1483 ГК РФ

Павел Крашенинников:

Статья 9. Осуществление гражданских прав

Комментарий к статье 9

1. Норма п. 1 комментируемой статьи следует из общих начал гражданского законодательства (см. комментарий к ст. 1 ГК). При этом принципиально важно, что под осуществлением права понимается не только совершение управомоченным лицом активных действий по реализации принадлежащего ему права, но и воздержание от осуществления права. Данное обстоятельство связано с тем, что у субъектов гражданского права нет обязанности осуществлять принадлежащие им права. В этом смысле воздержание, например, от предъявления требований к должнику о взыскании суммы основного долга, имущественных санкций также является формой осуществления права.
Примечательно, что комментируемая норма не включает положений, касающихся особенностей исполнения гражданско-правовых обязанностей.
2. Пункт 2 комментируемой статьи содержит правило, в соответствии с которым отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом. В связи с данной нормой следует заметить, что отказ от осуществления права следует отличать от осуществления права в форме воздержания от его реализации. В противном случае нормы п. 2 не должны применяться тогда, когда лицо совершает волевые действия по отказу от субъективного гражданского права в целом, например, подписывая соглашение о том, что оно не будет взыскивать с должника установленную договором неустойку. Отсюда следует, что отказ от осуществления права, о котором идет речь в комментируемой норме, по существу является отказом от самого субъективного гражданского права, поскольку последнее не может существовать при невозможности его осуществления.
Норма закона о том, что отказ от осуществления права (отказ от права) влечет прекращение соответствующего права в случаях, предусмотренных законом, указывает на то, что упомянутый отказ может состояться только в предусмотренных законом формах, в частности в форме прощения долга (ст. 415 ГК), новации (ст. 414 ГК).
Вместе с тем соответствующая сделка может содержать в себе не волю на отказ от права, но волю на возникновение обязательства с отрицательным содержанием, а именно не осуществлять соответствующего права. В качестве примера можно привести уже обозначенное соглашение, по которому кредитор по неустойке обязуется не предъявлять требование о взыскании последней, т.е. не осуществлять принадлежащего ему права. Подобного рода соглашения имеют лишь обязательственный эффект, т.е. они не направлены на лишение лица его права, но лишь порождают обязательство по его неосуществлению. Данное обязательство, как и любое другое, может быть не исполнено (в нашем примере кредитор предъявляет требование о взыскании неустойки). Поскольку указанное соглашение имеет лишь обязательственный эффект, оно не может привести к прекращению права (вне зависимости от содержания настоящей статьи), суд должен рассмотреть спор по существу и при наличии на то оснований взыскать сумму неустойки. Однако, поскольку отрицательное обязательство не исполнено, должник (в данном случае по неустойке) вправе предъявить требование о взыскании убытков. Очевидно, что размер убытков будет равен сумме взысканной неустойки и даже превышать его (должник (ответчик по иску о взыскании неустойки) понес расходы, скажем, связанные с судебным разбирательством). Отсюда видно, что, несмотря на то что указанного рода соглашения не направлены на лишение кредитора права, экономически он его все же лишается (взыскание неустойки компенсируется взысканием убытков). Можно привести и другие примеры подобных соглашений, например, устанавливающих обязанности управомоченных лиц не заключать определенные договоры, не заключать их с установленными лицами, не завещать имущество вовсе или не завещать его конкретному лицу и пр.
В связи с этим следует поставить вопрос о действительности подобных обязательственных договоров. Несмотря на сказанное, нам представляется, что такие сделки по общему правилу все же действительны. Как известно, субъекты гражданских правоотношений действуют своей волей и в своем интересе, более того, у нас провозглашен принцип свободы договоров. Заключая указанные соглашения, управомоченные лица преследуют собственные имущественные интересы, реализуют свое право осуществлять принадлежащие им права по собственному усмотрению. Однако, безусловно, такие соглашения могут быть недействительными по специальным основаниям. В частности, это основания, касающиеся пороков воли, противоречия сделки основам правопорядка и нравственности.

