными договорами и соглашениями.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 10 октября 2003 г. разъяснил, что в круг лиц, пользующихся иммунитетом, входят главы дипломатических представительств, члены представительств, имеющие дипломатический ранг, и члены их семей, если последние не являются гражданами государства пребывания. К иным лицам, пользующимся иммунитетом, относятся главы государств, правительств, главы внешнеполитических ведомств государств, члены персонала дипломатического представительства, осуществляющие административно-техническое обслуживание представительства, члены их семей, проживающие вместе с указанными лицами, если они не являются гражданами государства пребывания или не проживают в нем постоянно, а также другие лица, которые пользуются иммунитетом согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам Российской Федерации (п. 7).

Дипломатические иммунитеты начинают действовать в отношении лица, имеющего право на их предоставление, с момента вступления его на территорию государства пребывания при следовании для занятия своего поста или, если оно уже находится на этой территории, с того момента, когда о его назначении сообщается Министерству иностранных дел или другому министерству, в отношении которого имеется договоренность. Действие иммунитета прекращается в тот момент, когда соответствующее лицо оставляет страну, или по истечении разумного срока для того, чтобы это сделать, или с момента отказа ему в иммунитете аккредитующим государством.

Среди российских граждан также выделяется круг лиц, на которых действие уголовно-процессуального закона распространяется не в полной мере, несмотря на закрепленный в ст. 19 Конституции принцип равенства всех перед законом и судом. До принятия УПК в нашей стране действовало множество федеральных законов, устанавливавших особый порядок производства по уголовным делам в отношении значительного числа российских граждан. УПК РФ содержит исчерпывающий перечень лиц, наделенных процессуальными иммунитетами.

В целом число таких лиц сократилось и в настоящее время согласно ст. 447 УПК к лицам, в отношении которых установлен особый порядок производства по уголовным делам, относятся:

  • члены Совета Федерации РФ и депутаты Государственной Думы РФ, депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, депутаты, члены выборного органа местного самоуправления, выборные должностные лица органа местного самоуправления;
  • судьи Конституционного Суда РФ, судьи федерального суда общей юрисдикции или федерального арбитражного суда, мировые судьи и судьи конституционного (уставного) суда субъекта РФ, присяжный или арбитражный заседатель в период осуществления им правосудия;
  • Председатель Счетной палаты РФ, его заместитель и аудиторы Счетной палаты РФ;
  • Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации;
  • Президент РФ, прекративший исполнение своих полномочий, а также кандидат в Президенты РФ;
  • прокуроры; председатель Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации; руководитель следственного органа;
  • следователи;
  • адвокаты;
  • член избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса;
  • зарегистрированный кандидат в депутаты Государственной Думы, зарегистрированный кандидат в депутаты законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации.

Изъятия из общего порядка уголовного судопроизводства, сделанные для названных категорий российских граждан, касаются главным образом порядка возбуждения в отношении их уголовных дел или привлечения к уголовной ответственности (ст. 448 УПК).

Если в ходе производства по уголовному делу обвиняемый, подсудимый или осужденный в силу принятия нового уголовно- процессуального закона приобретает статус лица, в отношении которого предусмотрен особый порядок привлечения к уголовной ответственности или направления дела в суд, уголовное судопроизводство должно вестись на общих основаниях, но с учетом норм нового закона. Привлекать указанных лиц к уголовной ответственности заново в соответствии с нормами нового закона нельзя, поскольку уголовно-процессуальный закон обратной силы не имеет.

Действие уголовно-процессуального закона

Действие уголовно-процессуального закона, как и любого другого нормативного акта, принято рассматривать во времени, в пространстве и по кругу лиц.

Уголовно-процессуальный закон, как и другие законы Российской Федерации, в соответствии с действующим порядком вступает в силу на территории Российской Федерации одновременно по истечении десяти дней после опубликования в официальных средствах информации (например, в «Российской газете»)’. Течение срока начинается со дня, следующего за днем опубликования. Однако это общее правило не действует, если при принятии закона указывается другой срок. Например, Федеральным законом № 177-ФЗ от 22 ноября 2001 г. (18 декабря 2001 г.) указано о введении в действие УПК РФ с 1 июля 2002 г. за исключением положений, для которых установлены иные сроки и порядок введения в действие2.