Заявляемое обозначение не имеет различительной способности

(п.1 ст.1483 ГК РФ)

Основание для отказа по отсутствию различительной способности относится к «абсолютным» критериям, в этих случаях потребитель не может идентифицировать производителя или продукцию, маркированную заявленным знаком. Обозначение теряет главное назначение – способность к идентификации. Это может быть обусловлено тем, что само обозначение или его часть:

  • Стали общеупотребительными для обозначения изделий определенной группы или вида. В качестве примеров можно привести такие названия: ксерокс, акваланг, скотч, рубероид, джип, фломастеры, термос и т.п. Популярность товаров под общеупотребляемыми марками резко возрастает, но даже уже зарегистрированный товарный знак прекращает свое действие при переходе во всеобщее применение
  • Включает общепринятую символику и термины, употребляемые для названия товаров определенного вида, например, диван, коньяк, туфли и т.д. Символы, не имеющие графической интерпретации, сочетания букв без композиционного построения, сокращения, например, «?», МТК и т.д.
  • Используются описательные термины, характеризующие качество товара, его вид, свойства, назначение, ценность. К данной категории относятся сведения о производстве – место, время, способ изготовления или реализации. Примеры – вкусная конфета, томатный сок, «французский» или «испанский» на любом языке
  • Представлены в форме товара, которая отражает его свойства или функциональное назначение, например, реалистичные изображения изделий, схемы, объемные формы

Поправки и дополнения к основаниям для отказа по п.1 ст.1483 ГК РФ.

Если перечисленные элементы не являются доминирующими, они могут быть включены в обозначение как неохраняемые элементы.

Если обозначения приобрели различительную способность в процессе их использования, они могут получить регистрацию в качестве товарного знака.

Если товарных знак представляет композицию из элементов, обладающих «отказными» качествами по п.1, но в целом представляет комбинированное изображение, имеющее различительную способность, он может быть зарегистрирован.

  1. Товарный знак зарегистрирован в соответствии с международными договорными соглашениями Российской Федерации

Товарный знак уже получил регистрацию в патентных ведомствах государств, имеющих международные договоренности с Российской Федерацией в области патентного права.

Кроме указанных в статье оснований, отказом может служить наличие явных и грубых орфографических ошибок и отсутствие своевременных и правильно составленных ответов на запросы Роспатента.

Статья 1483 ГК РФ регламентирует главные основания и причины для отказов в регистрации товарных знаков, но законодательно закрепленные нормы действуют как при рассмотрении заявок, поданных на регистрацию, так и при оспаривании товарных знаков, уже получивших регистрацию.

Основания для решений об отказе для получения зарегистрированного товарного знака достаточно сложные и многообразные, разобраться самостоятельно во всех деталях и нюансах бывает очень трудно. Знание законов и большой практический опыт специалистов-патентоведов помогает в таких случаях разработать обозначение, допускаемое к регистрации, и не тратить лишнее в случаях отказов.

Специалисты Патентного бюро «Защитовед» проводят полную проверку обозначения по актуальным базам товарных знаков и проверяют обозначение на отсутствие абсолютных оснований для отказа, согласно статьи 1483 ГК РФ. Ознакомиться с услугой и заказать полный поиск можно

Комментарий к ст 1483 ГК РФ. Основания для отказа в государственной регистрации товарного знака

1. В российском законодательстве, так же как в законодательстве большинства зарубежных стран, основным признаком охраноспособности товарного знака является наличие у него различительной способности. Таким образом, при отсутствии у заявляемого обозначения различительной способности ему не может быть предоставлена правовая охрана в качестве товарного знака. Такое правило применяется как к обозначениям, состоящим из одного элемента (не обладающего различительной способностью), так и к обозначениям, полностью состоящим из определенных элементов (частей), также не обладающих различительной способностью в силу определенных обстоятельств. По общему правилу в качестве обозначений, не обладающих различительной способностью, могут рассматриваться обозначения, которые представляют собой отдельные буквы и цифры, не имеющие характерного графического исполнения; простые геометрические фигуры и линии или их сочетания, не образующие соответствующих композиций, дающих качественно иной уровень восприятия, отличный от восприятия составляющих их элементов по отдельности; сочетания букв, не имеющие словесного характера; реалистические или схематические изображения товаров, заявляемые на регистрацию в качестве товарных знаков для обозначения этих товаров, а также трехмерные объекты, форма которых обусловлена исключительно функциональным назначением; общепринятые наименования, представляющие собой простые указания товаров; общепринятые сокращения и аббревиатуры.2. Пункт 1 комментируемой статьи содержит перечень обозначений, которые признаются не обладающими различительной способностью. Прежде всего это обозначение, вошедшее во всеобщее употребление для обозначения товаров определенного вида. Под ним понимают обозначение, которое в результате его длительного использования различными производителями для одного и того же товара или товара того же вида стало указанием определенного вида товаров, т.е. видовым (например, «термос», «рубероид»). ( Обозначением, являющимся общепринятым символом, признается обозначение, символизирующее область деятельности или отрасль хозяйства, к которым относятся заявленные на регистрацию товары; условное обозначение, применяемое в науке и технике. Соответственно к общепринятым терминам относятся различные лексические единицы, характерные для определенных областей науки и техники.Обозначениями, характеризующими товары, в том числе указывающими на их вид, качество, количество, свойство, назначение, ценность, а также на время, место и способ производства или сбыта, признаются обозначения, являющиеся простыми наименованиями товаров («компот», «двигатель», «бриджи» и т.д.); обозначения, указывающие на категорию качества товаров (первый сорт, высший сорт, экологически чистый и т.п.) и на их свойства, в том числе носящие хвалебный характер, на материал или состав сырья, из которых изготовлены товары. К таким обозначениям относятся также указания веса, объема, цены товаров; видовые наименования предприятий, адреса фирм изготовителей и посредников; обозначения, состоящие полностью или частично из географических названий, которые могут восприниматься как указание на место нахождения производителя товаров.К обозначениям, представляющим собой общепринятую форму товаров, которая определяется исключительно или главным образом свойством или назначением товара, относятся, например, изображения обычной (без каких-либо отличительных признаков) бутылки или банки для напитка либо тарной коробки.Из приведенного в комментируемой статье правила есть исключения — перечисленные обозначения могут быть включены в качестве вспомогательных неохраняемых элементов в состав товарного знака. Однако при этом предусматривается соблюдение одного условия — указанные элементы не должны занимать в товарном знаке доминирующего положения. При определении, занимает ли неохраняемый элемент доминирующее положение в товарном знаке, в первую очередь должно оцениваться его смысловое значение и (или) пространственное положение. Кроме того, установлено, что положения п. 1 комментируемой статьи не применяются к обозначениям, которые приобрели различительную способность в результате их использования. Это установление основано на положениях ст. 6. quinquies Парижской конвенции об охране промышленной собственности 1883 г., указывающей: «…чтобы определить, может ли быть знак предметом охраны, необходимо учитывать все фактические обстоятельства, особенно продолжительность применения знака». В случае заинтересованности заявителя в применении комментируемого положения при проведении экспертизы по заявленному им товарному знаку он по собственной инициативе представляет в федеральный орган исполнительной власти доказательства, свидетельствующие о приобретении знаком различительной способности. Подобными доказательствами могут, в частности, служить сведения о длительности и интенсивности использования товарного знака, о территории использования знака, различные рекламные материалы и упоминания в СМИ.3. Установления подп. 1 и 2 п. 2 комментируемой статьи также основаны на положениях Парижской конвенции 1883 г. и направлены на защиту интересов и прав государств и различных международных и межправительственных организаций на их отличительные знаки. Указанное установление имеет исключения. К ним относится