Действие уголовно-процессуального закона во времени существенно отличается от действия уголовного закона. Преступность и наказуемость деяния в Российской Федерации определяется уголовным законом, действующим во время совершения этого деяния. Закон, устраняющий наказуемость деяния или смягчающий наказание, имеет обратную силу, т. е. распространяется также на деяния, совершенные до его издания. Закон, устанавливающий наказуемость деяния или устанавливающий наказание, обратной силы не имеет. Уголовно-процессуальный закон, в отличие от уголовного, не имеет обратной силы. Действует тот закон, который имеет юридическую силу на момент принятия процессуальных решений или проведения процессуальных действий. Он не распространяется на отношения, возникшие до обретения им законной силы или после утраты таковой.

Уголовно-процессуальный закон в целом утрачивает силу обычно с принятием нового закона, а в части- ввиду изменения, дополнения или исключения отдельных норм.

Действие уголовно-процессуального закона в пространстве означает, что производство по уголовным делам на территории России во всех случаях ведется в соответствии с российским УПК независимо от места совершения преступления (ч. 1 ст. 2 УПК), если международным договором Российской Федерации не установлено иное. При совершении преступления членом экипажа российского корабля в море или самолета в воздухе судопроизводство также осуществляется в соответствии с российским уголовно-процессуальным законом, если указанное судно приписано к порту Российской Федерации (ч. 2 ст. 2 УПК). Исполнение поручения судов или органов расследования иностранных государств осуществляется в соответствии с уголовно-процессуальным законом России. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотрено законом, применяются правила международного договора.

Официальным опубликованием закона считается первая публикация его полного текста в Парламентской газете, Российской газете или Собрании законодательства Российской Феде-Рации (см Федеральный закон от 23 апреля 1999 г (22 октября 1999 г) № 185-ФЗ // СЗ РФ 1999 №43 Ст 5124) » Российская газета 2001 22 дек

Судопроизводство по уголовным делам о преступлениях, совершенных на территории Российской Федерации, осуществляется в соответствии с российским уголовно-процессуальным законом не только в отношении граждан своей страны, но также в отношении иностранцев и лиц без гражданства. Из общего правила, однако, имеются исключения, которые распространяются на лиц, обладающих правом дипломатической неприкосновенности. К их числу относятся главы дипломатических представительств, члены дипломатического персонала (советники, атташе и др.), а также лица, которые согласно законодательству России и общепризнанным нормам международного права пользуются привилегией личной неприкосновенности. Неприкосновенность распространяется и на помещения, занимаемые указанными лицами. В их числе: помещения дипломатических представительств; резиденция главы дипломатического представительства; жилые помещения дипломатического персонала и др.1 Законом установлено, в частности, что процессуальные действия, предусмотренные УПК РФ, в отношении указанных лиц могут производиться лишь по просьбе или с согласия дипломатического представителя (ч. 2 ст. 3 УПК).

Рассматривая вопрос о пределах действия уголовно-процессуального закона, нельзя не уделить внимания проблеме применения аналогии в уголовно-процессуальном праве. В действующем УПК институт аналогии не нашел отражения. Однако следует учитывать, что уголовно-процессуальный закон (в отличие от уголовного закона) не устанавливает, какие деяния признаются преступлениями, а регулирует правоотношения субъектов в ходе производства по делу. Поэтому аналогия в уголовном процессе не расширяет рамки возможных репрессий, а играет позитивную роль, придавая динамизм уголовно-процессуальным отношениям в установлении уголовно-правовых отношений и юридических фактов, вызвавших их возникновение. Смысл же аналогии закона при регулировании уголовно-процессуальных отношений состоит в том, что суд или следователь применяют такие нормы УПК, которые не разрешают конкретного вопроса, но регулируют уголовно-процессуальные отношения в сходных ситуациях.

Возможность применения аналогии в сфере регулирования уголовно-процессуальных отношениях признал Конституционный Суд РФ. В одних случаях он на это прямо указывает в своих постановлениях2; в других — прямо не указывает, но имеет аналогию в виду1. Подтвердил возможность применения аналогии в уголовном процессе и Пленум Верховного Суда РФ2.