использование рассмотренных выше обозначений в составе товарных знаков как неохраняемых элементов с разрешения соответствующих компетентных органов. Так, например, использование в названиях организаций наименований «Россия», «Российская Федерация» регулируется специальными актами Правительства РФ, а использование олимпийской символики возможно лишь с согласия Международного олимпийского комитета (МОК), условия и процедура получения которого определены в Найробском договоре об охране олимпийского символа.4. Пункт 3 комментируемой статьи содержит перечень обозначений, которые ни при каких обстоятельствах не могут быть включены в состав товарного знака. По общему правилу обозначение признается ложным или вводящим в заблуждение, если хотя бы один из его элементов является таковым. Практика применения законодательства показывает, что признание обозначения ложным не вызывает никаких трудностей. Так, обозначение, содержащее в своем составе изображение Малого театра, поданное на регистрацию заявителем из Перми, будет ложным, точно так же, как указание в товарном знаке наименования «сок» в случае подачи заявки для всех товаров 32 класса МКТУ, в состав которого входят в том числе пиво, минеральные воды и т.д.Определить, является ли обозначение «вводящим в заблуждение» или нет, гораздо сложнее. Например, размещение на товаре, изготовленном из синтетического материала, например, акрила, указания «натуральная шерсть», является ложным, но размещение на том же товаре стилизованного изображения овечьей головы может явиться вводящим в заблуждение. Однако «способность введения в заблуждение» подтверждается или опровергается в конечном счете только самим рынком при реализации различных товаров.К обозначениям, которые ни при каких условиях не могут быть зарегистрированы либо включены в состав товарного знака в качестве неохраняемых элементов, относятся также обозначения, перечисленные в подп. 2 п. 3 комментируемой статьи. К ним могут относиться, в частности, обозначения, представляющие собой слова, словосочетания, лозунги, изображения и их комбинации, противоречащие законодательству, регулирующему общественный порядок, либо обозначения, которые могут вызвать возмущение членов общества, основанное на нарушении общепринятых моральных норм. Примером таких обозначений могут быть антигосударственные или антиобщественные лозунги, неэтично примененная государственная символика; фамилии, имена, псевдонимы известных лиц, например политических или религиозных деятелей, и производные от них (в зависимости от перечня товаров, на которых они применяются); обозначения, затрагивающие религиозные чувства и оскорбляющие человеческое достоинство, в том числе слова и изображения непристойного характера; обозначения, носящие антигуманный характер.5. Пункт 4 комментируемой статьи содержит только общее указание на те объекты, регистрация которых в качестве товарных знаков недопустима. При применении этой нормы следует руководствоваться следующими нормативными актами: Федеральным законом от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» , Указом Президента РФ от 30 ноября 1992 г. N 1487 «Об особо ценных объектах культурного наследия народов Российской Федерации» , утвердившим Положение об особо ценных объектах культурного наследия народов РФ. Положением установлена процедура отнесения объектов культурного наследия к категории особо ценных, а также включения их в Государственный свод, депозитарием которого является Министерство культуры РФ.——————————— Собрание законодательства РФ. 2002. N 26. Ст. 2519. Ведомости РФ. 1992. N 49. Ст. 2936.6. Под соглашением, упомянутым в п. 5 комментируемой статьи, понимается Соглашение ТРИПС, действующее в рамках Всемирной торговой организации (ВТО), положения ст. 23 которого направлены на повышение эффективности защиты прав производителей вин и спиртных напитков. Ими установлено, что каждая страна-член предусматривает правовые средства, позволяющие заинтересованным лицам предотвращать использование географического указания, идентифицирующего вина, для вин, не происходящих из места обозначенного данным географическим указанием, или географического указания, идентифицирующего крепкие спиртные напитки, для спиртных напитков, не происходящих из места, обозначенного данным географическим указанием, даже если используется подлинное место происхождения товаров, или географическое указание используется в переводе либо сопровождается такими выражениями, как «вид», «тип», «в стиле», «имитация» и т.д. До присоединения России к этому Соглашению (т.е. до присоединения к ВТО) комментируемая норма не является действующей на территории РФ.7. Из содержания п. 6 комментируемой статьи следует, что при определении возможности регистрации заявленного обозначения в качестве товарного знака, т.е. при проведении экспертизы на тождество и сходство, во внимание принимаются только действующие, «живые товарные знаки» или заявки на регистрацию товарных знаков. Таким образом, не учитываются товарные знаки, правовая охрана которых прекращена в соответствии со ст. 1514 ГК РФ; товарные знаки, заявки на которые отозваны либо признаны отозванными в соответствии со ст. 1495, 1497 и 1512 ГК РФ; заявки, по которым приняты решения об отказе, возможность оспаривания которых утрачена; заявки, по которым в адрес заявителей были направлены уведомления о невозможности регистрации в связи с неуплатой или несвоевременной уплатой пошлины за регистрацию товарного знака и выдачу свидетельства на него.8. Положение п. 6 комментируемой статьи в части отказа в регистрации товарного знака может быть реализовано, если:1) оно тождественно или сходно до степени смешения с товарными знаками, имеющими более ранний приоритет;2) товары, в отношении которых испрашивается регистрация товарного знака, являются однородными с товарами, в отношении которых зарегистрирован (подан на регистрацию) тождественный или сходный до степени смешения товарный знак.Тождественными являются обозначения, совпадающие во всех элементах. Если же обозначения имеют отдельные отличия, но в целом ассоциируются друг с другом, то они признаются сходными до степени смешения. Для установления однородности товаров принимаются во внимание их род (вид), назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей и другие признаки. Должна также учитываться потенциальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности товаров одному изготовителю.Из содержания подп. 2 п. 6 комментируемой статьи следует, что при экспертизе во внимание должны приниматься не только «обычные» товарные знаки, т.е. поданные и (или) зарегистрированные по национальной процедуре. Обозначению, заявленному на регистрацию в качестве товарного знака, может быть отказано в предоставлении правовой охраны и в случае его тождества или сходства с товарным знаком третьего лица, охрана которому предоставлена в соответствии с международным договором Российской Федерации и который имеет более ранний приоритет. Такими знаками, охраняемыми в Российской Федерации в соответствии с международным договором, являются международные знаки, заявленные или охраняемые в Российской Федерации на основании Мадридского соглашения 1891 г. или Протокола к нему, а также общеизвестные товарные знаки, охраняемые в соответствии со ст. 6.bis Парижской конвенции 1883 г. То есть знаки, ранее не зарегистрированные на территории Российской Федерации, но получившие правовую охрану в результате их признания общеизвестными (см. п. 9 настоящего комментария).9. Подпункт 3 п. 6 ст. 1483 ГК РФ напрямую запрещает регистрацию в качестве товарных знаков обозначений, тождественных или сходных до степени смешения с товарными знаками, признанными в установленном порядке общеизвестными на территории РФ в отношении однородных товаров. Требования к общеизвестным товарным знакам и процедура их признания таковыми содержатся в ст. 1508 и 1509 ГК РФ (см. комментарии к этим статьям).10. Положение, содержащееся в абз. 5 п. 6 комментируемой статьи, основано на общемировой практике и положениях зарубежных законодательных актов. Оно предусматривает возможность предоставления заявителями «писем-согласий» от владельцев более ранних товарных знаков. Использованный в рассматриваемом положении термин «допускается» означает, на наш взгляд, что федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности не обязан безоговорочно основывать свое решение по заявке на таких «письмах-согласиях». Экспертиза обязана рассмотреть «письмо-согласие» так же, как и любой другой документ, представленный в рамках делопроизводства по заявке на регистрацию товарного знака. Кроме того, надо иметь в виду, что «письма-согласия» учитываются только в тех случаях, когда обозначения являются сходными до степени смешения, но не тождественными. Иной подход может привести к массовому появлению на рынке однородных товаров и услуг, производимых и (или) оказываемых разными лицами. Очевидно, что их качество не может быть одинаковым. В конечном счете потребитель будет постоянно вводиться в заблуждение относительно производителя товара (лица, оказывающего услуги).Так, обозначению, представляющему собой фантазийное словесное обозначение «DONNE & RAGGANA», выполненному стандартным шрифтом заглавными буквами латинского алфавита (в русской транслитерации — «ДОННЭ энд РАГГАНА»), решением Роспатента от 1 апреля 2008 г. было отказано в государственной регистрации товарного знака в отношении всех товаров 03 класса МКТУ, указанных в перечне заявки. При подготовке заключения экспертиза руководствовалась положениями п. 3 ст. 1483 части четвертой ГК РФ, введенной в действие с 1 января 2008 г. Федеральным законом от 18 декабря 2006 г. N 231-ФЗ. Заключение экспертизы мотивировано тем, что заявленное обозначение сходно до степени смешения с блоком (серией) ранее зарегистрированных товарных знаков со словесным элементом «DOLCE & GABBANA», правообладателем которых является компания GADO S.a.r.l. 5, rue Guillaume Kroll LUXEMBOURG (LU) L-1882. В частности, в заключении экспертизы перечислен ряд знаков, охраняемых на территории Российской Федерации согласно международным регистрациям N 892649, 766542, 666432, 637238, 630002, 628886, 625152. Правообладателем указанных международных регистрации является компания GADO S.a.r.l. 5, rue Guillaume Kroll LUXEMBOURG (LU) L-1882 (Люксембург).