Заметим, однако, что аналогия закона в уголовном судопроизводстве может быть применена в определенных границах при соблюдении ряда условий. К ним можно отнести: а) наличие действительного пробела в системе норм, регулирующих уголовно-процессуальные отношения; б) ориентация на сходный случай, урегулированный законом; в) соблюдение конституционных принципов уголовного процесса; г) обеспечение процессуальных прав граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве; д) совершение действий и принятие решений лишь в рамках, допустимых нормами УПК.

Представляется, однако, целесообразным прямо указать в УПК на возможность применения аналогии закона и, может быть, аналогии права при регулировании уголовно-процессуальных отношений, как это сделано в ГПК РСФСР. В частности, ч. 5 ст. 1 ГПК установлено: «В случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникающие в ходе производства по гражданскому делу, суд применяет норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такой нормы действует, исходя из принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права)». Подобный подход допустим и применительно к регулированию уголовно-процессуальных отношений.

‘ Подробнее см. комментарий к ст. 3 УПК РФ (Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (по состоянию на 20 августа 2002 г.) / Под ред. В. М. Лебедева, В. П. Божьева. М: Спарк, 2002).

2 См.: постановления Конституционного Суда РФ: 4-П от 2 февраля 1996 г. (СЗ РФ. 1996. № 7. Ст. 701; № 19-П от 28 ноября 1996 г. (СЗ РФ. 1996. № 50. Ст. 5679); № 20-П от 2 июля 1998 г. (СЗ РФ. 1998. № 28. Ст. 3393).

См.: постановления Конституционного Суда РФ № 13-П от 13 ноября 1995 г. (СЗ РФ. 1995, №47. Ст. 4551); № 13-П от 29 апреля 1998г. (СЗ РФ. 1998г., №19. Ст. 2142); № 5-П от 23 марта 1998 г, (СЗ РФ. 1999. № 14. Ст. 1749).

‘ См.: постановление Пленума Верховного Суда РФ № 84 от 8 декабря 1999 г. (ВВС РФ. 2000. №2).

Действие уголовно-процессуального закона во времени, в пространстве и по лицам

Для характеристики российских источников уголовно-процессуального права существенное значение имеют также положения о пределах действия соответствующих законов во времени, в пространстве и с учетом статуса некоторых категорий лиц.

Действие уголовно-процессуального закона во времени определяется ст. 4 УПК РФ: «При производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено настоящим Кодексом».

Действующим такой закон, как и любой другой, считается с момента, указанного в самом законе, а если это не сделано – то по истечении 10 дней после официальной публикации. В отношении ведомственных актов, регламентирующих права и свободы граждан, определяющих правовой статус организаций или имеющих межведомственное значение, установлено дополнительное требование – до официальной публикации они должны пройти регистрацию в Министерстве юстиции РФ.

Территориальные пределы действия уголовно-процессуального законодательства сформулированы в ч. 1 ст. 2 УПК РФ: «Производство по уголовному делу на территории Российской Федерации независимо от места совершения преступления ведется в соответствии с настоящим Кодексом, если международным договором Российской Федерации не установлено иное».

При этом надо иметь в виду, что понятие «территория Российской Федерации» четко раскрывается в ч. 1 и 2 ст. 67 Конституции РФ. Вместе с тем из общего правила могут быть установлены и изъятия. Обычно они предусматриваются международными соглашениями, например, для случаев, когда речь идет о необходимости выполнения процессуальных действий в связи с совершением преступлений на иностранных торговых судах во время их нахождения в российских портах.

Пределы действия уголовно-процессуального закона в отношении конкретных категорий лиц определяются российскими органами, ведущими производство по уголовным делам и осуществляющими процессуальные действия в отношении тех лиц, которые находятся на территории РФ, а также иностранных граждан и лиц без гражданства.

Однако и в этом общем правиле известны некоторые исключения. В соответствии с ч. 2 ст. 3 УПК РФ процессуальные действия в отношении лиц, пользующихся дипломатической неприкосновенностью, производятся лишь по их просьбе или с их согласия, которое должно испрашиваться через Министерство иностранных дел РФ. Кроме того, устанавливаются ограничения в отношении российских граждан, о которых имеются специальные оговорки в действующем законодательстве.