В поступившем в палату по патентным спорам возражении от 8 июля 2008 г. заявитель выразил свое несогласие с решением Роспатента от 1 апреля 2008 г., мотивированное следующим: присутствующий во всех противопоставленных международных регистрациях словесный элемент «DOLCE & GABBANA» представляет собой фамилию известных итальянских дизайнеров Доминико Дольче и Стефано Габбана; ассоциативный ряд, вызываемый обозначением «DOLCE & GABBANA», совершенно определен, и потребитель воспринимает его только как название одноименного модного дома; в целом заявленное обозначение и противопоставленные товарные знаки не являются сходными до степени смешения в силу отсутствия между ними фонетического и семантического сходства; круг потребителей товаров известного дизайнерского дома моды Доминико Дольче и Стефано Габбана и товаров заявителя, представленных в более низком ценовом сегменте «масс-маркет», сильно отличается; заявитель считает, что для рядового потребителя будет отсутствовать возможность смешения указанных обозначений в гражданском обороте, в том числе и в силу отнесения товаров, маркируемых рассматриваемыми обозначениями, к разным группам товаров; сравнение аббревиатур, образованных от первых букв входящих в сопоставляемые обозначения слов, — «D&G» и «D&R» — также указывает на отсутствие между ними сходства за счет фонетического и визуального различия; между заявителем и правообладателем противопоставленных международных регистрации было достигнуто соглашение на право регистрации обозначения «DONNE & RAGGANA» в качестве товарного знака в отношении всех заявленных товаров 03 класса МКТУ.Мнение палаты по патентным спорам по поводу отсутствия сходства до степени смешения между заявленным обозначением и противопоставленными товарными знаками не совпало с мнением заявителя — «сопоставительный анализ на сходство заявленного словесного обозначения и противопоставленных товарных знаков показывает, что данные обозначения можно признать сходными по фонетическому фактору сходства. Фонетическое сходство обусловлено наличием близких и совпадающих звуков, составляющих обозначения, близостью состава гласных и согласных, а также характером совпадающих частей обозначений». Вместе с тем было высказано мнение, что «сосуществование заявленного обозначения и указанных выше товарных знаков, содержащих фонетически сходные словесные элементы и предназначенных для индивидуализации одного и того же рода товаров, возможно с согласия правообладателя ранее зарегистрированных товарных знаков». Заявителем было представлено соглашение на право регистрации заявленного обозначения, подписанное заявителем и правообладателем противопоставленных товарных знаков, содержащее условия такой регистрации. В связи с этим обстоятельством в решении палаты по патентным спорам, в частности, указано: «У палаты по патентным спорам отсутствуют основания не принимать во внимание факт подписания вышеуказанного соглашения и договоренности, достигнутой в рамках данного соглашения сторонами по регистрации и использованию товарного знака. В связи с тем, что заявителем представлено соглашение, в котором выражено согласие правообладателя противопоставленных знаков на регистрацию заявленного обозначения в качестве товарного знака, вывод о сходстве заявленного обозначения и противопоставленного товарного знака до степени их смешения в отношении однородных товаров, правомерно указанный в заключении экспертизы, не является препятствием для регистрации заявленного обозначения в отношении товаров 03 класса МКТУ, указанных в перечне заявки». С учетом изложенного было принято решение о регистрации заявленного обозначения.11. Положения п. 7 комментируемой статьи распространяют свое действие на любые товары, а не только на однородные тем товарам, в отношении которых зарегистрировано наименование места происхождения товара. Исключение составляют случаи, когда заявитель товарного знака одновременно имеет исключительное право на это наименование. При этом устанавливается (и в этом отличие комментируемого положения от положений ранее действовавшего законодательства), что при наличии у заявителя такого права наименование места происхождения товаров может быть включено в состав товарного знака в качестве неохраняемого элемента, но при условии, что регистрация товарного знака испрашивается в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрировано наименование места происхождения товаров. Например, в отношении меда правовая охрана товарному знаку (в виде этикетки и проч.) может быть предоставлена только относительно товаров 30 класса МКТУ. Данный подход законодателя представляется вполне оправданным и определяется спецификой такого объекта, как наименование места происхождения товаров. По своей правовой природе наименование места происхождения товаров не может принадлежать какому-либо одному правообладателю; производитель товаров, происходящих из этого географического объекта, по существу получает лишь право пользования данным наименованием. Таким образом, все изготовители товаров, происходящих из данного географического объекта и обладающих особыми свойствами, обусловленными природными условиями и (или) людскими факторами, получают возможность включать наименование места происхождения товара в состав своего товарного знака как неохраняемый элемент.12. По основаниям, приведенным в п. 8 комментируемой статьи, экспертиза не проводится, но они могут явиться поводом для оспаривания регистрации товарного знака и признания ее недействительной.Следует особо отметить, что ранее действовавшее законодательство не принимало во внимание наличие прав на селекционное достижение, нередко имевшее оригинальное название. Право на коммерческое обозначение не могло приниматься во внимание ввиду отсутствия правовой охраны таких средств индивидуализации.13. Указанные в п. 9 комментируемой статьи основания для отказа корреспондируют с положениями, содержащимися в ст. 6.quinquies Парижской конвенции 1883 г., указывающей, что регистрация товарных знаков может быть отклонена в случае, «если знаки могут затронуть права, приобретенные третьими лицами в стране, где испрашивается охрана». При реализации положений подп. 1 п. 9 комментируемой статьи необходимо обратить внимание на следующие обстоятельства. Во-первых, законодатель говорит о тождественности, а не о сходстве до степени смешения. Во-вторых, предоставление правовой охраны таким обозначениям возможно, если на это имеется согласие правообладателя. В-третьих, должны учитываться дата возникновения права на соответствующие произведения и дата приоритета регистрируемого знака. В-четвертых, для понимания комментируемой статьи необходимо определиться с понятием «известность». Так, под известным следует понимать объект, о котором все знают и который пользуется широкой известностью в обществе. Известным, в частности, может считаться тот объект, который включен в словари, энциклопедии, справочники, упоминания о котором содержатся в периодических изданиях, в СМИ. По обозначениям, подпадающим под действие комментируемого положения, экспертиза не проводится, поскольку федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности не располагает перечнем известных объектов (его в принципе не существует); однако заявитель, на наш взгляд, должен быть информирован об оспоримом характере зарегистрированного товарного знака.В отношении обозначений, упомянутых в подп. 2 п. 9 комментируемой статьи, во внимание также должны приниматься обстоятельства, на которые указывалось в предыдущем пункте комментария, — тождественность индивидуализирующих обозначений, известность в Российской Федерации лица, об имени, псевдониме, портрете и сведениях в отношении которого идет речь. При этом известность должна анализироваться не на данный момент времени (на момент проведения экспертизы или рассмотрения спора), а на дату подачи заявки. При определении известности лица, чье имя, псевдоним, факсимиле и иные сведения могут явиться основанием для отказа в регистрации товарного знака, необходимо руководствоваться словарями, справочниками, периодикой, СМИ, а также принимать во внимание общую осведомленность общества. Предоставление в таких ситуациях правовой охраны товарному знаку возможно только при согласии самого известного лица либо его наследника.Рассматриваемые в данном пункте обозначения, так же как и обозначения, упомянутые в подп. 1 п. 9 комментируемой статьи, должны оцениваться с точки зрения их соответствия требованиям п. 1 ст. 1483 ГК РФ, т.е. проверяться на различительную способность. Так, широко распространенные в Российской Федерации фамилии Иванов, Орлов, Петров, Сидоров достаточно часто являются фамилиями персонажей различных литературных произведений. При этом они не обладают различительной способностью и не могут выполнять индивидуализирующую функцию, присущую товарным знакам. Подобные обозначения могут быть зарегистрированы только в случае их оригинального и запоминающегося исполнения.Следует принимать во внимание положения п. 3 комментируемой статьи, запрещающие регистрацию товарных знаков, которые являются ложными или способными ввести в заблуждение относительно товара или его изготовителя. Например, ряд известных имен и фамилий может ассоциироваться с определенной территорией. Поэтому регистрация в качестве товарных знаков обозначений, повторяющих эти имена и фамилии, на имя заявителей, находящихся на другой территории, может ввести потребителя в заблуждение относительно местонахождения производителя товара.14. Основанием для отказа в регистрации товарного знака является также наличие прав третьих лиц на промышленный образец, знак соответствия или доменное имя, права на которые возникли ранее даты приоритета регистрируемого товарного знака.Упоминание в подп. 3 п. 9 комментируемой статьи такого объекта, как промышленный образец, является очень актуальным, поскольку достаточно часты коллизии между правами на промышленные образцы и правами на объемные товарные знаки, регистрация которых предусмотрена ГК РФ.Нередки также коллизии, связанные с правами на товарные знаки и доменные имена. Вместе с тем вопрос о правах на доменное имя является достаточно спорным. Право на доменное имя не отнесено к категории исключительных прав. Очевидно, что речь идет о праве пользования, которое вряд ли можно уравнять с правом на товарный знак и рассматривать как безусловное препятствие для регистрации товарного знака. Представляется, что отношения между исключительными правами на товарный знак и правами на доменное имя нуждаются в дополнительном регулировании.15. Положения п. 10 комментируемой статьи подразумевают товарные знаки, правовая охрана которых испрашивается в соответствии с Мадридским соглашением 1891 г. и Протоколом к нему, по результатам проведения экспертизы национальными ведомствами по международным заявкам. (